Макс Лазарь. Книга 2 (СИ)

Блондинка повела рукой по сторонам, предлагая мне осмотреться.
— Я нахожусь на другой планете, а то и в иной галактике. Возможно, вовсе в другой вселенной, — принялась объяснять она. — И понимаю, что это — наследие моих создателей. Казалось бы, я должна испытывать энтузиазм, воодушевление. Но я просто воспринимаю это как нечто само собой разумеющееся. Да, создатели подготовили такую технологию, но я — сама такая технология.
  
Я кивнул, постукивая пальцем по рулю.
— Знаешь, для технологии ты слишком живая, — заметил я. — У нас есть всякие помощники. Их, конечно, даже близко искусственным интеллектом не назовёшь, но… В общем, в тебе больше от живого, настоящего разума, чем тебе кажется. Так что я полагаю, то, что ты на самом деле чувствуешь — это тоска. Тоска по миру, который ты пока что не нашла.
Мира повернулась ко мне и внимательно вгляделась в моё лицо.
— Ты думаешь, что однажды я смогу найти мир, в который ушли создатели? — немного удивлённым тоном уточнила она. — Но ведь я не могу путешествовать сама, я же всего лишь модуль на твоём запястье.
Я усмехнулся и погладил пальцем ремешок на руке.
— И ты знаешь, что это ограничение можно снять, — напомнил я.
— Я не способна нарушить законы, которые во мне прописали создатели! — всплеснула руками блондинка. — Неужели ты никак не можешь это запомнить⁈
Я надавил на педаль, трогаясь с места, и свернул на другую улицу. До отмеченного Мирой ресторана было ещё минут пятнадцать езды.
— Скажи мне, Мира, если мы можем перепрошить один модуль в терминале Предтеч, что мешает нам сделать это с другим? — задал наводящий вопрос я. — Скажем, не только обойти запрет на раскрытие информации прошлого владельца, но и убрать запрет с тебя? Что бы ты на это ответила?
Несколько минут я ехал в полной тишине, наслаждаясь дорогой. Всё-таки пребывание на Земле позволяло разгрузить нервную систему. Что ни говори, а Долина не то место, где можно чувствовать себя в полной безопасности. Здесь же… Мирный город, множество людей, которым неведома война.
Прекрасный отдых, несмотря на то, что у меня с собой человеческая голова в контейнере.
— Я не смогу обойти запрет, — нарушила тишину Мира, когда я уже парковался у ресторана.
Я закончил манёвр и заглушил двигатель. Блондинка вздохнула, после чего сообщила:
— Но сможешь ты, Макс.
Бросив на неё короткий взгляд, я подмигнул ассистентке и выбрался наружу. По раннему времени свободных столиков было полно. Находилось заведение не так близко к центру, а потому можно было рассчитывать, что посетителей много не появится. Однако я всё равно занял дальний от входа столик и сел так, чтобы видеть весь зал.
— Что будете заказывать? — спросила симпатичная официантка в фирменном переднике.
Из-под рукавов форменной рубашки выглядывали запястья с татуировками. В одном ухе была целая куча серёжек. Но это удивительным образом её не портило, хотя девушка явно старалась.
— Филе-миньон с гарниром из картофельного пюре и двойной эспрессо, — заказал я, передавая меню обратно. — С десертом позже определюсь.
— Хорошо, передам на кухню, — заправив прядь волос за ухо, с улыбкой ответила официантка.
Я проводил взглядом удаляющуюся фигурку и вытащил телефон из кармана. Пока меня не было на Земле, аппарат оставался выключен, так что проблем с батареей не было. Зажав кнопку питания, я дождался, когда на экране высветится картинка, и обратился к Мире.
— Что там по нашему делу?
Блондинка бросила взгляд в сторону ушедшей девушки и вздохнула.
— Тебе нужно предложить ей позавтракать вместе, — сообщила ассистентка. — А то в следующую встречу с Воронцовой ты вряд ли остановишься на поцелуе.
Я посмотрел на неё осуждающим взглядом, и Мира всплеснула руками.
— Что ж, теперь к Селивановым, — объявила она, сделав вид, будто никаких комментариев о моей половой жизни не давала. — По делу Фёдора Васильевича Селиванова прошли три слушания, следствие продолжается. Григорий Ильич нанял хороших адвокатов, имеющих крепкую репутацию. Так что вероятность минимального срока наказания — высока.
Я кивнул, продолжая пальцем водить по экрану, как будто читаю новости в нём, а не говорю с отсутствующим за столиком человеком. Впрочем, давно пора приобрести гарнитуру, чтобы точно не вызывать вопросов у сторонних свидетелей.
Конечно, было неприятно, что даже хозяина ночного клуба не могут осудить, как он того заслуживает. Но если он соскочит, мне ничего не помешает навестить его дома. С искусственным разумом, способным взламывать земные сети, вычислить его местонахождение труда не составит.
— Сам Григорий Ильич уже идёт не как подозреваемый по делу о смерти твоей семьи, а как свидетель, — после паузы сообщила Мира. — Я пока не вижу, почему это произошло, но учитывая все обстоятельства, подозреваю, что он подкупил следствие. Сейчас он находится за границей по делам рода.
— Его выпустили из страны? — приподняв бровь, выдохнул я.
— Он даже не ключевой свидетель, — пожала плечами блондинка. — Судя по тому, что я изучила по вашей судебной системе, ему даже в суд являться не придётся. Так что да, Григорий Ильич может свободно пересекать границу государства. А следствие по смерти Врановых продолжается. Но, судя по тому, что случилось с главой рода Селивановых, рассчитывать на правосудие не приходится.
Я сжал в руке телефон и прикрыл глаза. Несколько раз вздохнув, я потряс головой, сбрасывая злость.
— А наши документы?
— По складу с рабами никаких прямых улик, показывающих причастность Селивановых к этому бизнесу, у нас не было, и власти не стали выдвигать обвинение по этому поводу, — прокомментировала Мира. — Что касается подпольного гаража — Сергей Григорьевич, наследник рода, списал всё на ошибки своих подчинённых и ограничился выплатой штрафа.
Что ж, это было ожидаемо. Не тот человек Селиванов, чтобы настолько просто подставляться под удар. Конечно, документы Коршунова и те немногочисленные записи Михаила, что мне достались, можно было бы приложить к делу, но… Для этого нужен такой человек, который не возьмёт взятку и при этом совместит все эпизоды в одно дело. А где мне искать такого святого?
— Неприятная картина, — прокомментировал я.
Из кухни показалась официантка с широким подносом, на котором она несла мой заказ. Хотя, по идее, кофе нужно было подавать первым, я не стал возражать, когда передо мной появилось всё сразу.
— Пожалуйста, проверьте степень прожарки, — пропела девушка, и я под её взглядом сделал надрез в стейке. — Всё хорошо?
— Да, спасибо, — ответил я.
Она удалилась, а я принялся за еду. Вкус, конечно, был подпорчен новостями, но я не привык так просто сдаваться. Кроме того, я же не засадить всех этих тварей хочу, а уничтожить. Так что пополоскали фамилию Селивановых в прессе, заставил потратить немного нервов и денег — и уже хорошо, пусть волнуются. С паршивой овцы хоть шерсти клок.
Добив последний кусочек стейка, я вытер рот салфеткой, с наслаждением ощущая приятную тяжесть в желудке. Всё-таки не может еда в Долине, пусть и поданная со всем уважением к искусству кулинарии сравниться с земной. Иные продукты, другие оттенки вкуса. Может быть, родившиеся в Дэйлграде этого и не чувствуют, но мне-то есть с чем сравнивать.
— Какой следующий ход? — уточнила Мира.
Я взял в руки чашку с остатками кофе и допил его залпом.
— Найди мне кабинет Селиванова, — велел я, прежде чем жестом подозвать официантку.
Пока она шла, моя ассистентка обрабатывала информацию.
— Счёт, пожалуйста, — озвучил я своё пожелание, и сотрудница тут же удалилась за терминалом, а я продолжил для Миры. — Раз главы рода нет в стране, придётся заставить его вернуться.
  
— Ты всё равно собирался доставить голову Михаила ему в особняк, — напомнила блондинка.
— Одно дело — когда хозяин найдёт такой подарок быстро, и совсем другое, если презент протухнет и родного сынишку в нём никто не опознает, — пояснил я.