Слезы Эйдена. Часть 2 (СИ)

Адекватно воспринимать реальность начал через десяток секунд и столько же глотков. Сплюнул в сторону. Что я творю? Не спорю, кровь на вкус оказалась изумительной очень напоминала… прилл. Не как у Эйдена, но тоже достойный.
Вот сейчас четко осознавал — это то же самое воздействие, когда я привел в пример жопастую рыжую женщину легкого поведения в беседе с Кроносом. И мне такое совершенно не понравилось. Оруст о внешних ментальных атаках молчал. Никаких вероломных нападений, никаких угроз…
  
И как бороться с тем, чего вроде бы и нет?
Завис на десяток секунд, прогоняя и прогоняя по всем каналам прану. Как вычислить неизвестных? Я ведь даже не знал, какие силы желали, чтобы я добыл знания про Солнца. Существуют ли они вообще или это плод моей паранойи?
Появился Смотритель Арены. Он долго смотрел на тело поверженного Ригмара. Я же как-то сразу отметил, бросив взгляд на штандарт, что в левом верхнем углу появилась четырехлучевая звездочка из черного серебра.
Вновь мировое ничто, где Аттор поздравил с победой, выплатил мне двести сорок семь тысяч четыреста пятьдесят четыре камня истинной силы. Объявил о присвоении Поединщика богов седьмого ранга. И неожиданно задал вопрос:
— Смертный, ты убил окончательно Ригмара, а затем выпил его кровь, согласно всем ритуалам. Пусть Проклятый был и слаб, но являлся существом высшего порядка. И теперь согласно второй части Кодекса Арены, я могу тебе предложить занять его место и стать младшим богом, — хитрая эйденовская морда.
Уверен, он знал о таком исходе, но предложил за плату купить ничего нестоящее знание. Выходило, Папаша прощупывал почву? И для чего? Или, наоборот, он пытался зародить во мне сомнение, чтобы я в конечном итоге принял сейчас предложение или не принял его? Может это он воздействовал на мой разум хитрым образом, ставя закладки? И когда появлялся определенный триггер, они срабатывали? Но и там защита молчала… Непонятно. Или неведомые кукловоды хотели, чтобы и добыл информацию, и стал младшим богом. Для чего? Лишь в таком амплуа смогу справиться со следующими испытаниями?
Ведь легко нигде не было. Везде проходил по лезвию.
Но, если мыслить логически, небожителем можно стать только добровольно. Любое воздействие извне, продавливание, не приводило к нужному результату. Иначе я бы сейчас, не взирая на собственные желания, кивал, как китайский болванчик и кричал во все горло: «Да! Да! Хочу! Хочу!».
— Какие это дает преимущества?
— Я не отвечаю на вопросы!
— Должен ли я буду выполнять все те же обязанности, что и Ригмар? — проигнорировав ответ, вновь спросил.
— Они корректируются, большинство можно отбросить, как мусор. Лишь главные остаются без изменений. Больше не скажу ничего!
— Отказываюсь! — когда произносил слово, что-то внутри взбунтовалось, возникло чувство, что совершаю самую большую ошибку в жизни. Фатальную, судьбоносную… Но я уже давно сделал свой выбор. Здесь наши дорожки, неведомые кукловоды, разошлись.
И да, если не угомонитесь и не прекратите влиять на мой разум, то найду способ добраться и до вас.
Еще и Аттор, словно сообщник неведомых ублюдков, вместо обычный фиксации ответа, переспросил:
— Точно отказываешься? У тебя есть сто ударов сердца! — я молчал, — Время вышло! Каково твое решение⁈
— Повторяю, я отказываюсь становиться младшим богом. Но тело, доспехи и оружие Ригмара — мои законные трофеи.
— Последнее — неоспоримо. Раз ты отказался от звания и поглощения лично сути поверженного врага, что делать с энергией?
— Заполни все мои хранилища, включая камней истинной силы.
— Сделано! Как поступать с остатками? — не ожидал, что они будут.
— Там много?
— Я не отвечаю на вопросы, и больше ты меня не вынудишь нарушить слово.
Интересно, куда пойдет энергия, накопленная в алтарях за тысячелетия верными сподвижниками? Или… Нет, все же непонятно, искажения искажениями во время боя, но вполне возможно здесь речь шла про некие другие хранилища, общие. Ведь Аттор мне заполнил все, включая банковские ячейки, чего не могло быть, если бы речь шла только о силах белоголового в сорок раз мощнее, нежели стандартный. И во время боя сколько Ригмар сжег, а еще украл Фенрир.
— Передать их Оринусу.
— Выполнил! Помни о Кодексах Поединщика богов и следуй им!
И пока-пока.
  
Глава девятая
 
28.06.589 от основания Новой Империи, Таорост
…Когда я проявился на Таоросте рядом с огромной тушей и башкой Ригмара, здесь не прошло и секунды. Мгновенно на сверхускоренном восприятии оценил вновь обстановку. Пришлось отпрыгивать сразу в сторону и вперед, потому что на меня несся сверху огненный шар, созданный из купола ближайших искажений. Благодаря им же точно определил источник.
Бдухх…
Снаряд, проделав рваное отверстие в плитах, частично расплескался огнем вокруг. Напалм, мать его. В первую очередь отметил, что вреда поверженному телу божка он не нес. Это хорошо.
Во время акробатического кульбита с уходом, я успел отправить в сторону атаковавшего меня противника внеранговую огненную стену. Ревущее пламя с невероятной скоростью устремилось на врага. Кто скрывался под невидимостью, как и количество, определить не удалось. Заклинание снесло и спалило все. Ушло далеко вперед, оставляя после себя оплавленную дымящуюся дорогу, обратило в пепел малый пыточный стол и высокий пандус, откуда обозревала окрестности двухметровая статуя Проклятого.
Как же прекрасно не сдерживать души прекрасные порывы!
На мгновение все замерло. Словно остановился кадр. А затем слитный стон-вой, в котором переплелась ярость и безнадежность, возвестил, что последователи правильно поняли итоги боя на Арене.
Пирамида вздрогнула, словно живая, один раз, второй…
Поверхность яруса заходила ходуном. Одновременно с землетрясением главный алтарь обратился в пепельную пыль. Осыпался. За ним по цепочке такая участь постигла и остальные. Некоторые статуи тоже аннигилировались, другие оставались на месте, если их не сбрасывало с постаментов встряска. Глок транслировал и другие локальные толчки, когда именно культовые сооружения и публичные алтари, которых имелось бессчетное количество в этом городе зла, рассыпались.
Наконец все замерло.
А нежить продолжала выходить из порталов, которые не закрывались. Впрочем, никого иного кроме нас они не должны были пропустить. Для многих и многих оставалось неизвестным, что еще для них припасла добрая Мара, с которой я стребовал клятву не раскрывать мои возможности по управлению нежитью. И чему она очень и очень обрадовалась. Для всех сделала ход именно она.
Четырехрукие гиганты, драугры, архиличи, драконы и скорпионы — тяжелая бронированная некротехника. Всех координировал Кощей. Однако нормально сформировать построения не получалось. Статуи, постаменты, строения, а также количество врагов и расстояние. Сражение рассыпалось на одиночные схватки и бои малых групп.
Свалка.
В самых своих смелых моделированиях я рассчитывал максимум на три-четыре сотни бармалеев, Оринус говорил о сотне-полутора, реальность превзошла все ожидания. На трех ярусах набилось уродов около тысячи. Ублюдки даже притащили двести шестьдесят рабов (двадцать по тринадцать), чтобы сразу же принести их в жертву восставшему богу. Разместили их на два яруса ниже.
Видимо все же матерые и мощные собрались почитатели, так призраки собрали скудную жатву — около трех десятков гномов, столько же приблизительно хуманов и эльфов, разбег в численности четыре-пять. Остальная масса прикрывалась, как групповыми куполами, так и индивидуальными защитными средствами…
  
Гномы строили ряды щитов, взводили за ними карамультуки, их Слышащие готовились спустить с цепей убийственные заклинания, эльфийские колдуны и лучники, хуманы и аристо… Пространство забурлило от искажений. Мои же сразу сходу без всякой раскачки вступали в бой. Неслись копья праха, темное пламя и такие же черно-огненные шары.