Слезы Эйдена. Часть 2 (СИ)

Едва попрощался с Марой, как абсолютно неожиданно меня призвал к себе Иргус. На сей раз локацией стало огромное полутемное помещение, стены которого из-за теней не просматривались. Толстяк развалился в титаническом мягком кресле перед исполинским столом, где жаренные поросята и рыба, похожая на осетров, соседствовали с горами экзотических фруктов, пузатыми разнокалиберными бутылками и многочисленными бочонками. Вроде бы все просто и без изысков, но слишком обильно. Еще на столе танцевали под этническую музыку голые и полуголые представительницы нескольких рас от хвостатых зверодевок до темных эльфиек. Объединяло их два признака — сиськи, как пушки, и задницы что та корма. Рельефные дамы. Но красивые — этого не отнять, длинноногие, с горячими взорами. Удивляло другое, как верхние за девяносто не переламывали в поясницах дам, когда те затейливо изгибались.
  
Утерев жирные руки о скатерть, хозяин чертогов поприветствовал меня, я ответил по-имперски и вновь обвел суровым и неодобрительным взором излишества.
— Перекусишь, глэрд?
— Нет. Недавно из-за стола, а вот от чашки доброго прилла не откажусь, у некоторых богов он божественен.
— Оцени и мой.
Жирдяй сделал приглашающий жест на обычный стул, который появился напротив него через широкую столешницу, а передо мной материализовался чайник из черного серебра и неизвестные сладости на золотом блюде, изукрашенном самоцветными камнями. Килограмм, как минимум, они добавляли к весу карамели. Возникла и такая же помпезная чаша под прилл. Проигнорировав последнюю к недовольству Иргуса, неспешно налил в свою пиалу напиток, череп уставился глазницами с тлеющим огнем внутри на собеседника. Глубокая проверка не обнаружила ядов и дурманящих веществ, поэтому сделал глоток. Да… Превосходно. Эйден, конечно, лучший, но тот вкус уже немного приелся, а здесь весьма и весьма недурно, и чуть разнотравье иное.
Посмаковал.
— Восхитительно, — прокомментировал, закусывая карамелью. Вот они оказались лучше, чем у Папаши, запредельно оттеняли вкус, подумав, зацепил вторую конфету.
— Я знаю, что ты задумал! — без всяких прелюдий ткнул обличительно Иргус в меня пальцем-сосиской с тремя перстнями, а глаза хитрые-хитрые, понимающие. И улыбка на лице в тридцать три, и бабы со стола исчезли, намекая на серьезность предстоящего разговора.
Визави явно хотел таким незатейливым способом узнать нечто важное, со своей стороны не открывая ничего. Впрочем, планы у меня и на этого божка имелись, он как один из элементов должен стать в итоге дополнительной костью злым псам Хранителей.
— И как ты к этому относишься? — мой спокойный встречный вопрос заставил глаза торговца забегать. Явно не думал, что все может повернуться иначе, нежели в моделируемых им разговорах.
— Ну… — сделал тот круговое движение кистью, отчего сегменты золотого браслета звякнули, — А как я могу к этому относиться? — нашелся-таки.
— Хорошо. Ходить вокруг до около мы можем долго. У меня же сегодня выпал непростой день. Поэтому перейдем сразу к сути, что ты готов предложить за воплощение моих замыслов в реальность?
Тишина секунды на три:
— А я здесь при чем⁈ — наконец неподдельно изумился тот от беспредельной наглости и даже рот с толстыми губами чуть приоткрыл.
— А кто основной выгодополучатель? — вверг в еще большую прострацию знающего.
— Точно не я, — после глубоких раздумий сообщил тот.
— Серьезно? — взглянул и левую бровь приподнял.
— Это я хотел дать тебе добрый совет, конечно, не бесплатно, а еще помочь, если ты выполнишь некоторые мои просьбы.
— Иргус-Иргус, чтобы послушать мои мудрые речи некоторые боги платят камнями истинной силы, как и за то, чтобы я просто узнал из их уст о некой их проблеме. Клянусь кровью! Репутация у меня не какая-то там железная, а сравнима с туманным адамантитом. Да, я хотел позднее связаться с тобой и сделать предложение, от которого ты не в силах будешь отказаться. Ибо оно ведет к твоему возвеличиванию и процветанию там, где очень часто обращаются лишь к Телль, — упоминание конкурентки из плеяды Старых богов не понравилось визави, щеки покраснели еще сильнее, кулак стиснул, того и гляди по столешнице вдарит, но сдержался, — Однако ты напоил меня добрым приллом, поэтому готов выслушать твои предложения бесплатно. Так чем ты можешь помочь мне? — скепсиса и насмешливости добавил в голос запредельно много.
— Да, похоже, ничем, — наконец произнес тот и сделал шумный глоток из бокала. И глазками повел хитро, мол, как я тебя уел. Не томи, рассказывай уже…
— Тогда сердечно благодарю за превосходный прилл и гостеприимство, надумаешь, свяжешься, а мне пора, — и не слушая ответа, прервал связь.
Понятно.
Встреча с Вестником ни для кого не являлась тайной. Похоже, братья попытались через толстяка, который себя не успел проявить, вызнать об итогах моей встречи и прощупать обстановку. Хранитель, связанный клятвой, не мог разглашать не только предмет нашего договора, но и то, что он состоялся. А это давало некую свободу маневра. Уверен я бога торговли тоже смог заинтересовать, но то наметки на близлежащее будущее. Порадовался, что правильно изначально оценил обстановку и не стал темнить перед Марой. Да, разговор на наши планы никак не повлиял, но доверие оно такое.
Воззвал наконец к Раоносу. Тот появился далеко не сразу, возникло ощущение, что подлый божок раздумывал стоило ли ему встречаться со мной или нет. Все же любопытство пересилило. Белогривый не стал показывать характер и предстал в облике ящера на Красной пустоши, а не в любимой им эльфийской ипостаси на фоне злобной флоры.
— Зачем ты вызвал меня, недостойный смертный? Разве мы не обсудили все в прошлый раз? — поиграв могучими мышцами и клацнув смертоносными клыками, пророкотала доисторическая тварь. Осмелел, видимо, уверился, что воскрешение родича дело решенное. Ну-ну.
— Чуешь, низший, как от меня смердит Бездной? — добавив зловещих интонаций в голос, огорошил Раоноса. Тот только сейчас шумно втянул широкими ноздрями воздух, кивнул оскалившись, — Не догадываешься почему?
— Нет!
— Так я и думал… Так вот, она вышла со мной на связь. И ей явно не нравится твой козлоголовый мертвый брат, он вызывает у нее справедливое опасение. Особенно возможное его воскрешение. И Бездна мне предложила очень и очень много.
— Если ты пойдешь у нее на поводу, то Хранители этого не простят! Они тебя в порошок сотрут! Сожгут, а пепел просеют и утопят в ямах с лирнийскими слизнями! Сама память о тебе будет стерта! Стерта! — звуковой вибрирующей волной подняло пыль, орать мы тоже умеем, но не будем. А так, зачем столько лишних телодвижений для лишения посмертия? Можно и живого сбросить. Результат один.
Демонстративно прочистил мизинцем ухо и сообщил:
— Сен’Орнг Итранмирос Хранитель Великого Равновесия, коих еще называют эстлингаррами, — в глазах визави прочел беззвучный вопрос: откуда, откуда, мать его, ты это знаешь? — Прибыл лично, чтобы выплатить виру за дерзость Вестника, посмевшего разговаривать со мной, как с вами. А после убыл восвояси! Клянусь кровью! — может и сыгранное, но запредельное удивление Кровавый изобразил. Я же усмехнулся покровительственно, — Всегда помни об этом, когда пытаешься оскорбить меня в ответ на лестные слова в твой адрес. Когда я обращаюсь к тебе «низший», то делаю комплемент. Ибо пусть ты и враг, но дерзкий, подлый, хитрый, поражающий умнейшими и беспредельными ходами, чего только стоит введение в игру архилича, пусть и столь грязным путем, а пиявки в алтарях… Ты — настоящая млеть. Изворотливая и извращенная. Такое Зло разить радостно. Единственный минус, ты ведомый, а не лидер. Если бы не слушал советов всяких белобородых млетей, то далеко пошел бы. Сильный, могучий, умный, не чета братьям, которые у себя под носом не смогли разглядеть ренегатов и пиявок… Уверен, ты еще сможешь удивить. И не раз, и не только меня, но и других.
  
— Все так! И все вздрогнут! — молодец какой.
— Не сомневаюсь. И подозреваю, что ты уже задумал и вынашиваешь некий коварный план мести всем и каждому? Виновным и невиновным?