Газлайтер. Том 28 (СИ)
Михаил украдкой оглядел Гиберского. Легкомысленный, нарочито бесшабашный, он был умный мужик, в том числе благодаря прожитым годам, а значит метил к графу-телепату с каким-то прицелом, а не просто повторял за отцом.
Мерзлотник, лениво откинувшись в кресле, скользнул взглядом по Шаровому:
— А что там по «Тибету»? Новых заданий не было?
Шаровой дёрнул плечом, усаживаясь напротив:
— Не было. И, похоже, не предвидится. — Он зевнул громко. — Будто нас списали на пенсию. Владислав Владимирович молчит, да и Данила тоже, а то бывало он задания нам подкидывал ведь, с разрешения Охранки.
«Данила давал задания „Тибету“⁈» — офигевал от услышанного Михаил. — «Одной из лучших спецгрупп⁈».
Мерзлотник хмыкнул, скастовав от скуки ледяную статуэтку:
— Ну так и отдохни, молниевик. Успеешь ещё побегать.
Шаровой метнул в него острый, подозрительный взгляд, будто унюхал подвох:
— А сам-то, смотрю, не отдыхаешь? Род усиливаешь, новые финтифлюшки с Данилой разрабатываешь? Не боишься, что бороду тебе за эти штуки вырвут?
Мерзлотник фыркнул, и началась привычная перепалка — ругались они как старые друзья, громко, язвительно, с переходом на личности, но с таким азартом, что даже слуги за дверью ходили на цыпочках.
Михаил наблюдал за ними молча, чувствуя, как внутри поднимается новое осознание. Эти двое — Грандмастеры, титаны старых кланов — и оба всерьёз заинтересовались графом Данилой.
Похоже, Шаровой и Мерзлотник увидели талант Данилы в новых разработках, которые моментально усиливают род. Так Данила смог приручить Золотого Дракона, сильнейшего зверя Багрового уровня. А также телепат вовсю использует портальные стелы для освоения Той Стороны. И это ещё не считая всякой «мелочёвки», как вакцины от тех же уисоссиков, которых до него не было на рынке, а потому приносят миллионы рублей. Вообще список огромный, и каждая разработка, по сути, увеличивает влияние клана в несколько раз. А если ещё к этому добавить финансирование и ресурсы таких кланов, как Гиберских и Опчикарских, то потенциал клана Вещих-Филинов будет просто гигантским. Потому, хоть сейчас Вещие-Филины и далеко не самый сильный клан, но это не кажется невозможным лет через десять.
В завершение перепалки Шаровой резко вскочил, волосы у него встали дыбом от статического напряжения:
— Ну и хрен с тобой, старый снеговик! Всё равно обойду тебя!
Мерзлотник лениво вскинул голову, провожая его весёлым взглядом:
— Сапоги не стопчи по дороге, молниевик.
Дверь хлопнула с таким грохотом, что в потолке посыпалась изморозь. Но Михаил не придал этому значения. Наследник клана Опчикарских привык к ссорам дяди Шарового и отца. А вот насчёт графа Данилы действительно стоило подумать ещё.
* * *Почти сразу после ментального разговора с Гепарой я откидываю полог и захожу в шатёр Лакомки и Насти. Внутри пахнет духами и кремами — уютный девичий уголок посреди лагерной суеты. В дальнем углу Красивая разомлела, как домашняя кошка, и вальяжно умывается, облизывая лапу и проводя ею по морде. Лакомка с Настей устроились на мягких шкурах, расчёсывают друг другу волосы, пользуясь местными причудливо вырезанными гребнями — подарок от вождя Хмена. Жёлтые Руки прислали мне кучу подарков, ещё и табун породистых шестилапок хотели доставить, но я попросил попридержать коней, в прямом смысле. Рядом на табуретке аккуратно сложены полупрозрачные шёлковые ночнушки. Ну да, жёны готовились, как Лакомка и обещала, устроить мне «приз для победителя гонки».
Я останавливаюсь у входа. Моя тень ложится на шкуру между ними.
— Мелиндо, ну ты чего! — зажаловалась Лакомка. — Тебе нельзя смотреть раньше времени.
— Сегодня не получится принять приз, — говорю. — Придётся отложить.
Принюхиваюсь к духам — какие-то неведомые фрукты в добавках. Неужели уже что-то из Сада Лакомка добавила? Быстро она осваивается с растениями, которые не поддавались другим друидам.
— Я отправляюсь в Москву. Гепара передала, что люди Паскевича засветились у старой усадьбы. И гвардейцы подтвердили. Нужно поговорить с князем Степаном Алексеевичем, пока он не усугубил всё своей наглостью.
Лакомка, не переставая расчёсывать Настины волосы, только грустно вздыхает:
— Эх, ну ладно, мелиндо.
Настя хмурится:
— Прямо обязательно сейчас, Даня? А до завтра не подождёт?
Я качаю головой:
— Чем быстрее среагирую — тем лучше. Если уж у нас случится столкновение с Паскевичами, оно должно быть сознательным и подготовленным с нашей стороны, а не случайным. И желательно, я сам выберу место и время.
Настя перебирает рыжие пряди, задумчивая.
— Мелиндо прав. Ещё есть репутационные риски, — кивает Лакомка.
— Верно. Никто не имеет права лезть в мою родовую усадьбу. Если это будет повторяться, а слухи дойдут до высшего света — репутационные издержки будут неизбежны. А для молодого клана вроде нашего это особенно неприятно. Потому, — я смотрю на их сложенные ночнушки и усмехаюсь, — надо показать, что даже князь не вправе соваться без приглашения.
Старая усадьба по сути защищена только сигнализацией да снабжена видеонаблюдением. Ни гарнизон туда не поставить, ни каких-то зверюшек не заселить. Там везде понатыканы Астральные карманы, которые сами по себе опасны для всего живого, а есть ещё и населённые карманы. Обычным людям туда вообще нельзя соваться. Бойцы Паскевича могут попасть туда только вместе с телепатами. Вопрос в другом — на это уходит дофига их сил. Иначе сопровождаемые просто подохнут, едва заглянут за территорию усадьбы. В общем, не знаю, зачем это князю Паскевичу, но оно явно того не стоит, тем более что делает он это без моего спроса.
Настя поднимает руки над головой, потягивается и с ленцой говорит:
— Ох, раз марафет отменяется, тогда пойду на охоту.
Я бросаю взгляд на рыжеволосую жену:
— Продолжай охотиться, но в человеческом облике.
Она моргает, недоумённо:
— Почему, Даня? Волчицей же удобнее.
Я усмехаюсь:
— Потому что тебе нужно тренировать звуковые удары в человеческом теле. У тебя пока координация не очень. А может статься, не всегда ты сможешь моментально обратиться в волчицу. Хочу, чтобы ты могла сшибать врагов звуковой волной всегда. Даже в платье и на каблуках.
— Оу, на каблуках, — задумывается оборотница.
— На охоту не надо надевать каблуки, — на всякий случай добавляю, а то Настюша ещё буквально примет моё утверждение.
— Тогда понятно, — улыбается жена.
Помывшаяся Красивая подходит и хлещет меня хвостом по боку:
— С тобой.
Я хмыкаю:
— Пойдёт со мной в Москву, сударыня? Что ж, хорошо. Если угодно, сможете заглянуть в бутики и прикупить себе платьев, — за подколку получаю новый ленивый хлопок полосатым хвостом.
Лакомка спрашивает:
— Мелиндо, кстати, пока не забыла, а что в итоге с лордом-губернатором Химериэлем?
Я пожимаю плечами без особого огорчения:
— Рептилоиды его так и не устранили. Не успели найти. Лорд-губернатор добрался своим ходом в замок Ламара.
Настя округляет глаза:
— Сам? Как?
Я объясняю:
— Телепаты, Анастасия Павловна, могут выбраться из любой передряги, если сильно захотят. Хоть я и разогнал от той рощи всю живность, но, видимо, он нашёл какую-то дикую козу, дотянулся до неё ментальным щупом и использовал как такси.
Хотя, признаться, я и не особо жалею, что не прикончил этого пройдоху сразу после того, как его потоптал носорог. Мы с ним ещё встретимся тет-а-тет, и тогда я не просто вырублю его, а доберусь до его банка памяти. А это куда ценнее, чем просто разобраться с долгоживущим телепатом с бесценными знаниями. Я собираюсь вычистить его ментальные архивы дочиста — и узнать много полезного о дрессировке аномальных зверей, да и о многом другом.
Вообще у меня ведь была возможность убить Химериэля и через Ломтика — подбросить гранату, да и всё. И эта возможность, в принципе, сохраняется.
А пока лорд-губернатор валяется в своих покоях в замке Ламара — я подглядел через Ломтика. Не сказать, чтобы он там спокойно лежал. Я подсуетился и заменил лампу в его магическом светильнике, опять же через Ломтика. Поставил ту, что сделал Гумалин. Трезвенник вообще мастер гадостей, а эта лампа — прямо произведение искусства. Ослабляет телепатические волны, вызывает бессонницу, ломит голову, напрягает нервы. Красота.