Обратная сторона Луны (СИ)

– Я сказал, – рыкнул Антипов, – цыгане в этой системе координат больше не участвуют! Понятно? Какой мне, блядь, прок от их сбыта, если конечный потребитель дохнет? Через полгода, как ты говоришь, – попытался взять себя в руки он, – некому будет его по вене пускать. А мы с тобой будем ныкаться на Новой Земле от прокуратуры, потому что такой скандал уже нельзя будет замять.
– Ладно, не кипятись, я тебя услышал, – обиделся скорее на тон, чем на содержание Серёга.
  
– Я тебя тоже, – кивнул Тим и пошёл на выход.
Когда они уже сели в машину и тронулись, друг решился-таки спросить кое-что:
– У тебя же не проснулась совесть, Антипов?
– С чего бы ей это делать, – хмыкнул Тим.
– Ну… Тот блоггер – Тимур, он много чего успел написать, общественность реагировала понятным образом, может, прочитал что-нибудь, проникся, – предложил Серёга.
– Срать мне на общественное мнение с высокой колокольни, – откинулся на спинку Тим, набрав приятную скорость, – и я сказал – про блоггера забудь, – и сам же нарушил запрет, спросив: – Какого хуя вы его выебали?
– В смысле? – полудурочное выражение у Серёги на лице Тиму не понравилось. – Ты же сам сказал…
– Заткнуть его. Я сказал заткнуть его.
– Не ну чё, нормальный способ, – попытался отшутиться он, но понял, что не получится, – ой, да ладно тебе, Тим. Ты просто не видел как эта шлюха себя вела. Я же окучивал его два дня, пока пробивал по нему инфу и не был уверен, что это он под нас копает.
– Что? – переспросил Тим.
– Да-да, – закивал Серёга, – он явно давал понять, что не прочь повеселиться тогда, ну, а потом, всё как-то удачно сложилось. А что? – запоздало опомнился он и глянул на Тима.
Не стоило. У того уже вовсю лезли клыки с когтями.
– Да чё ты взъелся-то? – отшатнулся Серёга. – Ну пошутили мы неудачно, что, на этом Тимуре свет клином сошёлся? Тоже мне…
– Заткнись, – тихо рыкнул Тим.
– Да, Тимох, – несло того, – образуется всё, не переживай. Поехали лучше в клуб, развеемся?
– Некогда, – попытался взять себя в руки Тим и затормозил на остановке, с которой подобрал Серёгу, а затем сам потянул ручку пассажирской двери, намекая недвусмысленно, чтобы тот выметался, – мне ещё ноут покупать.
========== Часть 4 ==========
Тим сидел в машине, припаркованной у кафе, и шарил по инету на новеньком маке, воруя вай-фай как раз из кафешки. Купить ту модель, которая была у Тимура, не получилось – устарела, а новая хоть и была навороченная, но совершенно “лысая”. В итоге из магазина приложений скачивались нужные программы, а с торрентов – порно и ужастики. Так, чисто по фану.
Хорошо, что в деревне интернета не было. Точнее, был, но совершенно несъедобный для современной техники, а главное, о нём не знал Тимур. Тогда бы никакого ноутбука, никаких “Весёлых ферм” из Аппстора и уж тем более отборной порнушки тот не увидел. Хотя, Тим сомневался, что его свежепойманного и изнасилованного омегу – словосочетание, которое, Тим думал, ему никогда не придётся формировать у себя в мозгу – потянет на прон. А вот ужастики ему наверняка придутся по вкусу.
Тим даже устыдился, с какой скоростью он повернул ключ зажигания, когда последняя загрузка закончилась, а уж колотящееся сердце на пути в деревню вообще признавалось полной капитуляцией. Но он по-настоящему мог думать только о том, сколько может провести времени там, в доме, а главное, как на этот раз встретит его Тимур? Что с его руками? Ел ли он?
На торпеде завибрировал телефон, Тим бросил взгляд на экран, читая “отец”, и дотянулся до гаджета, чтобы сбросить звонок и убрать его в бардачок, выключив звук. Нет, к этому он точно не готов. Впрочем, были подозрения, что рассказывать про свои “весёлые” приключения родителям не придётся, Костя мог проболтаться, хотя обещал молчать месяц. Ладно, с этим он будет разбираться позже. Сейчас была задача посерьёзней – обеспечить безопасность Тимуру. Если Тим так и не перестанет срываться в сторону “Красных горок” в любое время суток – а он, судя по накатывающей волне истерической эйфории во время поездки по просёлочной дороге, не перестанет – то рано или поздно это станет подозрительным. А там, дело времени и нехитрых догадок. И времени у Тима было катастрофически мало.
Ну не умел Тим оберегать и заботиться! Поэтому вместо рыбы надо было дать Тимуру удочку. Вот только как заставить плясать под свою дудку этого бешеного засранца? Красивого, чёрт побери, но дикого и явно перепуганного. Хм… А что? Страх тоже неплохо мотивирует. Вот только как ему объяснить, что Тима бояться не надо, а от всех остальных – бежать со всех ног? Ежу понятно, что для шокированного смертного, который два дня назад узнал о существовании оборотней, они все на одно… Одну морду. Кстати, о беге – неплохая идея. Да и треники с кроссовками среди Тимуровых шмоток он вроде бы видел.
Перед тем как войти внутрь, Тим почти притормозил. Ну, мысленно уж точно, хотя шага не сбавил. Решительно дёрнул на себя первую дверь. Оказалось, что в доме выбило пробки, поэтому Тим немного покопался в щитке, а когда отпер вторую, попал прямо под внимательный взгляд карих глаз. Тимур сидел в гостиной на диване, забравшись на него с ногами, завёрнутый в одеяло, а на кофейном столике перед ним лежал ворох исписанных листов. Из-под кокона виднелись забинтованные руки, невольно перебирающие пододеяльник. Зрительный контакт длился недолго, как только Тимур смог сфокусироваться на лице Тима, беспокойное внимание было удовлетворено, и он склонился обратно к своим листам, потеряв всякий интерес. Обидно, чёрт побери!
– Не, ну нормально? – возмутился Тим, стягивая ботинки. – А чаем гостя напоить?
– Для чая нет электричества, – хрипло ответил Тимур, укутавшись сильнее в свой кокон.
– Уже есть, – демонстративно щёлкнул выключателем вверх-вниз Тим и пошёл к печке.
– С каких это пор похитители переквалифицировались в гостей? – пробубнил себе под нос Тимур и слез с дивана.
Тим так и залип, зажав поленья в сгибе локтя, пока смотрел, как Тимур потягивается, привстав на носочки, как заводит руки за спину, морщится на особо приятных, но, видно, болезненных движениях, а когда тянет руки вверх, то между брюками и торчащей из-под свитшота футболкой выглядывает полоска молочно-белой кожи на плоском животе. Он даже не заметил, как умудрился, не глядя, развести в печке огонь, только почувствовал левым боком тепло. Отпустило только когда Тимур скрылся в кухне и начал хлопать дверцами и ящиками, послышался звук льющейся воды, затем зашумел чайник. Хотелось сразу двинуть на кухню, за ним, оказаться в как можно более тесном помещении, но Тим пересилил себя и словно невзначай подошёл к столику, потянувшись к листам. Что-то подсказывало ему, что живописью Тимур не увлекался.
“Оборотни”. Первая “о” явно обводилась раз за разом, словно была нарисованным дуддлом на полях, во время скучного урока, когда мысли убежали далеко от нудятины учителя, и ты делаешь вид, что пишешь, выводя причудливые каракули механически. Эта, бесконечно много раз обведённая, буква сказала Тиму о многом, удивительно о многом – Тимур был в тупике. Под большим, подчёркнутым несколько раз словом были всякие приписки. Имена его банды, о которых знал Тимур, около некоторых стояли галки, около других – знаки вопросов, первым в списке значился он с жирной уверенно выведенной с первого раза галкой. На обороте всё было ещё хуже, Тимур гадал о способностях, и многие эпитеты были явно взяты из поп-культуры, сложившейся вокруг мифа об оборотнях. Тим вдруг понял, что не будет забирать листы, даже тот, который взял, постарался положить на место так, как он лежал до этого. Слишком много эти каракули сказали о мыслях Тимура, и что-то Тиму подсказывало, что косвенные коммуникации сейчас будут эффективней попытки построить прямые.
  
На кухонном столе, как предполагалось, стояла только одна чашка, Тимур сидел за столом, излишне придирчиво разглядывая собственные ногти, хотя Тим демонстративно шумно сел за стол, в попытке привлечь внимание к собственному появлению – Бэмби, наверное, и не предполагал, что это он так неумело пытался не напугать.