Обратная сторона Луны (СИ)

Мало-помалу работа начала сдвигаться с мёртвой точки. Тами был целиком и полностью отдан в помощники Тимуру и Женечке, которые дёргали его каждые пять минут; Серёга сменил Юрочку, и без излишней дотошности продолжил влажную уборку; а Юрочка со своей зацикленностью на мелочах и наличием вкуса раздавал Мише с молотком наготове ценные указания, где та или иная побрякушка-картинка-фотка будут смотреться лучше всего.
  
В три часа ночи запустевшая социальная квартира превратилась в уютное гнёздышко с налётом трогательной винтажности.
– Ну что, Юрочка, теперь можно и в клуб, да? – хлопнул омегу по плечу Тим, ловя на себе ухмылки, когда все собрались на кухне за чашкой чая.
– Ой нет, я спать поехал, – не открывая глаз, пробормотал Юрочка и положил голову на сложенные перед собой руки.
– А меня в хостел наверное уже не пустят, – покосился на настенные часы Женечка, всё ещё стоявший у плиты, потому что доваривал наскоро собранный суп.
– Оставайся, – спокойно предложил Миша, не сводя глаз с худой спины и копны кудрявых волос.
Женечка оглянулся на него недоверчиво, а потом посмотрел на притихших свидетелей разговора и остановился на Тиме.
– Если что, я буду на связи, – заверил он и получил в ответ молчаливый кивок, после чего обратился к остальным: – Завтра – выходной. И я настоятельно рекомендую отдохнуть во время него. А в понедельник ждите мою команду и не планируйте ничего на следующие два дня.
Через какое-то время стало уже неловко засиживаться, и все, кто не собирался ночевать у Миши в гостях, засобирались на выход. Юрочка вызвался подбросить Серёгу до дома, а Тим с Тимуром везли остальных.
– В нашей деревне это было как-то не принято, – тихо хмыкнул Аслан в полной тишине тёмного салона.
Все сразу поняли о чём он, но только Тимур решился ответить, обернувшись на заднее сиденье:
– Ебливость человека не определяет его личные качества, – и ухмыльнулся, – вон, Юрочка – девственник, а заебёт получше любой шлюхи.
– Да и не факт, что они сегодня будут друг с другом, ну, это самое, – вставил наивный Тами.
Все умилились, Тимур даже дотянулся до него за шёку потрепать, но тот искренне не понял такой реакции на свои слова.
– Ему давно было пора переключиться на что-то, на кого-то, – поправился Тим, когда они остались одни и ехали наконец домой, – другого.
– Не жалко терять безотказную дырку? – уставился в окно Тимур, потом прочистил горло и обернулся, вымучено улыбнувшись, – прости-прости, я просто устал.
– Ты знал? – зачем-то спросил Тим.
– У меня даже пара фоток, где ты его на внутренней лоджии в клубе нагибаешь, есть, – неловко поморщился тот и развёл руками.
– А ну да, всё время забываю, – с досадой признался Тим.
– Эй, Бэмби, просыпайся, – ласково потеребил за плечо Тимура Тим, уже сидевший на краю постели одетым, – у нас с тобой важное дело.
– Что? В смысле? – завозился сонный Тимур и разлепил только один глаз, – ты же сам сказал, что сегодня выходной и надо отдохнуть. Кстати, а сколько сейчас… Девять утра?! Ты изверг, Антипов! – откинулся обратно на постель он и накрылся одеялом с головой.
– Отдохнуть я советовал всем остальным, а нам с тобой надо кое-что сделать, – стоял на своём Тим.
Тимур откинул одеяло и прищурился:
– Секс?
Тим ухмыльнулся и бросил взгляд на наручные часы:
– Ну, можно и секс, но сразу после него собираемся и уходим.
– Ну уж нет, тогда я лучше позавтракаю, – сел на постели Тимур и засобирался торопливо.
– Кофе и бутерброды на столе, – крикнул ему в догонку тот.
– Объясни мне, почему у меня плохое предчувствие? – спросил с зажатым в зубах бутером заглянувший обратно в спальню Тимур.
– Потому что ты мнительный параноик? – предложил Тим и поднялся с постели, заблокировав экран телефона, в который залип на пару минут.
– Да, но сейчас прямо чую какое-то дерьмо, – снова прищурился Тимур.
– То есть как меня держать в неведении – это нормально, а мне сделать сюрприз – так у тебя плохое предчувствие? – притворно возмутился Тим, – одевайся давай и зубы мне не заговаривай.
– Сатрап! – сделал большие глаза Тимур и интенсивней начал жевать остатки бутерброда.
Он пытался выведать, куда они едут, всю дорогу, но Тим стойко молчал, чем нервировал Тимура ещё больше, однако это было меньшее из зол. Потому что, когда они приехали в пункт назначения, Тимур тупо развернулся на сто восемьдесят градусов и попытался сбежать:
– Нет, – односложно и вполне серьёзно мотнул головой он.
Тим, будучи сверхъестественно сильным, конечно, справлялся с попытками хрупкого омеги вырваться, придерживая за плечи, но тот попыток не оставлял в лучших традициях своего характера. Возможность публичной драки тоже исключать нельзя было.
– А я говорю – да, – попытался развернуть Тимура обратно в сторону входа в магазин он.
– Тима, – сменил тактику и заскулил тот, – я же сказал, что не готов.
– А мне плевать, готов ты или нет. Ты знаешь, какие тут зимы? А я знаю. И твой сраный китайский пуховичок, который тебе полжопы только прикрывает, бесит меня до зубовного скрежета, – пока что тихо, чтобы не привлекать внимание, зашипел Тим.
– Я обещаю, нет, клянусь, что закажу себе пуховик в пол! – взмолился Тимур, сложив руки в молитвенном жесте, – Тима, меха – не выход! Подумай о всех убитых животных, которые пошли на ш-шубы, – не смог без запинки выговорить последнее слово он.
– Я – хищник, я кроликов ловил и жрал живыми прямо с костями, – припугнул его Тим и наклонился ближе, – да и тебя выращивание грибов не делает “зелёным”. Бэмби, – сменил в конце концов гнев на милость он и улыбнулся, – мы только посмотрим.
– Обещаешь? – ухватился за прозвучавшую фразу, как за соломинку, Тимур.
– Обещаю, – развернул его Тим и толкнул ко входу, не испытывая и капли вины за озвученную только что ложь.
Запах бутика, в котором продаются мех и кожа, не спутать ни с чем. Это запах классики, благополучия, тепла и комфорта, а главное ручного труда и огромных денежных трат – Тим чувствовал здесь себя почти как в раю. Почти, потому что всю малину портил исходивший волнами нервозности Тимур, осматривая всё вокруг невидящим взглядом. Он потянулся к первой попавшейся на пути крохотной жилетке из лисы и тут же нашёл на ней ценник. Глаза его моментально полезли на лоб, и он замотал головой словно болванчик:
– Ой, нет, я пошёл, – нервно сглотнул он, – не-не-не, я не готов. Я даже “только смотреть” не готов.
Тим схватил его за капюшон и подождал, пока тот не перестанет бестолково барахтаться в попытках вырваться из рук. Через пару минут на них начали оглядываться люди, и это немного отрезвило Тимура, потому что общественное внимание он ненавидел чуточку больше, чем повиноваться Тиму. В итоге Тимур уткнулся ему в плечо и снова заканючил:
– Ну, Ти-и-има, ну давай лучше мне свитер потеплей купим?
– Не переживай, – ехидно ухмыльнулся Тим и приобнял Тимура, – и свитер купим, и рейтузы с начёсом, – скользнул с талии к сладкой заднице он, сжав её с наслаждением, – упакуем тебя по полной программе, уж поверь.
Тимур, поняв, что ни одна из его тактик не работает, психанул, из рук вырвался и демонстративно вздёрнул подбородок, зашагав вдоль выставочных рядов. Нет, чисто по-человечески, Тим понимал, почему тот бесится: тут и зачатки финансовой зависимости, и демонстрация разницы в достатке, и ощущение себя белой вороной – вот только тридцатиградусному морозу всё равно на принципы и взгляды, а лечение отмороженных почек обойдётся дороже любой шубы. Тим и это понимал, поэтому игнорировать состояние Пары не игнорировал, но прекрасно осознавал, что сейчас он целиком и полностью прав.
  
– Модная “поперечка” или вечная классика? – нагнал с другого ряда Тимура Тим и попытался вовлечь в разговор. Делать из такого весёлого занятия, как шопинг, пытку для них обоих ему совсем не хотелось.
– “Поперечка”? – переспросил Тимур, подняв на него не слишком заинтересованный взгляд.