Обратная сторона Луны (СИ)
– К этому бочком лучше не поворачиваться, – ткнул пальцем в своё стекло Тимур, тоже наблюдавший за происходящим.
– Почему? – затупил Тим.
– Ну как, укусит же, – с улыбкой в голосе ответил тот, – ну типа, “придёт серенький волчок и укусит за бочок”.
– Ох, Бэмби, – наклонился к тёмному затылку Тим и чмокнул Тимура в него, – он не серый, он… – пришлось проглотить против воли вставший в горле ком, прежде чем закончить, – седой.
Нахмуренный Тимур обернулся на него, и только когда убедился, что это не неудачная шутка, вернул взгляд за окно.
– А разве так бывает? – спросил он.
– Стресс и горе не щадят никого… – вздохнул Тим.
========== Часть 25 ==========
Тим всерьёз подумал о том, чтобы отселить Тами от дагестанцев, чтобы Мише было с кем жить, но тот уже перед самым приездом сказал, что у него есть жильё в Архангельске.
– Папа, пока был жив, – пояснил он, – обменял квартиру из области на городскую, поменьше. Говорил, что ему там одиноко, да и работу потом сменил, всё равно приходилось в Архангельск ездить.
– А ты в наследство вступал? – обернулся к нему с переднего сиденья Тимур.
– Не, она социальная, я там просто записан, – махнул рукой Миша.
– А как давно папы не стало? – осторожно поинтересовался тот.
– В январе будет два года, – поджал губы Миша.
– Слушай, – подал голос Тим, сворачивая на очередном повороте, – а что с твоим отцом? В смысле, с настоящим отцом, – зачем-то уточнил он.
– Я его никогда не знал и лично мы не встречались, – без утайки ответил альфа, – но он писал мне, пока я был в колонии. Он узнал про моё дело тоже из газеты, тоже обо всём догадался, – кивнул на Тимура он, – и спустя какое-то время я начал получать от него письма. В основном о своей сущности, он редко упоминал, что мы родственники.
– Когда писал в последний раз? – спросил Тимур.
– С год назад где-то.
Тим с Тимуром многозначительно переглянулись, заподозрив самый худший из вариантов, и Тим решил плавно съехать на немного другую тему:
– И сколько он тебе рассказал? В смысле, – он попытался выразиться точнее: – Как много у тебя вопросов?
– Ну, найдётся парочка, – хмыкнул Миша, явно задумавшись над широтой собственных познаний едва ли не впервые.
Тим с Тимуром снова переглянулись, на этот раз Тимур лишь безмолвно округлил глаза, а Тим так же молча отмахнулся, мол: “Да вижу я”. Они наконец свернули в искомый двор и остановились у нужной “панельки”. Миша покопался в небольшом рюкзачке со всеми его пожитками и выудил оттуда засаленный и исписанный блокнот, в котором нашёл данные жилья, и все трое поднялись в квартиру.
Тим даже удивился, что замок был не сорван, но когда прислушался к соседям, понял, что в подъезде живёт не гопота, а одни дедки: за одной стенкой кто-то смотрел “Культуру”, а за другой скрипучий голос тихо разговаривал с каким-то Барсиком. В квартире же оказалось очень плохо. Мебель стояла старая, рассохшаяся; в ванной – плесень; из холодильника тянуло вонью даже при закрытой створке; обои – выцветшие; только линолеум на полу оказался качественным, а вот из лампочек в доме не работала ни одна.
Пока Тимур инспектировал тёмные уголки квартиры, Тим отбил в недавно созданный общий чат короткое сообщение о сборе в клубе, а Миша прошёл в гостиную и подозрительно замолчал. Тим нагнал его и увидел, как тот разбирает какие-то бумаги, фотографии, вырезки из журналов, статуэтки, фенечки и ещё бог весть знает что. Он хватал одну вещь, потом взглядом натыкался на другую и тут же тянул руки к ней, не желая отпускать первую. В итоге нахватал столько побрякушек, что одна выскользнула сквозь пальцы, и Тим поймал её сантиметров за пять от пола, демонстративно поставив на одну из запылённых полочек на уровне Мишиных глаз.
– Спасибо, – одним уголком губ улыбнулся тот и посмотрел на собственные руки, в которых всё ещё был зажат этот старый хлам, – что-то накатило воспоминаниями от всего этого.
– Понимаю, – кивнул Тим, – поэтому не стоит сейчас нам тебя здесь оставлять одного. Да и с бытом тебе помочь не мешало бы, поэтому поехали: познакомлю с остальными, а там разберёмся.
Миша кивнул, но мелочи свои отпустил неохотно, горкой сложив на комоде.
– Хорошие новости, – заглянул в комнату Тимур, – я нашёл провод от телефона. А плохие новости – я не нашёл провода от интернета, – сделал грустное лицо он.
Тим фыркнул на этого интернет-зависимого и скомандовал идти на выход. До клуба они добрались быстро, а тот уже дышал подготовкой к субботней вечеринке. В помещении из угла в угол сновал обслуживающий персонал, однако нужные сейчас Тиму люди тусовались, как всегда, у бара.
– Ну что, граждане алкоголики, хулиганы, тунеядцы, – поприветствовал всех за руку Тим, – знакомьтесь с ещё одним членом нашей небольшой, но очень дружной семьи, – обозначил он широким жестом Михаила.
– Миша, – коротко дёрнул подбородком тот, услышав со всех сторон приветствия вразнобой.
– А чё это мы тунеядцы? – обиженно скрестил руки на груди Юрочка, едва мазнув по Мише взглядом, и надул губы.
– Юрочка, оглянись вокруг, народ зашивается, а ты сидишь тут на стульчике, Мохито цедишь, – попенял ему Тим, и обратился ко всем: – Так, нечего штаны протирать. Мы сейчас все собираемся и едем к Мише приводить жильё в порядок. Одному ему не справиться.
– Ну а потом-то в клуб? – спрыгнул со стула Юрочка.
– Если силы останутся, – с ехидной улыбкой пообещал Тим.
Женечка, как всегда подслушав разговор, напросился с ними, но Тим особо не был против, ему в вопросе генеральной уборки с элементами ремонта никто лишним не будет. В итоге обе машины были полны под завязку, но добрались до нужного места быстро.
– Фу, ну и клоповник! – возмутился Юрочка, едва ввалился внутрь следом за молчаливо оглядывающимися по сторонам Аслану и Малику.
– Не слушай его, – тихо ответил Женечка, робко улыбнувшись Мише, который явно чувствовал себя не в своей тарелке, – мы уберёмся, и сразу станет уютно…
– Не слушай его, – с улыбкой перебил его Тимур, расстёгивая пуховик, – мы уберёмся и перестанет вонять.
– Да чё воняет-то, – решил заступиться за Мишу Тами, – это вы за козами в хлеву не убирались…
– Неженки, – поддакнул Тим, потрепав его по голове.
Тимура с другими омегами он отправил в хозяйственный, а сам с альфами быстренько избавился от хлама, благо, что сил хватало выносить старьё, и не было лишних – человеческих – глаз, чтобы подивиться скорости и силе волков. Малик после одного из таких походов на помойку вернулся с несколькими картонными коробками, в которые они складывали ненужные вещи.
– На всю ностальгию тебе вот такой хватит, – протянул Мише Тим коробку из-под бумаги.
Тот наполнил её до краёв в считанные секунды, а что не влезло – по карманам распихал. Тим на это только помотал головой, но говорить ничего не стал. Хотя, по его взгляду, Миша и так всё понял, после чего всё-таки вытащил из-за пазухи пару каких-то бумажек, скорее всего, фантиков.
А когда вернулись омеги, началась настоящая работа. Мало того, что в первые пару часов уборки тупо казалось, что ничего чище не становится, так ещё и Тим видел полный раздрай в команде. “Хули ты под руку лезешь,” – звучало примерно каждые пару минут. Парни совсем не слышали друг друга, каждый работал в разном темпе с поправкой на мышление. Юрочка, как истинный перфекционист, например, на сорок минут завис в ванной, отскабливая каждый межплиточный шов, из-за чего дагам, которые за это время выгребли всю кухню, казалось, что он ленится и отлынивает. Тами же в принципе не мог концентрироваться на одной и той же задаче больше пятнадцати минут и либо считал ворон, пока на него не начинал прикрикивать Серёга, либо отвлекался на помощь другим, забивая на своё.
В общем, Тим мысленно сходил с ума в этом хаосе, медленно, но неотвратимо осознавая, что без формирования стаи – не будет у него никакой стаи. Это так не работает. Никто друг друга не слышал, не чувствовал, не понимал. Даже ниточки связи некоторых с Тимом, которые успели образоваться за последнее время, истончались под воздействием этого “стихийного бедствия”. Пару недель назад Тим и думать не хотел о том, чтобы обзавестись стаей, но сейчас больше всего боялся, что опять останется с бандой, группировкой вместо неё. И тогда он начал руководить.