Влипла! или Смотри, не влюбись (СИ)

- Согласен, - ответил он не сразу.
Можно было бы расслабиться и испытать облегчение по поводу совершения удачной сделки, но теперь стало еще страшнее и волнительнее. Даже ладони вспотели и живот скрутило, когда, повернувшись к малышу, я буквально кожей ощутила обрушившуюся на меня лавину ответственности за кроху, который еще пока даже сказать не мог, чего он хочет и что с ним может быть не так. Нужно быть мамой, чтобы интуитивно понимать это и действовать согласно материнскому инстинкту. 
Ладно. Попробовать можно. Скажу, что старалась, но ничего не вышло. Что, впрочем, будет недалеко от истины.
  
Глава 12
 
Глава 12
Мы не обменялись номерами телефонов с Мироном Александрович. Сделка как-то изначально пошла коряво, и ни я, ни он не подумали о том, что нам нужно как-то связываться, чтобы хотя бы договориться о времени. Но я помнила, что няня ему нужна только после шести вечера, поэтому особо не волновалась и не торопилась, надеясь на то, что он за мной заедет.
Смены в кафе у меня сегодня не было, так что после универа я решила заскочить в магазин, чтобы купить немного фруктов и куриной грудки своей беременяшке, которая ждала результатов анализов и набиралась сил для того, чтобы позвонить родителям и обо всем им рассказать. Хотя, мне казалось, что ей и всех девяти месяцев не хватит на то, чтобы сообщить им о своей внезапной, неожиданной и совершенно нежданной беременности.
С пакетами продуктов я устало ввалилась в квартиру, стянула куртку и кеды. В квартире показалось подозрительно тихо. Неужели Настя опять спит или вовсе еще не дома?
В комнате ее не оказалось, но зато она обнаружилась в кухне с подозрительно широкой улыбкой.
- Привет, Май, - чуть растерялась она. – Как дела?
- Привет, нормально, - остановилась я, настороженно ее разглядывая. Пакеты поставила на стул. – С тобой всё нормально, Насть? Улыбка у тебя какая-то странная. Как у Джокера. Жутковато, если честно. Хорошо себя чувствуешь? Живот не болит? Может, тошнит? Голова кружится?
- Всё хорошо, Май, - из ее груди вырвался нервный смешок. Словно не выдержав моего взгляда, подруга резко опустила голову уставилась на свои ногти, под которыми начала неистово ковырять. – Просто… Помнишь Алёну? Ну, ту другую мою подругу, с которой я делала тест на беременность, но ее результат оказался отрицательным? – тараторила она напряженно.
- Помню. И? Вы перепутали тесты, и на самом деле беременна она? – спросила я с некоторой надеждой.
- Почти, - подняла на меня Настя щенячьи глазки. – Понимаешь, Май, тот тест… он… в общем, это был тест не на беременность. Алёна прочитала на упаковке.
- И на что же он был? – насторожилась я, слегка подавшись вперед, чтобы, наверное, лучше ее слышать.
- Он… Ты меня убьёшь, - выдохнула она сокрушенно и спрятала лицо в ладонях. 
- Говори уже! У меня сердце биться перестает!
- Это был тест на овуляцию, - быстро проговорила Настя и тут же зажала рот ладонью, глядя на меня немигающими глазищами полными страха.
- Беги, Настенька. Лучше – беги, - едва ли не рычала я, медленно идя по кухне к полотенцу, за которое схватилась и побежала следом за уже исчезнувшей Настей. – Как можно было научиться снимать трусы раньше, чем читать?! – негодовала я, размахивая полотенцем, бегая за подругой, мечущейся по комнате, в которой она понадеялась от меня скрыться. – У меня, блин, слов нематерных нет, чтобы описать, что я сейчас чувствую! Ты хоть понимаешь, что из-за этого я была на волоске от увольнения и влезла по уши в такую задницу, что не вытянешь?!
- Прости меня, Майя! Прости, пожалуйста! – верещала Настя, сложив руки в молящем жесте. - Я виновата. Я капец как виновата! Только не злись!
- Не злись? Я?! – едкая усмешка вырвалась из груди. – На что мне злиться? Я всего-то из-за твоей овуляции наваляла своему начальнику. Подумаешь. Пф. Все подруги так делают.
- Майя, ну, прости, пожалуйста! Мне, правда, очень жаль, - едва ли не хныкала Настя, с которой нас разделяла широкая кровать.
  
- Теперь будешь знать, с какой подружкой на полоски писать, - ядовито подметила я и закинула полотенце на плечо. – И как вы еще полоски-то сосчитать умудрились? Неужели кто-то из вас двоих до двух считать умеет? Невероятно!
- Ну, прости, - снова эти молящие глазки.
- Егору сказала?
- Нет. И не скажу, - встала в воинственную позу Настя, а я закатила глаза, жалея, что не побила ее полотенцем, когда очень хотелось. – Ушёл, и пусть идёт. Мне слабак не нужен.
- Ты такая мудрая, что аж дура, - возмутилась я. – Если вы действительно всегда предохранялись, то парень был уверен, что ты не залетишь, а ты взяла и «залетела». Конечно, он злиться на тебя и думает, что ты ему изменила. Расскажи ему, а потом уже решайте, что делать дальше.
- Мне нечего с ним делать дальше. Он уже мне изменил и даже не с одной. Так что пусть катится куда хочет. Мне все равно.
- Это тебе все равно, а вот его Дядя-демон каждый день интересуется у меня твоим здоровьем и поговорила ли ты с его племянником.
- Дяде-демону можешь всё рассказать. Пусть он рассказывает своему племяннику, а я ни с кем разговаривать не собираюсь.
- Ножкой еще топни, чтобы я точно знала, кто здесь взрослая и адекватная девушка.
- Я не хочу с ним разговаривать, понятно? Я ненавижу его! – всплеснула руками Настя.
- Ваше дело, - устало отмахнулась я. – Делайте, что хотите, но Дяде-демону я сегодня всё расскажу. Кстати, мне уже пора выходить. Он, наверное, скоро подъедет.
- А зачем он подъедет вечером? У тебя работа в кафе?
- Он хочет нанять меня няней своей сыну.
- Няней? Тебя? – со скепсисом подняла Настя бровь. – А тебе-то это зачем?
- Затем, что мне нужно чем-то платить за учебу. В этом году плата за семестр поднялась, если ты забыла.
- За меня родители заплатили, так что я не знаю, сколько там, - поджала она виновато губы.
- А мне вот надо знать, чтобы знать, сколько заработать, - поплелась я в кухню, где оставила полотенце и убрала купленные продукты в холодильник. Включила чайник, чтобы выпить кофе перед новой работой и посмотрела на Настю, которая всё ещё виновато поглядывала на меня. Внезапно меня догнала мысль. – Если ты не беременна, то откуда тогда все эти токсикозы, перепады настроения?
- А это?... – спохватилась подруга и выбежала из кухни в комнату, из которой принесла мне толстенную книгу «От беременности до родов». – Я ее читала и, видимо, накрутила себя. Самовнушение, короче.
- То есть, - хохотнула я, взяв тяжеленную толстую книгу, удерживая которую дрожала рука. – Эту толмудину ты осилила прочитать, а пару слов на коробочке теста о том, что это тест на овуляцию, а не на беременность, ты не смогла?!
- Ну, прости! – снова эти едва не плачущие глазки.
- У меня нет слов, - вручила я ей обратно ее книгу и налила себе горячий кофе. – Не подходи ко мне дня два. Иначе точно прибью.
- Ладно, - согласно кивнула подруга. – Но я тебя очень сильно люблю. Ты – самая лучшая подруга.
- Но писаешь на тест-полоски ты с другой. Все с тобой понятно, - качнула я головой, давя на совесть Насти.
Через час я вышла из подъезда. На часах было без пяти минут шесть вечера, а ровно в шесть к дому подъехала машина Дяди-демона. 
В этот раз я села на переднее пассажирское, так как Тимы в машине не оказалось. Под строгим взглядом молча пристегнулась.
- Запиши свой номер, - подал мне Мирон Александрович свой телефон, на заставке которого был еще совсем маленький Тима.
- Хорошо, - быстро внесла свой номер в контакты. Хотела было подписать себя по имени, но потом сообразила, что по фамилии он меня знает лучше. С его номера позвонила на свой телефон, чтобы тоже внести его контакт себе. – Всё. Держите.
Дядя-демон молча принял свой телефон и оставил его на панели. В салоне машины было тихо, не играла даже музыка. В молчании мы влились в городской поток и проехали так несколько улиц, пока я молча смотрела в боковое окно.