Судьба Вайлет и Люка (ЛП)

Я подняла ногу над кроватью и вздрогнула от пульсации в лодыжке. Она выглядела ужасно, опухшая вдвойне, по сравнению со вчерашним вечером, и ее цвет начал становится светло-фиолетовым. Похоже, будет только хуже. Закрыв глаза, я заставила себя легко наступить на ногу.
— Вот черт! — прошипела я, когда боль прострелила ногу и рухнула обратно на кровать. Несколько глубоких вдохов и выдохов, и я попробовала снова, но боль была невыносимой. Мне бы не хотелось лишиться лодыжки, но я не могла пропустить занятие. Мне нужно было довести что-нибудь до конца хотя бы раз, например, получить хорошие оценки, и, в конечном счете, сделать что-нибудь со своей жизнью, кроме бесцельного шатания и проверки своих лимитов возможного. Я не пропустила ни одного занятия за этот семестр, и скорее всего здесь, я провела на одном месте самое большое количество времени, не считая дом Престона. Это настоящее достижение для меня и их было немного за всю мою жизнь, если, конечно, не принимать за достижения сколько раз я ввязывалась в драки и меняла приемные семьи.
Собирая каждую каплю силы, я заставила себя попытаться приподняться снова. Подтягивая себя вверх, я выпрямила ноги, чтобы они оказались подо мной. Я тяжело дышала, стараясь успокоиться, несмотря на боль, похромала к шкафу. Шаг за шагом. Я могла это сделать.
Я достала свои сапоги, но передумала надевать их, решив в пользу шлепанцев. Я скользнула своей здоровой ногой в шлепанец и затем, держась за дверь шкафа, с трудом протолкнула больную ногу во второй шлепанец. Это было нелегко не только потому, что нога адски болела, но и потому что она была настолько опухшая, что не пролезала в него.
Сдавшись в борьбе с обувью, я собрала книги и нанесла дезодорант. Используя, пальцы вместо расчески, я собрала волосы в пучок на затылке. Мой вид был еще хуже в несвежем платье и одном шлепанце, чем, когда я обменяла футболку на банку с едой и карманный ножик, это было то время, когда я жила на улице и была вынуждена носить топ вместо лифчика, к счастью, это длилось недолго.
Я похромала к двери и даже изловчилась ее открыть, и вздохнула с облегчением, оказавшись в коридоре. Если я смогу доковылять до лифта, то буду просто счастливицей. Опираясь всем весом на здоровую ногу, я постепенно продвигалась по коридору, игнорируя взгляды и шепот людей, мимо которых проходила по пути к лифту. Все во мне ликовало, когда я его достигла, и лифт отвез меня на первый этаж.
После тяжелой борьбы и постоянного цепляния за стены, я, наконец, вышла в сад, окружающий здание общежития Университета Вайоминга, куда обычно заселяют большинство первокурсников. Я взглянула на часы, волоча ногу через тротуар к газону, и поняла, что опаздываю. Стараясь не свалиться, я перенесла часть веса на лодыжку, чтобы набрать скорость. Еле дыша сквозь боль, и напоминая себе, что я сильная. Но, когда я ступила на траву, моя лодыжка неловко подвернулась.
Я споткнулась и выронила книги.
— Черт возьми! — вскрикнула я, схватившись за дерево, и, чувствуя, как боль распространялась по ноге.
Люди, шедшие по тротуару, смотрели на меня как на чокнутую, и это оживило воспоминание о гараже Амелии, как Дженифер и ее друзья окружили меня. Я ненавидела чувства, которые вызывали это воспоминание. Острота. Никчемность. Я теперь другая. Сильная, защищенная, несокрушимая. До тех пор, пока воспоминания не возьмут верх надо мной, ломая мою защиту. Мне хотелось обратиться к единственному способу, который мог помочь мне выключить их, засунуть подальше и заблокировать их глубоко внутри. Но я должна была начать двигаться для этого. Дерьмо.
— Брось это, Вайлет, — пробормотала я себе под нос, моя кожа стала влажной от напряжения. — Ты позволяешь им влиять на тебя. Перетерпи.
Я оттолкнулась от дерева, но сразу вернула руку обратно. Покачав головой в большей степени на саму себя, чем на что-то еще, я скользнула по дереву вниз. Я была разочарована. У меня не получалось преодолеть это и паника запустила свои когти в мое горло. Разочарование в самой себе нарастало. Мне нужно было найти способ контролировать это… подавить яростный поток эмоций. Прямо сейчас.
 
Я сосредоточилась на происходящем на газоне у деревьев, силясь найти что-нибудь, что могло бы меня отвлечь от происходящего внутри. Группа ребят напротив меня играли в фрисби. Я могла бы затеять ссору с ними, проверить, смогла бы я довести их до того, чтобы действительно ударить девчонку. Но, обычно, драка — это крайний случай, потому что это стало вызывать слишком мало адреналина во мне. Или, я могла бы обругать того ненормального за деревом, который фотографировал меня, со вспышкой, ослепляющей даже с такого расстояния.
Я подалась вперед, пытаясь лучше рассмотреть его. В последний раз, когда кто-то снимал меня таким образом было прямо после смерти моих родителей, и каждый чертов репортер страны хотел фотографию девочки, пережившей убийство родителей. Но с того момента прошла целая вечность и, казалось, что это больше никого не заботит.
Чем дольше я смотрела прямо на парня, тем больше он пятился назад за деревья, щелкая своей камерой без перерыва. Я начала двигаться вперед с угрожающим выражением на лице.
— Итак, ты выглядишь чертовски плохо, — сказал кто-то позади меня. Вижу, что ты не последовала моему совету дать отдых ноге.
Вдруг Люк Прайс оказался около меня в тени дерева. Я уже видела его прежде в университете и прошлой ночью, когда ударила его по лицу, но в действительности не знала о нем практически ничего. Он казался мне сильным. Он был одет в черную футболку с маленькой дыркой внизу и такого же стиля джинсы. У него были коротко стриженые волосы и красивые карие глаза, его вид заставил меня представлять его как борца, или боксера, или что-то в этом духе. Но я точно знала, что он всего лишь был футболистом и, скорее всего, был очередным качком, следовавшим по стопам отца.
Он потянулся, чтобы почесать царапину на лбу от моего ботинка, и я заметила кожаный ремешок с надписью "спасение" на его запястье. Интересно, значило ли это что-то для него. В действительности он был спасен?
— Ты, что, теперь не мистер «Я постою в сторонке»?
Я старалась, чтобы мой голос звучал безразлично, но боль в ноге и нарастающая тревога сделали свое дело. Быстро обернувшись, я ожидала увидеть парня, сидящего в кустах и снимающего нас на камеру, но его не было. Встряхнувшись, я повернулась назад к Люку и постаралась выглядеть нормальной, независимой Вайлет, которой я и пыталась быть.
— Боже, ты действительно знаешь, как очаровать девушку.
Люк посмотрел на меня с нечитаемым выражением на лице.
— Кто сказал, что я пытаюсь очаровать тебя?
Я не была уверена, кем он пытался казаться, флиртующим придурком или просто придурком, но в любом случае с меня хватит. Мне нужно было успокоиться. Я начала медленно вдыхать и выдыхать, но ослепляющая боль пронзила ногу и я начала падать.
— Черт, — Люк поспешил ко мне, вытянув руки. — Давай я помогу тебе.
Вытянув руки перед собой, я облокотилась на дерево.
— У меня все под контролем. Мне не нужна твоя помощь.
Люк снисходительно посмотрел на меня.
— Да, я это вижу.
— Мне нужно немного отдохнуть, и я смогу идти, — я продолжала настаивать, изображая внешнюю уверенность, будучи абсолютно потерянной внутри. Я уже оставила надежду попасть сегодня на занятия, и беспокойство только нарастало из-за этого. Самым лучшим для меня сейчас было вернуться в комнату и позаботиться о себе единственным известным мне путем.
Люк скрестил руки на груди и его сухие мышцы сократились, он сжал губы, пытаясь скрыть то ли раздражение, то ли удивление — честно говоря, было сложно разобраться в исходящем от него напряжении.
— Куда ты пытаешься попасть?
— Никуда я не пытаюсь попасть, — я прижала ладони к грубой коре дерева. — Я иду в класс.
Он приподнял бровь.
— На химию?
— Именно, — ответила я. — Там, где и ты тоже должен быть, готова поспорить.
— Ну, я опаздываю, — Люк быстро посмотрел на дорожку и снова уставился на меня. — И сейчас я опаздываю еще больше благодаря тебе.