Нарушая условности

Парень выехал со двора и подкурил сигарету, заставив меня сморщить нос от запаха.
– Лучше продолжай называть меня Юра, – с весельем ответил парень.
И, пока не забыла, открыла сумочку, достала сдачу и чек из магазина, положила все на панель передач. Чувствовала на себе взгляд Юры, но парень ничего не сказал.
В клубе был аншлаг. Все весело проводили время, и мы тоже. Нас собралось десять человек. Все друзья Юры, я их прекрасно знала. Мы шутили и танцевали. Юра весь вечер был сама галантность, ухаживал за мной, приглашал на медленные танцы. Он чувствовал свою вину и таким образом пытался ее загладить. А я… таяла. И уже была готова простить ему эти три месяца молчания.
  
Мне постоянно приходилось одергивать себя и напоминать, что я обижена на него. Искать внутреннюю обиду. Но с каждым разом ее, обиды, становилось все меньше и меньше.
Следующим утром пообещала себе больше никогда не ходить гулять в будний день. Три часа сна очень мало. Голова болела нещадно и казалась настолько огромной, что я боялась застрять ею в дверном проеме. Мне еще повезло, что я не пью, а то бы точно не поднялась с кровати.
Наскоро приняв душ, заварила кофе себе и дедушке, который терпеть не могу, но проснуться надо. Сегодня был четверг, значит бабушка пошла на рынок за продуктами.
– Дедуль, кофе готов.
– Сейчас иду, Лисенок.
Крикнул он в ответ. А я глянула на часы, и поняла, что опаздываю. Быстро достала аптечку, разложила все необходимое на столе.
– Как погуляла вчера? – спросил дедушка, заходя на кухню и усаживаясь на свое место.
– Хорошо погуляла, но больше не буду среди недели этого делать, – ответила я, разрезая ножницами старую повязку у него на руке.
Аккуратно сняла бинт и в ужасе уставилась на рану. Она выглядела просто отвратительно.
– Не нравится мне она, – сказала я вслух, нахмурившись.
На что дедушка лишь цокнул.
– Что ты цокаешь? Она вообще не заживает, – строго посмотрела на него, стараясь скрыть тревогу, и начала обрабатывать рану.
– Лисенок, я старый человек. Вон, когда ребенок ломает руку, то кость может срастись за две недели, а когда старик – требуется два месяца, – ответил он.
Закончив с промыванием, я наложила повязку.
– Ничего не знаю. В субботу пойдем к врачу. Ты и я.
– Я не… – начал было протестовать дед, но я его оборвала.
– Да. Мы идем к врачу. Не пойдешь, я вызову скорую, – смотря прямо на него, проговорила.
Несколько минут мы играли в гляделки, а затем дедушка кивнул.
– Иди уже, а то в свой институт опоздаешь.
– Университет, деда.
Смеясь, я пошла собираться на учебу.
 
Глава 4
 
АНДРЕЙ
Расплатившись с таксистом, я вышел из машины и посмотрел на окна нашей квартиры. В них горел свет, значит, жена вернулась раньше. Я удивился, так как знал, что она предпочитает, чтобы я встречал ее в аэропорту. Сам не понимал, что чувствую от этого. Скорее, равнодушие и навалившуюся на плечи усталость.
Поднялся по ступенькам, минуя лифт, и открыл дверь. Я только начал раздеваться, как из комнаты вышла Дина. Бросил на нее быстрый взгляд и приподнял вопросительно брови.
– Что-то случилось? – спросил ее.
Жена нахмурилась, но тут же взяла себя в руки. Подошла ко мне и обняла. Я положил руки на ее талию и слегка сжал.
– Если скажу, что соскучилась, не поверишь?
Дина улыбнулась, но в ее глазах появилась грусть. Я знал ее достаточно хорошо, чтобы понять, что она чувствует. Но и смысла лгать не было.
– Ты и сама знаешь ответ.
Мягко отстранил ее от себя и прошел в комнату, зная, что она последует за мной. Ослабил галстук и рухнул на диван. Дина села в кресло напротив, не отрывая от меня внимательного взгляда.
– Где ты был? – спросила она подчеркнуто равнодушным тоном, но ее спокойствие – лишь маска.
Когда жена нервничает, она начинает теребить свою цепочку с крестиком, и в данный момент ее ладонь как раз потянулась к ней. Я прикрыл глаза и слабо улыбнулся.
– Посидели с Сашкой в бильярдной после работы, – снова посмотрев на нее, я сел прямо, – так ты ответишь на вопрос?
Жена повела плечом, словно отмахиваясь, но все же ответила.
– Мы перенесли открытие еще на три месяца, – вздохнула она, – проблемы с арендой.
– Почему не сказала раньше?
Дина закатила глаза и повторила мои же собственные слова ей несколько минут назад.
– Ты и сам знаешь ответ.
Логично, если учесть то, как мы расстались перед ее отъездом. Кивнув, я встал с дивана, намереваясь принять душ. Стал расстегивать рубашку, не глядя на жену.
– Соня знает?
Дина подошла ко мне, и стала помогать с рукавами. Сняла рубашку с меня и улыбнулась.
– Конечно, завтра устроим девичник.
Ее глаза засветились, и в них появились чертики. Сейчас она была похожа на молодую девчонку, в которую я влюбился много лет назад. И я испытал нечто похожее на печаль.
– Ладно, скоро вернусь.
Жена кивнула и направилась на кухню. Я же прошел в ванную и через несколько минут уже стоял под обжигающими струями воды. Одну руку запустил в волосы, второй облокотившись на стену душевой. Черт! Я не был готов к ее приезду. Не сейчас. Слишком многое мы наговорили друг другу в прошлый раз, и сейчас оно стоит между нами словно невидимая стена. Не хотел ее видеть, уже один ее вид вызывал во мне злость. До сегодняшнего дня я был спокоен и, черт возьми, успел привыкнуть к этому чувству.
Я намеренно оставался в душе дольше, надеясь, что жена уснет к моему приходу. Хотя понимал, что она ни за что этого не сделает. Обернув вокруг бедер полотенце, вышел и сразу же направился в спальню. Дина сидела в кровати, укрытая по пояс одеялом, быстро щелкая пальцами по планшету, лежащему у нее на коленях. Не поднимая взгляд на меня, спросила.
– Ужинать будешь?
– Нет, – ответил ей и снял с себя полотенце.
Прошел к постели и, откинув одеяло, лег спиной к жене.
– Тебя будить завтра? – спросил ее, не закрывая глаз.
Дина не ответила, и я услышал, как она кладет планшет на тумбочку. Через секунду выключила свет и легла, не прикасаясь ко мне.
– Андрюш…
Голос жены был тихим и нерешительным, и я закрыл глаза, надеясь, что мне все же удастся заснуть. Не прикасаясь к ней.
– Я и правда скучала.
Почувствовал прикосновение ее ладони к спине, а затем она сама уже прижалась ко мне. Я знал каждый миллиметр ее тела, мог даже сейчас с точностью сказать, что где-то чуть выше поясницы ко мне прижимается небольшая родинка в виде полумесяца, едва заметная на животе жены. Как бы там ни было, но мое привычно среагировало.
Сделав глубокий вдох, рывком развернулся к ней и прижал к постели. Дыхание Дины участилось, и она облизнула губы. Стащил с нее майку и бросил на пол. Руки стали гладить тело, которое даже спустя столько лет оставалось таким же совершенным, как и прежде.
– Знаю, – ответил ей и опустил голову к ее груди.
– Но мне ты такого не скажешь?
Жена выгнулась подо мной и застонала. Я на секунду приподнял голову и посмотрел ей прямо в глаза.
– Не скажешь, – она прикусила нижнюю губу, потому что в этот момент мои руки опустились ниже, – ты же никогда мне не лгал.
– Идиллия, да, дорогая?
В дверь кабинета постучали, и следом в открывшуюся щель просунулась девичья голова.
– Андрей Викторович, к Вам можно?
Я отложил бумаги, которые необходимо было заполнить до завтрашнего вечера. Студентка, замявшись на пороге, поправила лямки рюкзака, но все же подошла к моему столу.
– Какой курс? – начал разговор, видя, что девушка никак не решается заговорить.
На вид ей было около двадцати, но пойди разбери эту молодежь.
  
– Третий, – ответила она и снова поправила лямки рюкзака, – в прошлом году Вы преподавали у нас один семестр.
Я старался запомнить своих учеников хотя бы по именам, но из-за слишком большого наплыва студентов это не всегда удавалось.