Зависимость от тебя (ЛП)

— Для них это многое значит, — говорит Роуз, как будто у нее есть право говорить за других людей. — Увидимся завтра, — она останавливается у двери и смотрит на джинсы Ло и простую черную футболку. — И Лорен, постарайся одеться подобающим образом.
Она выходит, ее каблуки стучат вдалеке.
Я делаю длинный вдох и переориентируюсь. Импульс закончить то, что я начала с Ло, гложет меня, и я знаю, что лучше не возвращаться.
— Лили...
— Я буду в своей комнате. Не входи, — приказываю я. Вчера я скачала новое видео под названием «Твой Хозяин». Я планировала посмотреть его намного позже, но я собираюсь изменить свой график.
— А когда привезут пиццу? — спрашивает он, преграждая мне путь в коридор.
— Я ненадолго, — я пытаюсь проскользнуть мимо, но он протягивает руку к стене.
Его бицепс напрягается от этого движения, и я делаю огромный шаг назад. Нет, нет, нет.
— Ты возбуждена, — говорит он, его глаза все еще смотрят на мои.
— И если бы ты не дразнил меня, я бы не оказалась в таком положении, — говорю я в бешенстве. — Если я не смогу насытиться этим, мне придется потратить свой день на поиски парня, желающего послеобеденного секса. Большое спасибо.
Ло морщится и опускает руки к бокам.
— Ну, теперь мне придется идти на обед к твоей семье, так что, думаю, мы квиты, — он поворачивает свое тело, пропуская меня вперед.
— Не входи, — предупреждаю я его снова, мои глаза выпучиваются. Я больше боюсь того, что я сделаю с ним, если он войдет.
— Я никогда не вхожу, — напоминает он мне. С этими словами он направляется на кухню и машет рукой, допивая остатки виски.
 
 
После второго душа и самолечения в виде порнозвезд и дорогого вибратора я натягиваю настоящую одежду: джинсы и бордовую футболку с V-образным вырезом.
Ло сидит в гостиной, ест пиццу и переключает каналы. Новый стакан виски балансирует у него на ноге.
— Прости, — быстро извиняюсь я.
Его глаза ненадолго переходят на меня, а затем возвращаются к телевизору.
— За что?
 За то что засунула в себя твои пальцы.  
— За то, что втянула тебя в воскресный обед, — я неуверенно занимаю место в красном кресле напротив дивана.
Он наблюдает за мной, как всегда, оценивая мое текущее состояние. Он проглатывает свой кусок пиццы.
— Честно говоря, я не против пойти, — он вытирает пальцы о салфетку и поднимает свой стакан. — Лучше твой отец, чем мой.
Я киваю. Это правда.
— Так... мы в порядке?
— А ты? — его брови поднимаются.
— Угу, — бормочу я и, избегая зрительного контакта, хватаю кусок пиццы и убегаю обратно в безопасное место на кресле. Безопасное расстояние, есть.
— Я приму это как слабое «да», учитывая, что сейчас ты не можешь даже посмотреть на меня.
— Дело не в тебе, дело во мне, — говорю я через полный рот, слизывая соус с пальца.
— Опять же, то, что любит слышать каждый парень, — я чувствую, как его взгляд пробегает по моему телу. — Я даже не собираюсь приставать к тебе прямо сейчас.
— Даже не начинай, — предупреждаю я, поднимая палец. — Я клянусь, Ло.
— Ладно, ладно, — он вздыхает. — Ты идешь в «Голубую комнату» сегодня вечером, не так ли?
Я отшатнулась назад в шоке.
— Откуда ты знаешь?
Он смотрит на меня типа Серьезно.
— Ты редко ходишь в один и тот же клуб больше трех-четырех раз. Какое-то время я думал, что нам придется переехать в другой город, чтобы ты могла найти место для того, чтобы... — он делает паузу, пытаясь подобрать слова. — ...потрахаться, — он сверкает горькой улыбкой.
— Очень смешно, — я беру пепперони с сыром. — Тебе нужен трезвый водитель сегодня вечером? Я могу подбросить тебя куда-нибудь перед отъездом.
Я без проблем уклоняюсь от пива и крепкого алкоголя
— Нет, я пойду с тобой в клуб.
Я сдерживаю удивление. Он выбирается со мной только в выборочные вечера, и они слишком часто меняются, чтобы я могла понять их смысл.
 
— Ты хочешь пойти в «Голубую комнату»? Ты понимаешь, что это танцевальный клуб, а не какой-нибудь прокуренный бар?
Он бросает на меня еще один взгляд.
— Я прекрасно понимаю, — он вертит кубики льда в своем стакане, глядя на жидкость. — В любом случае, это позволит нам не засиживаться допоздна и не пропустить завтрашний обед.
Он прав.
— Тебе будет все равно, если я... — я даже не могу закончить мысль.
— Если ты бросишь меня, чтобы трахнуть какого-нибудь парня? — говорит он, закидывая ноги на журнальный столик рядом с пиццей.
Я открываю рот, но снова теряю мысль.
— Нет, Лил, — говорит он, — я не буду мешать тому, чего ты хочешь.
Иногда я задумываюсь о его желаниях. Может быть, он действительно хочет быть со мной. А может, он все еще притворяется.
 Глава третья  
 . 
Я помню тот первый момент, когда я поняла, что отличаюсь от других детей. И это не имело никакого отношения к мальчикам или сексуальным фантазиям, а все было связано с моей семьей. В шестом классе я сидела на задней парте на уроке английского языка, одергивая клетчатую юбку, обязательную для всех детей подготовительной школы. Когда учительница ушла, несколько мальчиков придвинули свои стульчики ко мне, и прежде чем я успела сформулировать причину их близости, они достали банки с содовой. Diet Fizz. Fizz Lite. Fizz Red. Просто обычный Fizz.
Они делали глотки, а затем оставляли банки разбросанными на моем столе. Последний мальчик открыл свою банку Cherry Fizz и озорно улыбнулся.
— Вот, — сказал он, протягивая мне содовую. — Я сорвал твою вишенку.
Мальчики захихикали, а я стала красного цвета от Fizz Red, которая испачкала кольцо на моем блокноте.
Оглядываясь назад, я должна была поблагодарить их за то, что они покупают всю продукцию Fizzle. Каждая газировка, купленная в автомате, так или иначе пополняла мои карманы. Возможно, они были сыновьями и дочерьми нефтяных магнатов, что не так интересно, как возможность сказать, что мой отец создал компанию, которая превзошла Pepsi в прошлом году. Но я была слишком застенчива и унижена, чтобы сделать что-то, кроме как еще глубже погрузиться в свой стол и пожелать себе невидимости.
Ло в некотором смысле можно понять. Его семейное состояние не красуется на рекламных щитах и в ресторанах, но каждая будущая мама знает кое-что о продукции Hale Co. Детская присыпка, масла, подгузники, в общем, все, что нужно для маленького новорожденного, создано этой компанией. Так что напитки Fizzle могут появляться по всему миру, но, по крайней мере, фамилия Кэллоуэй не нацарапано на этикетке.
Только в кругу светских львиц и бизнес-инвесторов моей семьи нам приходится беспокоиться о дразнилках и репутации. Во всем остальном мы просто два избалованных богатых ребенка.
Всю подготовительную школу парни изводили Ло, называя его малышом, что даже близко не располагало к себе. Они даже испортили его шкафчик в спортзале, высыпав на его одежду порошок от сыпи Hale Co. Ло был легкой мишенью. Не потому, что он был худым или невысоким, или застенчивым, как я. У него были стройные мускулы, соответствующие его имени, и он даже обогнал футболиста. Ло гонялся за ним по коридорам после того, как узнал, что он поцарапал его новый Мустанг.
Но на протяжении всего подросткового возраста у Ло был только один друг. И без мужского окружения он стал врагом номер один для других парней. Изгоем, над которым издевались.
Я сожалею о большинстве своих поступков, а старшая школа полна неправильного выбора и плохих решений. Переспать с парнем, который досаждал Ло, было одним из них. Когда это случилось, мне было все равно, но после этого я не могла испытывать большего стыда. Мне до сих пор стыдно, и я ношу это как толстый шрам.
Колледж изменил все к лучшему. Вдали от маленькой инклюзивной подготовительной школы мне больше не нужно беспокоиться о том, что сплетни найдут дорогу к моим родителям. Свобода дает мне больше возможностей. Вечеринки, клубы и бары практически стали для меня вторым домом.