My December (СИ)

Выдохнул. Не полегчало.
Смотрит на Теодора, который теперь пилит взглядом стол.
Ха-ха. Ты проиграл, Нотт. И проигрывал всегда. Потому что ты — слабак, трус, крыса.
И пусть. Пусть. Зато Малфой в своих глазах выше.
Нужно отпустить ситуацию. Только есть один вариант — Драко отомстит и отпустит. По-другому быть не может.
Поэтому, когда величественная фигура выходит из-за стола, великий план созревает в его голове благодаря разговору Марии.
  
Он придет на вечеринку парня, устроенную в честь праздника. И испортит ее.
***
Кажется, что школа опустела — все еще сидели за столом в Большом зале, уминая завтрак. Слишком много времени уходило у учеников на трапезу. Хотя… до урока оставалось всего ничего, и девушке нужно было успеть сделать одно крайне важное дело.
Мария еле смогла отделаться от назойливой подруги, которая, не доев свою порцию, подскочила за ней. Она была неплохой девочкой, однако ее навязчивость раздражала Финч до коликов.
Ладно. Бог с ней. Пусть носится за ней. Девушке было до одного места. Просто, когда дело доходит до такой важности, нет времени, чтобы отталкивать от себя липучек.
Пятнадцать минут до начала.
Десять.
Мария ругнулась, смотря на время по большим часам. Было же ясно сказано — за четверть до урока.
Ну и?.. Где их носит?
Девушка притопнула ногой. Если бы она не нуждалась в одной вещице, то давно бы ушла — почему какие-то парни заставляют ее ждать?
Но именно эта ситуация вынуждала ее ждать, мерзнуть от холода и, быть может, опаздывать на занятие.
Ой. Бог с ним. Давно, что ли, на зельеварение не сидела? Хотя Снегг будет не в восторге.
— Привет! — крикнул кто-то за спиной. — Лиса.
Финч вздрогнула, повернувшись лицом к двум людям, весело шагающим в ее сторону.
— Почему так долго? — без улыбки поинтересовалась она, поставив руки в боки. Девушка оглядывала их суровым взглядом, таким непривычным для поведения в обществе.
— Долго? — откликнулся другой парень. — Сейчас без пяти. Поблагодари, что мы вообще пришли, Лиса.
— Поблагодарить? — она изогнула бровь. — С чего вдруг?
Ответил первый мальчик:
— С того, например, что ты не сможешь запудрить мозги своему мальчику.
Мария шикнула, подойдя ближе.
— Тише, — она зло сверкнула глазами. — Мы договорились, что эта покупка осуществляется в тайне. Не надо сейчас языком трепаться.
— В полной, — согласился один ученик. — В полной тайне.
— Хочу заметить еще вот что, — хмыкнула девушка, — если я не куплю у вас зелье, вы не получите эти монетки, — Мария показала пальцем на мешочек в ее руках, — а вы в них так нуждаетесь.
Она изобразила гримасу обиды, сделав вид, что плачет.
— Ну так что? Кто еще кому благодарен? — вернувшись к лицу со снисходительностью, задала вопрос новенькая.
— Ладно, — буркнул один. — Но цена старая, как договаривались.
Девушка быстро кивнула. Тогда один из близнецов достал маленькую бутылочку, до этого лежащую в кармане. Она была такой крохотной, что уместилась бы на пальце.
Фред протянул ее Марии.
— Это она? — Финч была удивлена, не решаясь взять зелье в руки.
— Именно, — бодро отозвался Джордж. Он очень гордился своим изобретением, взирая на покупательницу сверху вниз.
— Почему такая маленькая? Это даже не четверть стакана! — возмутилась она, оттолкнув протянутую ладонь близнеца. — Вы что, надурить меня решили?
— Лиса, мы похоже на обманщиков? — театрально ужаснулся один из Уизли.
— Мне не до ваших шуток, — грубо буркнула девушка, наблюдая за тем, как начинают собираться ученики в коридорах. — И я просила тебя не называть меня так.
Она уперто стояла на месте, сузив глаза.
Терпеть не могла, когда ей врали. Пусть только эти нищие попробуют ее обхитрить — им не жить.
— А я буду, уж извини, — засмеялся Фред.
— И я, Лиса, — добавил Джордж. — А насчет зелья… Ты что, хочешь отравить парня? Его нельзя принимать в больших количествах. На один раз — более, чем достаточно, — и он вновь показал девушке маленькую бутылочку.
Финч, поддавшись вперед, внимательно глянула на предоставленный предмет.
— Хм… Как знаете, — отстраненно согласилась Мария и приняла напиток. Бросив его в карманчик на груди, она продолжила: — Но, если не дай Мерлину, вы обманули меня…
— И думать не надо! — перебил ее Фред. — Все в за правду.
— Ладно. Ваши деньги, — девушка бросила мешочек прямо в руки рыжему и заторопилась скрыться из коридора, чтобы остаться незамеченной.
Ученики, проходящие мимо, иногда бросали заинтересованные взгляды на троицу.
— Спасибо за покупку, Лиса! — крикнул ей в спину Джордж, смотря, как брат пересчитывает монеты.
— Обращайся, — вместе со звонком ответила Мария, мешаясь в толпе.
***
Гермиона перебирала стопки бумаг, лежащие на столе, раз за разом, пока эти движения не стали автоматическими. Она старалась сосредоточиться лишь на дежурстве, пытаясь не заплакать. Утренняя ссора с Гарри и Роном сильно ударила по девушке, какой бы стойкой она не была.
Было так больно и противно, что хотелось просто зарыдать, уткнувшись красным носом в подушку.
Неужели они не понимают, что Малфой это нечто большое, чем “хорошая девочка запала на плохого мальчика”?
“Он ведь… Мерзкий трусливый ублюдок, которого ты столько лет ненавидела”, — зашептало сознание.
Конечно, она могла понять поведение своих друзей. Общение… связь с Драко для них нечто, сродни предательству. И да, Грейнджер не могла отрицать того, что она вела бы себя точно так же, если бы кто-то из них встречался с Пэнси.
Фу, даже одна картинка в воображении вызывает приступ тошноты.
Но что она можно сделать? Разлюбить его? Открыть глаза на то, какой слизеринец подонок?
Так она и без них об этом знает, но от этого любит Драко не меньше.
Черт его подери…
Угораздило же связаться с таким, как он. Такое впечатление, будто бы на нее западают лишь те, кто любит причинять боль. Что Ленни, что Драко… обоим нравилось унижать и властвовать, оба обращались с ней, как с мусором.
Девушка была словно бутылка, которую туда-сюда швыряет морской прибой. Притянет к себе, завлечет на глубину, и вновь резко выкинет на берег, сильно ударив об острые камни.
Гриффиндорка прикрыла глаза, стараясь представить перед собой море. Она видела его очень давно, когда, будучи маленькой веснушчатой девочкой, проводила время у тети. Она отчетливо помнила запах соли и водорослей, свежий бриз, ласкающий лицо, и невероятное ощущение свободы…
Ее прервало легкое покашливание и чей-то недовольный вздох.
Вот он, стоит с таким видом, будто бы прождал целые сутки, сидя на неудобной кушетке. Глаза потемнели, лицо холодное и бледное, как никогда.
Все вернулось на свои места: нежность к Гермионе парень проявлял лишь тогда, когда был, как говорится, “в стельку”.
— Ты пришел? — голос глухой и сиплый. Отводит взгляд.
Отводит, чтобы не увидеть презрение и ледяную ярость.
Кожа, словно бы стала прозрачной, и никакая мантия не защитит от холода, который волнами исходит от Малфоя. И на секунду ей стало страшно, безумно, неистово страшно.
Вдруг он решился? Вдруг волосок, на котором держалась ее жизнь, оборвался? Неужели это — конец?
Конечно же, глупо, ужасно глупо. Драко ведь не станет убивать девушку прямо посреди школы, он же Пожиратель смерти, а не самоубийца.
Это умозаключение немного успокоило Гермиону, но ничто в данный момент не могло утихомирить звук бешено бьющегося сердца — каждый удар, словно выстрел.
Оглушающий, будоражащий, громкий.
Сглотнула, сжимая край стола с такой силой, что старое дерево стало поскрипывать и трещать.
  
Почему он молчит? Почему ведет себя так, будто бы готов придушить?
Что-то бежало по венам вместе с кровью — грязной, магловской кровью. Что-то, по ощущениям похожее на кислоту, разъедающее кости, превращающее их в горстку белой пыли; яд, приносящий адскую боль и головокружение.