Джо 5 (СИ)

— Тебя какая муха укусила, скромник? — прищурившись, я посмотрел на неожиданно покладистое животное.
— Мойра Эпплблум, Джо, — неожиданно серьезно ответил Лунный кот, — Она настолько душная, что я готов попасть в гарем к какому-нибудь султану, чтобы там задыхаться от ванили и потных женских сисек, лишь бы не проводить еще один день в компании этой мегеры!
— Ты не поверишь… — мягко улыбнулся я резко тормознувшему коту, шерсть на котором внезапно встала дыбом.
    
Глава 6
 
Особенности национального гарема
 
Велик и славен Руманапур, столица султаната Пиджах! Правит здесь светлоликий и достославный султан-падишах Муджар кар Махнуддиб своей твердой рукой и ясным разумом…
— Отвага и честь! Дворцы и песо-оок…
— Шайн, заткнись. И так жарко.
— Ты первый начал!
— Я сейчас умру… — это уже была прекрасная гомункул с суккубой внутри, падающая лицом в раскаленный песок. Поймав её за пояс, я задумчиво уставился туда, где цвел и пах Руманапур, огромный город, сердце всей пустынной торговли, жемчужина северо-востока континента Бариус. Виды манили, звали, вдохновляли состряпать летающий ковер и тереть вообще все лампы, что попались бы мне навстречу, но нет.
Спонсорами «нет» были два смуглых амбала с восточными чертами морд лица, стоящие за моей спиной. У обоих на груди были целые вязанки амулетов, некоторые из которых дали этим ваххабитам сигнал о том, что мы волшебники и волшебные создания. Теперь, за всё время посещения этой чудесной страны, оба этих бородатых абрека не должны были отходить от нас и на шаг, за что полагалось им платить четыре серебряных монеты в день.
Облом? Облом.
Ладно, идем в ближайшую чайхану, будем чайхоать и думать, где наша жизнь свернула не туда.
— Вообще-то, — залезший на меня с горячего песка Шайн щурился на выжигающее пустыню солнце, — Мы идём в твоем фарватере, капитан. Вопросы про повороты — это к тебе. Нет никаких «мы».
— Слепое доверие чревато, мой друг, — пыхтел я, таща суккубу, — Не успеешь опомнится, как ты сидишь духом в амулете и переводишь с одного языка на другой. Ну или имеешь в башке пять неполноценных личностей.
— Это не так уж и плохо, Джо. Мне нравится их кошмарить!
— Да и мне неплохо. Ты куда спокойнее стал, получив возможность безнаказанно унижать кого-то.
— Да!
Достигнув города, я приступил к своей миссии прикрытия — начал узнавать местные рецепты алкоголя для людей и прочих других рас, живущих неподалеку. Получалось… никак. Каждому, с кем я заводил диалог благодаря амулету-переводчику и суккубе, понимавшей, как оказалось, все языки в полном контексте, моё сопровождение тут же сообщало, что руманапурец имеет дело с волшебником, от чего цены на всё взлетали просто до небес.
Причины подобного выяснились быстро. Как оказалось, когда местный султан был маленьким султаненком, в смысле принцем, Боевой маг его папаши по приказу повелителя пальнул по кустам огненным шаром, а за кустами как раз сидел наш дорогой Муджар кар Махнуддиб, мирно общавшийся с недавно подаренным ему жеребенком, решившим поваляться на травке. В результате случившейся детонации кустов будущий султан приобрел хор-рошую такую контузию и магобоязнь, а жеребенок исполнил свой долг, прикрыв хозяина ценой своей жизни. Всё это оставило жирный отпечаток на психике принца, что не только позволило ему ухайдокать несколько претендентов на трон, став папиным любимцем, но и вылилось в неприязнь к магам по всему Пиджаху. Не сразу, конечно, но наш контуженный султан правил уже пятьдесят два года, и за это время целая страна научилась смотреть на волшебников, как на говно.
— Ладно, здесь нам ловить нечего, — решил я через несколько часов, — Валим домой. Шайн, ты знаешь, что делать.
Разумеется, кот знал. Пока мою уходящую к башне спину сверлили взглядами бдительные моджахеды, кот нашел среди привратной стражи заснувшего аксакала и сделал из него саксаул, стащив всю пачку амулетов, болтавшихся на шее сопящего мавра. Ловкость маленьких лапок, бегущих по песочку, два маневра, три притопа, и вот, вернувшиеся в прохладу башни, мы изучаем добычу с целью взломать детектор магии, сделав меня для него невидимым.
Способ этого самого взлома я нашёл очень быстро. Точнее, он сам нашёлся, зайдя ко мне домой, как к себе домой.
— Дорогой мой родственник, Эфирноэбаэль! — покоробил я всего эльфа лихой инсинуацией, — Не сочти за труд, помоги разобраться!
— Ты мне и так должен по гроб жизни, — отмахнулся от меня великий мудрец, хлещущий дорогой сибарский чай, как обычное пареное сено.
— За что? — поинтересовался я.
— Не сдал тебя лон Элебалам, — пояснили мне за эту жизнь, — Если они узнают, что это ты нас атаковал силой бога несчастий, то тебя похоронят заживо на дне океана. В гробу, сделанном специально, чтобы не выпустить душу после смерти тела. И это только так, то, что мне прямо сейчас на ум пришло…
— Аргумент, — покивал я, внутренне содрогнувшись, — Хотя я не виноватый был совершенно…
— Еще бы! — злобно хрюкнул в кружку эльф.
— Тогда подумай вот о чем. Пока я занят заданием бога безумия, у Лючии остаешься только ты…
— Так! Ну-ка показывай, что там у тебя!
Оставив эльфа разбираться с поделками пустынных волшебников, зачморенных ушибленным султаном, я отправился в Липавки вместе с Лючией, которой приспичило посмотреть, как там живут эти ваши простые смертные своими собственными глазами. Желание богини прошвырнуться было мной воспринято как закон, поэтому мы вышли красивые и под ручку, улыбаясь друг другу так, как будто бы во всем Орзенвальде остались только мир и любовь. Идиллия шла ровно до момента, пока я не отворил галантно ворота своей крепости, чтобы выпустить шаловливо на меня посматривающую девушку.
— Здорово! — встретил нас Кум, пасшийся возле ворот со внешней стороны.
— Айяяяя!!! — ответила ему богиня, взлетевшая мне на руки со скоростью укушенной в зад сороки, — Он говорящий!!!
— И незачем так орать, — укоризненно поведал ей гигантский черный бык с покрытыми металлом рогами.
— Джо!! — гаркнули мне прямо на ухо через несколько секунд, — Зачем ты создаешь новые виды разумных животных?!!
— Это не я, а Шакалот, — попробовал отмазаться я, стоящий как дурак, в воротах и с богиней на руках.
— Брешет, — доверительно заметил Кум, а затем, подойдя, потерся об зашатавшегося меня огромной головой, — Батяня!
Ууу, сука. Здравствуй новая головомойка и еще одно предупреждение о том, что эльфы о подобным знать не должны. Зарежут!
В процессе прогулки по деревне выяснилось, что здоровый черный бык и не думал делать из своего появившегося разума какую-нибудь тайну, потому как не успели мы войти, как он уже оказался облеплен детьми, вовсю треплющимися ему на ухо. Кум, ранее славный своим дурным характером, вполне благодушно отнесся к едущим на нем человечкам, причем шел не молча, а справлялся об их житье-бытье, называя каждого по имени. Взрослые жители деревни его тоже приветствовали, интересовались здоровьем, приглашали в гости. Я только качал головой.
Сам хозяин быка, нагнавший нас, когда уже были в центре, около дома старосты, вовсю интересовался у волшебника, а не будут ли теперь от Кума говорящие телята, потому что таких жрать ни у кого рука не поднимется. Пораскинув мозгами, я уверил бедолагу, что нет, таких телят точно не будет, жрите с удовольствием. Мрачный смешок огромного животного, подкравшегося к хозяину и ставшего причиной терминального испуга бедолаги, завершил картину. Правда, трезвомыслие быка удивило. Он только на ухо шепнул тому: «Не на моих глазах!».
  
— Я начинаю тебя побаиваться, Джо, — призналась Лючия, поигрывая листом хрена, украденным богиней с чьего-то огорода, — Ты точно святой бога совпадений, а не пророк хаоса?
— Да я самый мирный разумный на свете! — тут же обиделся я, — Ты же сама знаешь!
— Ты опытный, хитрый и… вне системы, — стала серьезной богиня, вглядываясь сверху вниз в моё честное лицо, — Нарушаешь правила, о которых вокруг и не догадываются. Создаешь новое, такое, к чему никто не готов. Используешь всё для достижения своих целей. А когда целей нет — ты развлекаешься. Ты негодяй, Джо. Ужасный негодяй!