Мастер Гравитации 5 (СИ)

— Понимаю, эх, — вздохнула моя красотка. — Люблю тебя очень. И передай австрийцам, что они там все обнаглели — отвлекают мужчину от его женщины.
— Передам, целую, — я положил трубку и посмотрел на соперника в доспехах.
— Какого хрена ты не поддаёшься воздействию никаких сил? — скалился он. — Играешь с нами как кошка с мышью. Где это видано, чтобы кто-то во время боя по телефону трепался? Ты даже не уклонялся от моих атак! — ещё немного, и он, кажется, все волосы на себе повыдёргивает.
  
— Только сейчас заметили, что я играюсь? Впрочем, не об этом речь. Моя возлюбленная сказала, что вы её бесите, и тут я с ней солидарен. Торчу здесь вместо того, чтобы быть с ней, читать книги и есть вкусную еду, — я хищно взглянул на него. — Вот тебе от неё! Получай!
Щелчком пальцев я вырвал с корнем сосну на окраине поля. И она на огромной скорости врезалась в голову храброго командира в доспехах. Ему размозжило череп, а сосна пролетела еще далеко вперёд.
И на этот раз Одарённые решили мочить меня по полной. В мою сторону выпустили несколько десятков мощных огненных торнадо. Убийственная штука… для кого-то, но не для меня. Я активировал гравитационное отражение и приготовился к представлению.
Спокойно дождался, когда торнадо достигли барьера и рванули обратно на самих Одарённых и спецназ. Воздух довольно быстро наполнился воплями, не успевших убежать спецназовцев, и запахло жареным. Их тела затянуло в торнадо, а выплюнулись оттуда лишь обугленные кости.
Я же начал бить по врагам одной гравитационной волной за другой. И эти «тараканы» больше не могли ко мне подползти. Их ряды рассыпались, броневики с пулемётами искорёжило. Но мне было мало — живых здесь оставлять не планировал.
Враги с трудом пытались собрать остатки сил, но я оказался быстрее. Настал идеальный момент для Временного якоря — я замедлил время, манипулируя гравитационным полем. Активировав этот якорь, подлетел к одному из Одарённых, свернул ему голову и забрал его меч. Теперь они все двигались будто в замедленной съёмке. Магия и пули летели так медленно, что от них мог бы уклониться даже ребёнок, не торопясь.
Поэтому я без проблем носился с мечом, кромсая австрийцев направо и налево. Некоторые пытались бежать, но там, где они делали шаг, я преодолевал сотню. И не помню, сколько часов я метался по окровавленному полю, но выдохся нехило.
Зато теперь наступила моя любимая часть — полный разрыв гравитационного поля. Один резкий перепад гравитации, и… Все превратятся в фарш. Щелчок пальцами и бды-ыы-ыщ. Фу-у! Меня даже самого окатило ошмётками земли и кусками чьих-то кишок. Поле превратилось в декорацию для фильма ужасов. Что б меня… Зато эффективно, хоть и броневик разорвало вместе с деревьями вдали. Одним махом короче прихлопнул всех врагов, а значит заслужил хотя бы пятиминутный отдых. Я рухнул на траву и ощутил — простреленное плечо продолжало ныть…
В итоге я вытянул пулю гравитацией и затянул рану притяжением для быстрого заживления. Но только сделал пару вдохов — в небе закружили боевые вертушки. Ля-я-ять! Пришлось снова подниматься. Видимо, ко мне уже боятся приближаться, и правильно делают. Еще наверняка меня снимают на камеру сверху, транслируя всё в какой-нибудь штаб, будто я мутант для изучения или неопознанный объект.
Так что я улыбнулся, помахал им рукой, и тут же началось… Враги решили перестраховаться по полной — в меня полетело всё — пулемётные очереди, бомбы, ракеты. Я же придав себе ускорение и прикрывшись щитом, просто носился по полю, выводя их из себя. И когда дым рассеивался и комья земли падали обратно, австрийцы явно удивлялись, что я ещё жив.
Меня должно было хотя бы зацепить взрывной волной и осколками, но всё отражалось от щита. И я сам не упускал возможности — нагружал вертолёты тяжестью, отчего их лопасти безысходно вертелись, а сами машины кренились вниз, зарываясь носами в землю. После чего раздавались мощные взрывы.
Потому австрийцы стали ещё осторожнее — отлетали подальше и просто кружили, держа меня на мушке. А раз они так тщательно наблюдают, пора показать всю свою мощь. Я выкрутил ауру на полную. Пространство вокруг сразу исказилось, ломаясь словно зеркало на осколки. Земля под ногами задрожала, по ней поползли огромные разломы на километры вперёд. Отдельные куски почвы поднимались высоко вверх неравномерными столбами, другие проваливались глубже. Время здесь замедлилось, но только не для меня…
Я взобрался на один из поднимающихся высокого вверх столбов и устремил взгляд прямо на военного в вертолёте. Его лицо застыло в полном шоке и недоумении, в руках он сжимал камеру. Он казался настолько оцепеневшим, что, казалось будто даже не моргал. Лопасти же вертолёта так искажались в пространстве, что превращались в неровные фрагменты, словно замершие в воздухе.
— Я могу стереть ваши города одним щелчком, если вы ещё этого не осознали, — произнёс я ледяным голосом, глядя прямо в камеру. — Но думаю, вы уже заметили, что связались с тем, кто вам не по зубам, — на моем лице сейчас, явно, виднелся хищный оскал.
Ну конечно они заметили… Пусть теперь живут в страхе, что я приду за ними. И в следующий раз лучше думают своей головой, прежде чем переходить мне дорогу…
Тем временем
в одном из административных зданий
в Австрии
— Буль-буль-буль, — янтарная жидкость струилась в бокал австрийского канцлера.
Его пальцы, унизанные драгоценными перстнями, сверкали в тусклом свете кабинета. На левом запястье — золотые часы ценой в целое состояние. Лицо, изрезанное морщинами, хранило печать глубокой задумчивости. Чёрная тройка сидела на нём безупречно, подчёркивая статус.
— Достаточно, — канцлер остановил секретаршу жестом и дождался, пока за ней закроется дверь.
Сделав два глотка, он медленно оглядел собравшихся чиновников.
— Надеюсь, никто не возражает против моей маленькой слабости в рабочее время, — произнёс он с едва заметной улыбкой, не скрывавшей тоски в глазах. — На наши плечи обрушилось непомерное бремя. Как вам уже известно, Император мёртв. На улицах — мародёры и хаос.
— Я и сам опрокинул пару стопок перед совещанием, — отозвался лысый серьёзный мужчина почтенного возраста. — Дворец разрушен — символ власти уничтожен. Это позор для Империи. Где это видано — государство ещё существует, а правителя и дворца уже нет.
— Верно говоришь, Стенульф, — кивнул канцлер. — Положение позорное и шаткое. И разгребать это всё теперь мне… Как временный правитель я должен организовать из вас Совет для принятия решений.
— Господин канцлер, решения нужны немедленно, уже прямо сейчас! — поднял руку сухопарый чиновник в очках. — Враги готовят ответный удар. Для других соседей мы сейчас — лёгкая добыча. А половина армии уничтожена, если верить сводкам. И главное — мы лишились авиации.
— Да-а, — протянул канцлер, тяжело вздохнув. — Жизнь к такому точно никого не готовила. Никогда не думал, что произнесу это — авиации нет, а боевых снарядов для неё — в избытке. Какой-то парадокс получается, — хмыкнул он себе под нос.
— Так что вы намерены предпринять, господин канцлер? — кашлянул в кулак пожилой мужчина, чья трость стояла у стула. — Вы созвали нас экстренно точно не просто так. Значит, у вас уже созрел план.
— Ты прав, Бенджамин, — отстранённо произнёс канцлер. — Я собрал вас для предотвращения грядущей катастрофы, — его пальцы отбивали нервную дробь по столу. — Как вы заметили, среди нас нет представителей императорской семьи и членов канцелярии. И думаю, вы поймёте почему… У нас остаётся единственный разумный выход, — он замолчал, но резко добавил. — И мой долг как временного правителя — обеспечить сохранность Империи любой ценой.
  
— Если мы верно понимаем, — Стенульф отхлебнул воды, — вы предлагаете прекратить войну с Российской Империей?
— В данном случае это наш долг, — ответил с уверенным видом канцлер. — Иначе мы лишимся половины всего, что имеем, а может, нас и вовсе раздробят на осколки. Вы же сами видели отчеты военных и записи, которые они передавали. Да и цифры потерь красноречивее любых слов.