Просто моя (ЛП)

— Я знаю, что все испортил, и ненавижу, как потом все изменилось. — Я сцепил пальцы на столе. Наверное, дело было в том, что я вернулся домой, а с этим местом связана целая жизнь.
— Я тоже. — Она провела пальцем по краю бокала. От одного этого движения у меня тут же встал. Да что со мной не так? Я только что признавался, как ранил ее когда-то, а правда была в том, что я хотел ее сейчас не меньше, чем тогда, хотя понимал, что это неправильно.
  
Влечение не выбираешь. Можно только не поддаваться, но от этого оно никуда не девается. А сейчас оно было сильнее, чем когда-либо.
— Когда я вернулся на выпускной Джилли из школы… И если уж говорить честно, я ехал на твой выпускной не меньше, чем на ее, — тогда я уже немного пришел в себя, но ты держалась отстраненно из-за того, что случилось годом раньше. — Я вопросительно приподнял бровь.
— Тогда меня впервые вообще кто-то тронул, — прошептала она. — А потом я попросила о большем, а ты меня отверг. По крайней мере, именно так это ощущалось.
Отказать Шарлотте Томас, когда она просила забрать у нее девственность, было самым тяжелым решением в моей жизни. И я гордился, что смог. Я понимал, что не заслужил этого. Мой отец всю жизнь брал все, что ему протягивали. Я не хотел быть таким. Хотел заслуживать. Хотел быть достойным. А тогда я таким не был. По крайней мере, сам так считал.
— Я несколько раз написал тебе, когда вернулся в кампус, но ты не отвечала.
— Ты написал, и я цитирую: «Хороших тебе летних каникул, Божья Коровка». А потом еще несколько сообщений с одним словом: «Эй». — Она закатила глаза. — Так что я решила, что пора двигаться дальше. Отпустить свой глупый краш. Я точно не хотела превратиться в отчаянную, как Люси Блокер.
— Между мной и Люси ничего не было, и ты это знаешь. Ты знаешь, что между нами все было другим. Как ты можешь этого не видеть? Черт. Тогда я просто не справлялся. Летом в колледже у меня были бешеные тренировки по футболу, я горевал по лучшему другу и испытывал такую злость на отца, что не понимал, что с ней делать. И уж точно не знал, что сказать тебе после того, как ты вылетела из машины и хлопнула дверью. Ты никогда раньше на меня не злилась, и я понятия не имел, как себя вести. Так что решил сыграть в безразличие, а ты перестала отвечать. А когда я в следующий раз вернулся домой, ты со мной была холодна. Я подумал, ты жалеешь о том, что случилось. На твоем выпускном ты едва на меня посмотрела.
— Я двигалась дальше. — Она снова пожала плечами. — Девушка может выдержать только столько отказов, Леджер.
— Я никогда не отвергал тебя. Я пытался защитить тебя. Поступить правильно. И поверь, мне было чертовски больно от того, что мы больше не разговариваем.
— Ну, девушек у тебя за эти годы хватало. Не скажешь, что ты сильно страдал.
Я кивнул. Она была права. В женском внимании я никогда не нуждался. Но единственная, чьего внимания я по-настоящему хотел, как раз и была той, кого я считал для себя запретной. Единственная настоящая связь, которую я когда-либо чувствовал с женщиной, досталась мне в детстве. Каковы, к черту, шансы, что такое случится еще раз? Но ладно. Связь с кем-то, если по-честному, переоценена.
— Я бы сказал, мы оба пошли дальше и неплохо устроились. Но мне ненавистна эта пустота между нами. Я не утверждаю, что все делал правильно. Признаю, я был молод, глуп и пару лет порядком сломан. Но ранить тебя — это последнее, чего я когда-либо хотел. И я скучаю по нашей дружбе. Скучаю по нашим разговорам. Ты была единственной, кому я мог по-настоящему рассказать, как все плохо. Я доверял тебе. Черт, до сих пор доверяю. Наверное, я по этому и скучаю.
Черт, я сейчас выкладывал сердце на стол. Для меня это не было естественным, но я хотел все исправить.
— Я по-прежнему твоя подруга, Леджер. Ты же знаешь, я всегда буду рядом, если ты меня позовешь.
— Как насчет того, чтобы начать с чистого листа, Божья Коровка? — Я чертовски скучал по ней целиком. У меня были разные женщины, в том числе несколько серьезных отношений. Но никто не засевал мои мысли так, как Шарлотта Томас.
— Ладно. Думаю, нам действительно есть что нагнать. Так что рассказывай. Слышала, ты встречаешься с дочкой босса? — Она приподняла бровь, и я рассмеялся.
— Нет. Уже нет. Не сложилось. А ты? Я слышал, ты рассталась с парнем по жукам, — сказал я, когда подошел официант, и мы заказали десерт. Я настоял — у нее всегда была слабость к сладкому.
— Боже. — Она запрокинула голову и расхохоталась. — Его зовут Лайл. Почему все называют его парнем по жукам?
— Это было серьезно? — спросил я, внезапно до безумия желая знать. — Ты его любила, этого парня по жукам?
Она закатила глаза и усмехнулась:
— Ты, возможно, самый странный мужчина на планете. Мы вроде как решили начать все с дружбы, а ты уже ведешь себя подозрительно.
— Эй! Не честно. Как раз об этом друзья и разговаривают. Отвечай, Чарли.
— Нет. Не любила. А ты? Ты любил дочку босса? — Я отлично услышал и сарказм, и ту легкую ревность, которую она пыталась спрятать.
— Нет.
— Ну, начало неплохое. Я рада, что мы об этом говорим. Это для нас обоих точка. Так что снова друзья? — Она протянула руку, и я вложил свою в ее.
— Да. За дружбу. — Я сжал ее пальцы, но она тут же выдернула руку. Она все еще не до конца мне доверяла, и я понимал ее осторожность. Мне самому доверие никогда не давалось легко. Но разрывало из-за того, что она не верила, что может на меня положиться. В моей памяти не было ни одного момента, когда бы я не пошел ради нее в огонь. Включая этот. Я поднял ложку и подождал, пока она сделает то же самое, когда официант поставил между нами брауни с мороженым.
— Нам стоит поговорить о свадьбе? — спросила она.
— Да. Ты приведешь кого-нибудь на свадьбу? — спросил я, потому что, если честно, меня интересовало только это.
— Не знаю. Учитель физкультуры у нас на работе пригласил меня на свидание. Посмотрим, что из этого выйдет. — Она хитро улыбнулась, и даже в мягком свете я видел, как каждый раз, когда наши взгляды встречались, ее щеки розовели. Но она зачерпнула ложкой мороженое и медленно обвела его губами, глядя прямо на меня. Существовала ли женщина сексуальнее?
— Правда? Значит, тебе нравятся потные типы, которые любят играть мячами, только не своими? — Я выбил ее ложку и перехватил тот самый кусок, на который она нацелилась.
— Я уже и сама не знаю, какие мужчины мне нравятся. — Она рассмеялась и выбила теперь мою ложку. — Наверное, я ищу мужчину, который знает, чего хочет.
— Учитывая, что твой прошлый парень был по жукам, сильно не зазнавайся.
Она запрокинула голову, заливаясь смехом, и у меня кольнуло в груди — будто разом вспомнились все самые светлые моменты моего детства. Ее взгляд уперся в мои губы, и я не упустил шанс: наклонился вперед, медленно проведя языком по губе.
— Ты все еще голодная, Божья Коровка?
— Я уже не так легко ведусь, как в юности, Леджер. Твои штучки для соблазнения на меня больше не действуют.
Я скользнул взглядом по ее белой блузке, соски ярко проступали под тонкой тканью, и поднял бровь.
— Не скажу, что это похоже на правду. — Я подцепил ложкой мороженое и наклонился вперед. — Давай помогу с аппетитом, подружка.
Она моргнула и улыбнулась, наклоняясь ко мне и приоткрывая рот. Черт, мой член так натянул молнию, что я боялся — сейчас прорвет. Я подвел ложку к ее губам… и отдернул. Просто потому что любил смотреть, как она реагирует на мои подначки. Но именно в этот раз она резко подалась вперед, накрыв ложку губами и тихо простонав.
  
Я закрыл глаза и меня чуть не перекрыло на месте.
— В эту игру могут играть двое, приятель, — сказала она, усмехнувшись.
— Вижу, у тебя получается не хуже.
Она откинулась на спинку стула.
— Ты приведешь кого-нибудь на свадьбу?
Я — нет. Но признавать это сразу не собирался.
— Пока не решил. А давай заключим сделку?
— Какую еще сделку?