Просто моя (ЛП)

Я прошла на кухню, достала вазу, наполнила ее водой и подрезала стебли, чтобы легли ровно.
— И это ты так околдовываешь всех своих красоток в городе? Красивые цветы и дорогое вино? — Я покосилась на бутылку, которую он поставил на столешницу.
— Ты удивительно интересуешься мной и моими дамами, да?
— Не интересуюсь, просто наблюдательна.
Он рассмеялся и оглядел комнату, неторопливо, будто впитывал каждую деталь. Я вывела его на задний двор и показала вид.
  
— Красота. Ты всегда говорила, что когда-нибудь будешь жить у озера.
— Я так и сделала. А ты, когда тебе было десять, говорил, что построишь замок для своего папы, мамы, Нэн, Джилли и меня. И, насколько помню, собирался поселить туда всех своих подружек. Ты был сердцеедом уже тогда.
Он громко рассмеялся:
— Ну, для отца я точно ничего строить не буду.
Мы вернулись в дом. Я налила нам по бокалу вина, и мы уселись за мой милый круглый белый стол.
— Тебе неприятно, что твоей отец ведет Джилли к алтарю?
Он задумался, отпил глоток и поставил бокал:
— Я хочу, чтобы она делала все, что хочет. Это ее день. Но я не понимаю, зачем подставляться под очередное разочарование. Он показал, кто он есть. Бросил нашу мать, после второй и третьей женитьбы ни копейки не давал. Не звонил. Просто исчез. Так что да, странно впускать его обратно после всего.
Я открыла коробку с пиццей, положила ему два куска и взяла себе один.
— Джилли сейчас счастлива. Она отпустила прошлое. Хочет простить, потому что иногда злость мешает жить дальше. — Я надкусила кусок, а он умудрился проглотить почти половину за один раз, и я рассмеялась.
— А ты? Ты счастлива? — сменил он тему.
— Да. То есть… есть желания, цели, к которым я иду. Но в целом да, я в хорошем месте. А ты?
— Ну, отец у меня тот еще тип, и я этого не изменю. Но у меня отличный кондо в городе. Мне нравится работа, хотя я терпеть не могу несвободу и мечтаю сам выбирать проекты. Так что я в норме, но могло быть лучше.
— Может, поговоришь с отцом, пока вы оба в городе? Это может помочь. Я не говорю, что нужно его прощать. Но можно примириться с тем, что было.
— Ты переживаешь за меня, Кузнечик?
Я улыбнулась:
— Не переводи стрелки. Мы говорим о тебе.
— Ладно. Поговорю. Он писал сегодня, хочет встретиться на обед на неделе. Надеюсь, он теперь не сбежит с обязанности вести Джилли к алтарю, раз она рассчитывает на него. И да, я с нетерпением жду, когда поведу к алтарю тебя.
У меня провалился живот. Потому что я тоже этого ждала.
Но мне не хотелось, чтобы день свадьбы подошел слишком быстро.
Потому что сразу после нее он уедет. А я наслаждалась каждым днем рядом с ним. Джилли была настолько поглощена подготовкой, что и не замечала моего отсутствия.
— Ешь давай, Дейн. У нас работа. И я не отвлекаюсь. Даже на красивые пионы.
Его рука лежала на столе рядом с моей. Он взглянул на телефон, взял его, прочитал сообщение, нахмурился и положил обратно.
— Все нормально?
— Да. Я пытаюсь выбить у босса контракт со средней школой, но он упрямый, дело движется плохо. — Его мизинец скользнул по моему, и он чуть приподнял палец, переплетая наши. — Я буду продолжать.
— Больше и не требуется, верно? — шепнула я, и его взгляд уперся в мои губы.
У меня перехватило дыхание.
В голове зазвенела тревога.
Я увязаю слишком глубоко.
Одного прикосновения пальцев хватило, чтобы тело откликнулось.
Я убрала руку и вскочила:
— Достану бумагу, и начнем.
И мы действительно работали.
Мы распланировали мальчишник и девичник, ели пиццу, вспоминали прошлое и смеялись.
Когда он собирался уходить, я держалась на расстоянии. Только подняла руку в прощальном жесте — обнимать его сейчас было бы глупо.
Но когда его горячий взгляд встретился с моим, у меня перевернулся живот.
— До скорого, Кузнечик.
Я кивнула и закрыла за ним дверь.
Опершись спиной о дверное полотно, я подумала о том, что завтра утром напишу в дневнике благодарности.
И знала, что Леджер Дейн снова окажется первым в списке.
  
8 Леджер
 
Я провел утро за работой в доме Нэн, пока она возилась в саду. Я отправлял Гарольду расчеты — он наконец согласился внимательнее взглянуть на проект средней школы. Дэн Гарфер уже несколько дней разрывал мой телефон, и сегодня утром я позвонил ему, чтобы сказать, что продолжаю работать, но обещать ничего не могу.
Я понимал, что у него есть другие архитекторы.
Но я вырос в Хани Маунтин.
Моя семья живет здесь.
И, черт возьми, Шарлотта работает в школьном округе.
Я хотел довести дело до конца.
— Ладно, пора, — сказала Нэн, входя в дом. Она бросила на стол соломенную шляпу и улыбнулась мне. На ней были свободные льняные шорты и белая льняная рубашка с длинными рукавами, чтобы не обгореть. День сегодня жаркий. Она сняла садовые перчатки и ушла в прачечную, чтобы бросить их в стирку. — Купальник уже на мне. Иди переодевайся. Ты обещал.
Я простонал. Нэн состояла в Ассоциации пожилых жителей Хани-Маунтин. У них был клуб, бассейн и небольшой тренажерный зал. Она играла в карты и бридж, а летом наматывала круги в бассейне, чтобы держать себя в форме. А вот мне совсем не хотелось торчать в дневном клубе для пожилых.
— Ты уверена, что я не нарушу твои планы с подругами? — спросил я в последней попытке выкрутиться.
— И мечтать не смей, Леджер. Девчонки только и ждут, чтобы поглазеть на молодого красавца с накачанными мышцами. Я пообещала привести тебя сегодня, даже Миранда Хайуотер придет посмотреть, оправдываешь ли ты слухи. У той вечно палка в одном месте, я уже задыхаюсь от желания тебя показать.
— Боже. Ты сдаешь меня в аренду пожилым дамам? — буркнул я, поднимаясь на ноги.
— Ну что за трагедия. Мы, пожилые, глазами еще пользуемся. Нам приятно увидеть в бассейне мужчину, который не сморщен как сушеная груша и слышит без того, чтобы мы стояли так близко, что уже толкаемся лобковыми костями. Понятно, что меня твое присутствие никак не развлекает. Я ведь не могу лапать собственного внука. Но я пообещала девочкам.
— Лапать собственного внука? Да что ты вообще такое несешь, Нэн? Пусть даже не дотрагиваются. На что ты меня подписала? — засмеялся я, закрываясь в ванной и натягивая плавки. Не верилось, что мне придется этим заниматься. А потом еще обед с отцом — везет же. Я не видел Шарлотту уже два дня. Мы проводили много времени вместе, и границы размывались. Мы все заказали для мальчишника и девичника, поужинали на следующий день, чтобы обсудить речи, так что новых поводов встретиться почти не осталось. И мне не нравилось, что я засыпал с мыслями о ней и просыпался с теми же мыслями. Все усложнялось.
А я не любил сложности.
Поэтому я сказал, что вчера занят семейными делами, а она ответила, что у нее тоже планы. Но сегодня вечером я собирался увидеть ее на Беер Маунтин: муж Эверли, Хоук, написал мне, чтобы я заехал выпить с ним, Нико и Джейсом. Мальчишник был завтра, так что засидеться мы не могли. Гаррет сообщил, что они с Джилли тоже заглянут, значит, Шарлотта, скорее всего, будет там. Я с нетерпением ждал всех увидеть и чуть не написал ей, чтобы уточнить, идет ли она, но не хотел выглядеть нуждающимся идиотом.
Хотя, когда дело касалось Шарлотты Томас… я и был нуждающимся идиотом.
Нэн устроилась на пассажирском сиденье и начала крутить радио, пока не нашла какую-то мелодию на XM Radio. Я закатил глаза, когда заиграла «Pina Colada», а она захлопала в ладоши.
— Один час, ладно? Мне еще надо пообедать с отцом, как бы больно это ни звучало.
  
— Это очень благородно, — сказала она и подозрительно покосилась на меня, когда мы въехали на парковку у клуба, который я называл Голубым Домом. — Это Джилли попросила тебя с ним встретиться?
— Нет. Она так погружена в подготовку к свадьбе, что я ей даже не сказал, что иду.