Эльф из Скайрима (СИ)

Энергий, что следом быстро распространились по всему его телу, отчего мои натренированные инстинкты завопили об опасности.
Хорошечна!
Мир замедлился.
Я ускорился.
И уравнял шансы в нашем противостоянии, ибо ускорившийся орк вновь вернулся к прежней скорости.
Что же… По всем канонам эпических битв, пора начинать второй раунд.
Довольная улыбка сама собой стала ещё шире.
    
Глава № 13. Увлечённые. Преддверие Исхода
 
P.S. Дневной проды не было, ибо организм решил, что на будильник не надо реагировать. На всякий пожарный скажу, что дневная завтра маловероятна, но возможна. Зависит от того, когда усну. Следующая ночная в полночь будет железобетонно.
Поздняя Меретическая Эра.
Более 4500 лет до рождения Последнего Довакина.
Фалмерет/Скайрим.
Спустя мгновение.
Феатор Каслана.
Поле боя замедлилось и словно превратилось в вялые игры в поддавки.
Впрочем, в последние мой противник не собирался играть. Наполненный яростью и силой своего даэдрического божества с пяток до кончиков ушей, потомок изменённых эльфов умудрялся составлять мне серьёзную конкуренцию.
Н-да… И именно в такой момент я нашёл параллели с Властелином Колец. Там тоже вроде как этих уруков, урук-хаев Тёмный Властелин создал из эльфов. Общий мотив, однако.
К счастью, вес топоров был не таким большим как у секиры Исграмора, плюс в целом они не были артефактами, а просто хорошими вещами, наполненными силой Даэдра. Вуутрад, а вроде она так зовётся, к тому же словно обладала своей собственной ненавистью к эльфам.
— Уф-ф-ф… — резко выдохнул я воздух, когда его топор чуть не разрезал мне нос напополам.
Гадёныш зелёный резко ускорился, а чуть не прозевал, сравнивая его с Исграмором. Н-да, поменьше отвлекаться надо, но… Я же нынче долгожитель. А коротаю время я в том числе и многочисленными размышлениями, которые длятся до-о-олгие часы и дни.
Впрочем, возвращаясь к идущему обмену парированиями и уворотами. Мой противник не испытывал ко мне ненависти подобно Исграмору, и недооценивать не собирался, лишний раз не подставляя свой голый торс под невероятно острый клинок.
Эх, вот были бы на нём доспехи!
Я бы его так, так удивил!
Но сейчас только и приходится оставлять небольшие сколы на эбоните, который был всё-таки слегка хуже драконьей кости, тем более дополнительно обработанной.
Хм-м-м-м… Надо будет потом потрогать эбонитовую катану, и вообще на Акавире побывать, если люди Алдуина не отправят в будущее.
Параллельно мыслям в моей руке вспыхнул магической огонь с периодическими золотыми языками пламени, который потоком устремился прямиком в сторону зверской морды орсимера.
Будь это обычное пламя, оно бы почти не причинило вреда запитанному силой Даэдра по самое-то самое орку, но в моём огне были и крохи Аэдрической Энергии, которые передавались меня Аури-Элем через ретранслятор в виде Фламментейна.
Аури-Эль, к слову, может в иронию.
Ведь свою энергию он поставляет мне только для огненной магии, игнорируя всякую прочую… И это при всём том, что я именно что Снежный эльф, а не несуществующий ещё данмер какой-нибудь со склонностью к огоньку.
— Р-р-р-р-р! — не хуже всяких драконов зарычал орк, когда он был вынужден ставить на пути огня свои топоры, а я в это время сделал выпад ему в торс.
Последний он-то довернул, но рана аналогичная Исграморовской, ещё никому не добавляла прыти. Особенно когда я успел проскользить волнистым лезвием достаточно далеко, и обратным движением мой меч сработал как пила. Без серьёзного вмешательства такая рана не заживает.
Даже на орке, ведь несмотря на его регенерацию и поддержку даэдра, удар ему был нанёс противником и оружием той же лиги.
После очередного перезвона наших оружий, этот Газгкулл попытался захватить загнутой частью своего топора мой клинок после очередного выпада, и быть может у него даже что-то получилось из-за формы лезвия фламберга, но… Один топор не мог полностью заблокировать даже медленный на наших скоростях огненный шар.
Отчего он тут же попытался выдернуть оружие из контакта, но этого не дал сделать уже я, зацепившись клинком за изогнутую внутреннюю часть лезвия топора.
— Колдавство! — прорычал орк с чистейшей яростью, на еле-еле узнаваемом при таком тоне орочьем языке.
Да, его я тоже знал. Время на обучение было, да и Священная Долины неподалёку от основных мест расселения орков находится, хоть и попасть в неё крайне сложно. Проходов невероятно мало и все они или засыпаны моими сородичами, или замаскированы подчистую.
— Будешь Газгкуллом Палёной Мордой! — хохотнул я, отскакивая подальше и вновь принявшись обходить орка по кругу, держась боком для меньшей зоны поражения.
Зеленокожий же не сделал также, стоя во всю ширину плеч, а оттого являясь идеальной мишенью для стремительных, пружинчатых выпадов, подобно рапире.
Вон, как его сородичей разделывает Вайси!
Точный удар р-р-раз, и очередной орк не успевает вернуть свой двуручник в защитное положение, и с продырявленной шеей падая на влажную почву.
Остальные эльфы тоже не сплоховали, разделывая полных гнева орков как больших зелёных поросят. Орсимеры очень хороши против обычных воинов, компенсируя разницу в опыте и умениях за счёт физических возможностей и особенностей.
Но вот против магов… Теряются.
Сложно попадать по врагу могучими ударами, если твоё лицо с глазами горит, сверкает вспышками молний или вовсе заморожено. Средний план сражения у каждого здесь собравшегося был довольно прост — орк безрассудно лезет на отступающего эльфа, утверждается в своём превосходстве… И получив магией в морду, режется как слепой котёнок.
Не перебили мои подчинённые их только из-за численности. Всё-таки их было втрое больше, и приходилось следить за другими двумя противниками.
— Ты умрёшь под моими топорами, снежный эльф! Ва-а-агрх! — крикнул боевой клич громила, тут же проходясь своими топорами по собственной груди, нанося две весьма серьёзные раны.
Вот только вместо того, чтобы ослабнуть от подобного перфоманса, этот хрен клыкастый только усилился!
Из-за чего мне пришлось скакать не хуже горного козла, уворачиваясь от каждого взмаха орка. Со стороны могло бы показаться, что я абсолютно доминирую, ведь у меня не было не единой раны, но… Я прекрасно понимаю, что даже одно попадание такого топора, и я как минимум лишусь конечности.
Если меня вовсе не располовинит, да.
Ладно уж… Раз он применил свой козырь, тогда и мне стоит.
Ведь Фламментейн служит не только как ретранслятор силы аэдра. Не-е-ет, подобно Луку и Щиту он имел свою особенность.
И к сожалению для моего противника, на небе сейчас светило Солнце Магнуса, а не остатки тела Лорхана — Массер и Секунда.
Совершая уже, наверное, сотый выпад в сторону шеи орка, совмещенный с отправлением в него потока пламени, вождь был вынужден подставить плечо, посчитав касательного вида рану на нём несущественной. Но последователь Малаката так и не понял, что эта атака была гора-а-адно опасней, хе-хе.
И в каждой точке своего соприкосновения, лезвие оставляло небольшую временную аномалию. И фактически прямо на глазах области кожи и плоти вокруг раны начала стареть и темнеть.
— Что это… — нахмурился клыкастый, даже на миг выпадая из боевого угара.
Я не стал ему объяснять эффект работы своего оружия, как какой-то киношный и не очень злодей, просто-напросто принявшись использовать на полную полученное преимущество в виде плохой подвижности правой руки оппонента.
  
А так как на нашем уровне мастерства любая уязвимости фактически приводит к смерти, совсем неудивителен тот факт, что когда я пошёл в атаку, абсолютно не щадя свою выносливость, мне наконец-то удалось пробить оборонительную позицию обладателя топоров, да практически филигранным взмахом…