Идеальный компаньон для принца-дракона (СИ)

Вода тихо плещется в такт моим толчкам. Полотенце скользит под её животом, дыхание становится тяжёлым. Я сжимаю её руки. Всё вокруг кажется неважным и просто исчезает.
Когда всё стихает и остаётся лишь усталое, но сладкое послевкусие, я смотрю на то, как она поднимается из воды, не спеша вытирается и начинает одеваться. Свет ламп мягко скользит по зацелованным мною плечам и спине. Я вдруг ясно понимаю, что влюбляюсь в Соню всё сильнее с каждым днём. Поначалу я думал, что это всего лишь похоть. Но за прошедшие месяцы я убедился: дело не только в желании. Мы сблизились так, как мне раньше и представить было трудно.
  
— Я люблю тебя, Соня, — шепчу я, прижимаясь к ней. — Но как же меня угнетает, что мы должны скрываться даже от моих собственных слуг.
Соня садится рядом. Её пальцы находят мои и сжимают их слабо.
— Помнишь, я рассказывала тебе, как впервые в жизни влюбилась? И как эти чувства едва не привели меня к гибели, — произносит она без прежнего болезненного выражения.
Я киваю, ощущая, как внутри снова поднимается жгучая ревность к тому другому. Мне хотелось бы уничтожить этого человека, стереть всё до последнего упоминания о нём, в том числе и из головы Сони.
— Именно потому, что я знаю, на какие безумства может толкать влюблённость, — продолжает она, обнимая меня, — я и не хочу, чтобы вы предпринимали какие-то отчаянные шаги, касающиеся нас двоих. Давайте просто будем вместе вот так, как сейчас, не говоря никому ни слова. Так мы оба будем в безопасности.
— Наверное, ты права, — отвечаю я, пряча лицо у неё на плече. Её запах, такой знакомый и дорогой, успокаивает, но внутри всё равно остаётся горечь.
  
Глава 21
 
Я возвращаюсь с тренировки под вечер. Обхожу залы и заглядываю в спальню в поисках Сони, но не нахожу её. В душе появляется тревога. Я ловлю в коридоре одну из служанок.
— Вы не видели моего компаньона⁈ — спрашиваю с дрожью в голосе.
— Она пожелала самостоятельно выбрать себе комнату, — отвечает та испуганно. — Ваш компаньон сказала, что получила от вас разрешение.
— Ах да, точно, — я выдыхаю и отпускаю девушку. — Я просто забыл об этом.
Не так давно Соня сказала, что ей нужна отдельная комната. Поначалу это возмутило меня. Я испугался того, что она больше не хочет проводить время со мной. Но она объяснила, что даже животным нужен собственный угол. В моменты дурного настроения или плохого самочувствия она бы хотела быть в таком месте, где её никто не побеспокоит: ни слуги, ни даже я. Не то, чтобы я не понимал этого раньше. Просто мне тревожно, когда её нет рядом. Так или иначе, я не смог ей отказать в просьбе. Но думаю, мне стоило провести ей экскурсию, чтобы не искать её так, как сейчас.
Я дохожу до конца коридора и замираю, заметив открытую дверь в комнату Амали. На секунду мне кажется, что я вернулся в прошлое. Что сейчас я увижу её. Я спешу туда и оглядываюсь, переступив порог.
— Вы вернулись, Ваше Высочество? Как прошла тренировка?
Странное дело. Я вижу Соню в этой комнате, и мне становится неловко. Мысли лихорадочно начинают метаться в голове. Прежде всего я опасаюсь, что она может не так понять наши с Амали отношения.
— Всё, как обычно, — отвечаю я, подходя ближе.
Понимаю, что в этой комнате ничего не изменилось. Здесь всё так же много вещей Амали повсюду: книги, одежда. Разве только теперь всё покрыто слоем пыли. Я подбираю с пола небольшую картину с изображением разноцветных ящеров в рамке. Это она нарисовала? Всё же она была та ещё чудачка. Я пытаюсь очистить холст от пыли.
— Простите, я не знала, что это её комната, — говорит Соня с явным сожалением.
— Да всё в порядке, тебе не за что извиняться, — я отбрасываю рамку в сторону, так и не добившись результата. — С Амали у меня были не такие отношения, как у нас с тобой. Она была всего лишь компаньоном и не больше.
— Но вы всё равно переживаете из-за того, что она погибла, — не спрашивает, а констатирует Соня.
— Да, потому что, как её господин, я нёс за неё ответственность. И не справился. Я не сумел ни защитить её, ни найти её убийцу.
Слова даются тяжело. В горле будто застревает ком. Словно чувствуя мой дискомфорт, Соня спешит вернуться в коридор.
— Я слышала, что это случилось в королевском дворце, — она смотрит прямо на меня, словно ждёт, что я продолжу.
Мне казалось, она будет ревновать. Но выражение лица Сони и спокойный голос говорят о другом. Её интерес совершенно иного рода. Неспешным шагом мы направляемся к моей спальне.
— Да, её нашли в королевском саду, — отвечаю я неохотно. — Также рядом с ней нашли ящера, у которого не хватало одной ноги.
Холод пробегает по коже, будто я снова стою там, среди алых клумб. Картина врезалась в память так глубоко, что до сих пор порой возвращается ночами.
— Ящеры ведь довольно тяжёлые, верно? — произносит Соня, глядя куда-то в сторону. — Среднестатистический девонец вряд ли сможет унести целую тушу. Но вот одну ногу — вполне…
— Но я всё равно не понимаю, для чего убийце нужна была нога ящера, — произношу я, качая головой.
— Например, чтобы съесть, — предполагает Соня, всё тем же отстранённым тоном. И хотя я понимаю, что она не всерьёз, мне всё равно жутко.
— Что за безумец решится убить священное животное, чтобы съесть⁈ — спрашиваю я. Но этот вопрос скорее риторический. Соня, однако, задумывается над ним.
— Знаете, я читала, что в древние времена у некоторых племён, населявших Землю, был обычай поедать тела поверженных врагов, чтобы получить их силу, — вдруг произносит она. — Что, если этот ваш безумец желает таким образом обрести какую-то силу, которую могут дать только священные животные?
Не знаю, в чём дело. Может, в том, что я вспомнил об Амали. А может, в том, как Соня без эмоций рассуждает об ужасных вещах. Но я чувствую, как в висках начинает пульсировать. Голова становится тяжёлой. Впервые за всё время нахождения Сони рядом, мне хочется побыть отдельно от неё.
— Кстати, я выбрала себе комнату, — произносит она вдруг. — Не волнуйтесь, не её. Вот эта спальня — напротив вашей кажется подходящей.
— Хочешь… начать обживаться там уже сегодня? — спрашиваю я осторожно. Мне правда не хочется отталкивать Соню. Но едва ли я смогу привести мысли в порядок рядом с ней.
— А можно⁈ — её глаза загораются. Я выдыхаю облегчённо.
— Конечно, я прикажу, чтобы горничные помогли тебе со всем.
Мне немного стыдно, что я не могу быть с ней до конца откровенен. Тем более что Соня совсем неглупая и за время, проведённое рядом со мной, уже успела хорошо изучить меня. Надеюсь, позже я смогу рассказать ей всё.
Я оставляю своего компаньона в компании нескольких слуг, сам же в сопровождении охраны выхожу на террасу. Только там я могу хотя бы на время избавиться от гнетущих мыслей.
Поздняя осень на Девоне вступает в свои права. Воздух прозрачен и холоден, и в каждом вдохе уже чувствуется дыхание зимы. Листья на аллеях сада подо мной окрашиваются в бронзовые и золотые оттенки. Ветер медленно срывает их с ветвей, унося к каменной плитке дорожек. В этой красоте есть что-то трагичное: природа словно сама напоминает о том, что всё живое проходит свой путь к увяданию. Лишь одна мысль по-прежнему поддерживает меня: Соня будет со мной этой зимой.
  
Глава 22
 
Тот приём в королевском дворце был до безобразия скучным. Казалось, я видел одни и те же лица тысячу раз, пока не заметил её. Фракти стояла у большого окна и смотрела на ночной город. В её позе не было театральной вычурности. Она была задумчива и скромна, но в той же скромности жила какая-то сила. Девушки вокруг меня суетились, улыбались и кланялись, стараясь произвести впечатление. Фракти же, похоже, было неприятно находиться в этом месте. Как и я, она просто пережидала, когда приём закончится. И это странным образом роднило нас.
  
Мне захотелось заговорить с ней. Но когда я подошёл к ней, произошла ещё одна удивительная вещь: цвет её чешуи изменился, стал почти того же оттенка, что и портьера позади Фракти. Это поразило меня. Впервые в жизни я видел хамелеона так близко.