Мой (не) преследователь

– Что за глупости? Он же прислал за мной.
– Его срочно вызвали на поисковые мероприятия, – пожал плечами парень. – Мне наказали передать вам, что встреча переносится на завтра.
– Встреча, – бухтела я себе под нос, спускаясь по ступенькам. – Никакая не встреча, а допрос. Прошло время, когда Матиас назначал мне встречи.
Дома меня встретила Мэри.
– Летти, ты как уехала, у меня сразу сердце прихватило!
  
– Как же так? За лекарем послали?
– Никакой лекарь не нужен. Ты вернулась, и мне уже полегчало. Скажи, что там с инквизитором?
– Ничего особенного, интересуется, как я живу.
– Боюсь я его, Летти, помню взгляд, когда ты ему отказала в помолвке. Такие мужчины не забывают обид.
– А какие люди их забывают?
– Полно тебе, всё паясничаешь, – пожурила меня старушка.
– Не хочу о нём разговаривать. Есть темы гораздо интереснее, – я отвела взгляд в сторону, боясь, что он меня выдаст.
Мэри, одна из немногих знавшая меня с детства, всегда понимала, когда я лгу.
– Хорошо. Ты уж прости меня старуху, я за тебя переживаю.
– Я знаю, Мэри. А я переживаю за тебя. И поэтому запрещаю тебе волноваться. Слышишь меня? – и я положила голову няне на колени.
Мэри обняла меня, и на какой-то миг я почувствовала себя в безопасности. Будто я снова та маленькая девочка, которую старая няня может уберечь от всего плохого.
– Как же я соскучилась по тебе, ты даже не представляешь, – тихонько прошептала я.
Вечером я заметила движение за окном. Высокая фигура в камзоле. Матиас Веларэс. Я даже не стала дожидаться, пока он войдёт в дом, и решила выйти сама. Спустившись по ступеням, я отправилась прямиком к инквизитору.
– Что ты здесь делаешь?
– Не мог дождаться нашего утреннего свидания, – усмехнулся мужчина.
– В какие игры ты играешь? – спросила я инквизитора, глядя прямо в глаза.
– Игры? Нет, Летти, игры давно закончились, моя дорогая. Признаться, мы с вами могли уладить этот конфликт по-семейному. Но, увы, вы мне отказали.
– И не без причин! – вспылила я.
– И какая же была основная причина? В том, что я простолюдин, а вы графиня?
– Ты же знаешь, дело было совсем не в этом, – ответила я.
– Для меня это уже неважно, Летти, – сухо произнёс инквизитор. – Я здесь, чтобы тебя предупредить. Я нашёл новые улики против твоего брата.
На миг я, кажется, перестала дышать.
– В день, когда была обнаружена пропажа реликвии, твой брат посещал библиотеку под предлогом участия в научном собрании. Более того, участники отметили, что твой брат вёл себя очень нервно и подозрительно.
– Это ещё не доказывает его вину.
– Он ушёл с середины мероприятия. Раньше всех остальных. И исчез. Понимаешь, к чему я веду? – Матиас пристально посмотрел на меня.
– Михаэль наверняка это всё объяснит.
– Конечно. Только в тюрьме. Мне пора покинуть ваше общество, – мужчина насмешливо попрощался.
– Скучать не буду, – ответила я.
– Летти, – Матиас слегка помедлил, – не вздумай опять исчезать. Я понятия не имею, как ты скрылась от меня, но не смей повторять этот фокус. Запомнила? – и мужчина ласково заправил мне прядь волос.
– Руки прочь, Матиас! – отскочила я от инквизитора. – Руки прочь…
Веларэс развернулся и ушёл.
Короткий разговор с ним взволновал меня. Я сильно переживала за брата.
Но была ещё одна вещь, тревожившая меня, помимо беспокойства о родственнике.
Инквизитор разворошил дела давно минувших дней. Сердце болезненно сжалось от воспоминаний.
Едва мне исполнилось восемнадцать, дедушка решил устроить мою судьбу и стал подыскивать женихов. Дело оставалось за малым – выбрать кандидата.
Наша семья была известной, богатой и с хорошей родословной. Породниться со старым графом желающих было немало. С утра до ночи дома была суета. Приезжали курьеры с цветами и записками. Проводились балы и званые ужины.
На одном из таких мероприятий появился он. Матиас Веларэс во всей красе. Высокий и широкоплечий, парень сразу привлёк моё внимание. Умные, слегка насмешливые глаза. Светлые волосы, полные изогнутые в лукавой усмешке губы. Веларэс был ожившей девичьей мечтой.
Конечно же, я заинтересовалась им. Весь вечер мы танцевали и разговаривали. Он шутил, а я затаив дыхание, слушала его истории. Очаровавшись им, я сразу же сообщила об этом семье.
Дело пары дней – узнать о нём чуть больше для заключения помолвки.
Общей информации о мужчине было немного. Тогда он был начальником личной гвардии императора. Парнем из простого народа, добившимся всего самостоятельно. В первый же вечер знакомства он отправился к нам с предложением руки и сердца.
На следующее утро Матиас прислал записку. Через день мы встретились погулять в парке. Вечером меня ждали цветы и новое послание.
Так продолжалось почти месяц. Правила приличия не позволяли мне видеть его каждый день. Но передавать друг другу записки с посыльными было ещё более волнующе.
Матиас вскружил мне голову, пока в один ужасный день всё не рухнуло. Дедушкин доносчик сообщил нам: парень заинтересован в наследовании моего приданого и титуле.
Вспыливший дед тут же позвал к себе неудавшегося зятя и в красках рассказал, почему ему не видеть моих руки и сердца.
Вот с рукой он, конечно, не ошибся, а насчёт сердца был неправ. За время общения я влюбилась в Матиаса и тяжело переживала новости о его корыстности. И хоть я старалась не показывать разочарование и обиду, домашние знали, как тяжело мне приходится. Вся семья, как могла, подбадривала меня.
Ночами напролёт я рыдала в подушки, а днём вставала и с бесстрастным лицом занималась привычными делами. Дед стал более требователен к кандидатам. Но я упросила его отложить поиски женихов хотя бы на год.
Ровно через год дедушки не стало. Помня о разочаровании и своём разбитом сердце, я сторонилась мужчин. Не отвечала на письма или приглашения на свидания. А на балах теперь не танцевала более одного танца с кавалером.
Стоит заметить, дед так и не рассказал полную версию его разговора с Матиасом. Веларэс пару раз искал со мной встречи и старался передать записки. Но я отклоняла все его попытки.
В конце концов, парень смирился с отказом и отстал от меня. После этого я видела его пару раз издалека. Он внимательно наблюдал за мной. Едва я ловила себя на рассматривании милых моему сердцу черт, как сразу же разворачивалась и уходила.
Я просила домашних не упоминать о нём. Но запретить сердцу вспоминать Матиаса была не в силах.
Даже сейчас, я возвращалась мыслями в тот месяц беззаботного счастья и влюблённости.
Иногда я даже беседовала с Матиасом. Не реальным, а воображаемым. Придуманным моим очарованным мозгом.
Спрашивала его, почему он так поступил, или вовсе делала вид, что ничего не произошло, и представляла себе нашу беззаботную беседу. Я никому не говорила, что Матиас всё ещё жил в моём сердце. Мне даже себе было в этом сложно признаться.
Как дети придумывают воображаемых друзей, так я беседовала с несуществующим теперь уже инквизитором.
Я чётко осознавала, что между моим «придуманным» и «настоящим» Матиасом была огромная пропасть. Но я не могла расстаться с мыслями о нём. Иногда я отвлекалась и месяцами не думала о мужчине.
Но позже всё возвращалось с новой силой, словно тайфун, сметая всё на своём пути. Мне искренне хотелось, чтобы воспоминания о нём перестали посещать меня. Но, как я ни старалась разлюбить его, не смогла.
Матиас, заняв должность инквизитора, стал более жесток и холоден. Всё больше сплетен расползалось о нём по городу. Всё меньше людей хотели узнать его тайны. А инквизитор больше никому не доверял…
  
 Я вернулась в дом и задумалась.
– Кто бы смог мне помочь отыскать брата?
Метка на руке начала зудеть. Я достала мазь Хосе и нанесла на кожу. Теперь должно стать легче. С каждым днём метка увеличивалась. Всё больше сияла серебристым светом и принимала необычную форму. Иногда в ней можно было увидеть витиеватые узоры. В ту же секунду, что я ловила их взглядом, они меняли свою форму.