Беглянка (СИ)

Впрочем, особой сплоченности в экспедиции я не заметила. Команду явно набирали с нуля.
Но, тем не менее, к десяти часам мы все дружненько собрались в вестибюле, ожидая Пьера.
Он оказался пунктуален и приветствовал нас широкой улыбкой, появляясь в гостинице. А затем мы были приглашены в автобус, который повез нас на знакомство с местным научным сообществом.
Вот только короткая вспышка воодушевления, испытанная мною накануне, уже прошла. Следовало быть честной хотя бы с собой — ни к какой работе я не готова. Да, экспедиция на Таншу — это редкая удача, но к такому нужно готовиться заблаговременно. Собрать всю возможную информацию, подготовить план исследования, поставить цели и задачи, просто чтобы знать, в каком направлении вести исследования. Я же попала сюда совершенно случайно, и вместо того, чтобы хоть как-то подготовиться хотя бы в дороге, бездарно истратила время на страх.
  
В свое оправдание могу сказать, что меня просто выбила из колеи та ситуация, в которую я попала. Да и мой предыдущий проект, которому я отдала столько времени и сил, остался незавершенным.
Я была не готова к Танше. Ни физически, ни морально. И следовало признать, что нахожусь я здесь исключительно в роли туристки. Экспедицию обязали укомплектоваться штатной единицей археолога, который моим коллегам был совершенно не нужен.
Впрочем, я ведь здесь и впрямь не по работе, а просто прячусь от ищеек императора.
Но все же хотя бы посмотреть на местные раскопки стоит. Иначе никогда себе не прощу, что упустила такой шанс.
Здание института оказалось серым и скучным. Настолько привычное зрелище, что я в который раз поразилась сходству этого мира с остальными человеческими. Здесь вообще есть что исследовать? Хотя в инфсети упоминались кадхаи, но что-то ни Шарль, ни Пьер не признались, что они не люди. Быть может, местные кадхаи давно ассимилировались с людьми и теперь это — просто звание?
Вот будет обидно.
Нашу делегацию встретили практически у дверей и после короткого знакомства растащили по разным этажам — в зависимости от специальности. Я же присоединилась к Анастасу, решив пока побыть его ассистентом и выяснить, чего от нас ждут. А то попросят меня местные археологи ознакомить их с планом моих исследований, а потом будут считать, что специалисты за пределами Танши работают исключительно некомпетентные. Анастаса в составе небольшой группы, куда входила и я, повели в архив. И да, наш руководитель четко и без запинки объяснил таншанским коллегам, чего хочет от своей работы. И его буквально завалили бумагами — да и нас заодно — совершенно осчастливив.
Неужели у них нет цифровых копий?
Зато в процессе разбора архивных данных стало ясно, откуда на планете люди.
Как оказалось, вместе с кадхаи Таншу заселили и обычные люди. Они занимались возведением городов, сельским хозяйством и промышленностью, обслуживая нужды кадхаи.
Последние быстро превратились в привилегированный класс, заняв все управленческие должности. Собственно, так это и осталось.
Так что местные люди — это потомки обслуживающего персонала. И продолжают выполнять эту функцию.
Почему, пока не понятно.
Анастас читал архивные документы и приходил в восторг.
— Вопросов больше, чем ответов. Разве не чудесно? — восхищался он, корпя над очередным текстом.
Конечно, он был прав. Любопытство — обязательная черта для настоящего исследователя. А обилие вопросов требует его удовлетворения.
И это чудесно, даже если совсем не подходит мне по профилю.
С другой стороны, было интересно наблюдать за чужим исследованием, при этом участвуя в работе. И особых сложностей не было — архив содержался в безукоризненном порядке.
Но на то, чтобы его изучить, понадобится времени куда больше, чем выделенные нам полгода.
Даже с учетом той помощи, что нам оказывали местные.
На обед Анастаса пришлось уводить чуть ли не силой. Будь его воля, он бы, наверное, остался жить в архиве, но, увы, человеческое тело слабо.
Покормили нас в местной столовой, где за едой мои коллеги активно обсуждали первые результаты.
— Все выглядят такими воодушевленными, — за мой столик вдруг подсел Пьер. — Кроме вас.
Я снова предпочла еду в одиночестве, а потому в обсуждениях не участвовала.
— К сожалению, у меня немного иной профиль, — улыбнулась я ему.
Да, археология включает в себя изучение архивов, ведь бессмысленно, не вооружившись знаниями, копать землю в рандомных местах в надежде найти сокровище. И эта предварительная работа может занять много времени, и только после ее завершения можно отправляться в поле. Да и на самих раскопках бумажной работы хватает. Но и просто читать архивы в надежде, что найдется что-то полезное, не зная, что именно ищешь — тоже бессмысленно.
И как раз целей у меня не было.
— И какой же? — полюбопытствовал Пьер.
— Я археолог, — пояснила я. — Специализируюсь на артефактах времен войны с хаотами.
Пьер приподнял брови:
— Но хаоты не оставляют никаких артефактов.
— Да, — согласилась я с очевидным. — Люди оставляют.
И умолкла, насторожившись. Почему он говорит о хаотах в настоящем времени? Война завершилась много столетий назад, о ней даже информации толком не сохранилось.
— Вас что-то смущает? — неведомым образом догадался Пьер.
— Вы сказали — не оставляют, — заметила я. — А не оставляли.
Он мягко рассмеялся:
— Вряд ли их повадки сильно изменились со времен войны.
Я похлопала ресницами, осмысливая услышанное:
— В каком смысле?
— Я предполагаю, что если сейчас в местах прорывов никаких артефактов не появляется, то и раньше было, скорее всего, так же, — пояснил он.
— Вы хотите сказать, что хаоты все еще… нападают? — уставилась я на него пораженно.
Этого просто не могло быть. Когда-то давно хаоты чуть не уничтожили человечество, но с помощью кадхаи их удалось остановить. И с тех пор нигде в галактике о них не слышали.
Как и о кадхаи, которые почему-то спрятались на отдаленной планете, не выходят в космос и не контактируюсь с остальным человечеством.
— Да, — как о чем-то обыденном сказал Пьер.
— Но… разве они не были уничтожены?
— Те, кто проникли сюда до нас — были, — согласился он легко. — Но здесь, на Танше, они продолжают проникать в наш мир через разрывы. А мы продолжаем их уничтожать.
— А вы — это… — я растерялась.
— Кадхаи, — Пьера, кажется, веселила моя растерянность. — Мы все еще несем службу, защищая человечество от монстров. И, пока мы живы, хаоты не покинут пределы благословенной земли Танши.
Хорошо, что я уже сидела, иначе бы точно упала.
Одно дело — исследовать полумифическую войну, подтверждением которой являются кадхаи. И совсем другое — вдруг узнать, что страшный противник все еще существует.
— Это… неожиданно, — пробормотала я.
— Вы удивлены? — Пьер улыбнулся. — Должно быть, там, среди звезд, о нас давным-давно забыли.
— Империя велика, невозможно упомнить все, — рассеянно откликнулась я. — Для этого мы и существуем — чтобы восстанавливать утерянные знания. Но… я нигде не увидела признаков войны.
— И не увидите, — уверил меня Пьер. — Мы бережем покой наших людей, и в большинстве своем они не знают о войне.
— Но ведь хаоты — опасные противники…
— Да. Но мы знаем места их прорывов и успеваем справиться с ними прежде, чем они начнут угрожать людям. И вам тоже не стоит беспокоиться.
Мне подумалось, что этот кадхаи мог бы поберечь и мой покой.
— Так, значит, вы — и впрямь кадхаи? — не удержалась я от вопроса.
— Да. А вы сомневались?
— Вы очень похожи на человека, — призналась я. — Надеюсь, вас не обижает такое сравнение?
Пьер рассмеялся:
— Оно вполне резонно, внешне мы и впрямь похожи на людей. Но этим сходство и ограничивается.
— А вы знаете, откуда взялись кадхаи? — полюбопытствовала я.
— Разумеется. Наши предки были людьми, которых превратили в идеальных защитников человечества от хаотов, — он пожал плечами, похоже, не испытывая по этому поводу никаких комплексов. — А вот вы наверняка не знаете, что изначально Танша была планетой, откуда началось нашествие хаотов. И именно поэтому мы остались на ней — чтобы нашествие не повторилось.