Родная земля (СИ)

  
Инженер Империи. Том 2. Родная земля
   
Глава 1
 
На следующее утро произошло то, что мало, кто мог предвидеть.
Меня разбудил громкий выхлоп подъехавшего к моей усадьбе мотоцикла. Спросонья я не сразу отреагировал на него, но следом в мою дверь постучались. Это была Маша. Сестра без приглашения бесцеремонно приоткрыла дверь. Её лицо было крайне взволновано. Видимо, приехал ещё один «важный» человек из столицы.
  
Что ж… Я, тяжело вздохнув, поднялся с кровати и принялся одеваться.
— Очередной лиходей из столицы? — натягивая рубашку, поинтересовался я у Маши. — Чего он хочет, уже сказал?
— Нет, — испуганно произнесла она. — Сказал, что будет говорить только с тобой.
— Ясно, — тяжело выдохнул я. Не хотелось тратить время на пустую болтовню, когда в деревне было столько нерешённых вопросов.
Я потянулся, чувствуя, как хрустит позвоночник после короткого и тревожного сна. Ожидание «больших людей» из столицы никогда не сулило ничего хорошего — только новые указы, поборы или призывы на бессмысленную службу.
— Где он? — спросил я, натягивая сапоги.
— У калитки. Ждёт, — Маша нервно теребила подол платья. — Он выглядит… иначе.
Эти слова заставили меня на секунду замедлиться. «Иначе» в устах моей сестры, повидавшей уже всяких столичных гонцов, могло означать что угодно.
Вышел на крыльцо, щурясь от утреннего солнца. У калитки, прислонившись к дорожному мотоциклу с пыльными, потрескавшимися кожаными кофрами, стоял не мужчина, как я ожидал, а женщина. Высокая, в запылённой кожаной куртке, с короткими, будто обожжёнными огнём, рыжими волосами. Её лицо было спокойно, но в глазах читалась усталость, не от дороги, а от чего-то большего.
Она внимательно, без спешки оглядела усадьбу, задержав взгляд на покосившемся сарае и теплице, где копошилась матушка, а потом перевела его на меня. В её взгляде не было привычного начальственного высокомерия. Была трезвая оценка.
— Ты Михаил? — её голос был низким, хрипловатым, как после долгого молчания.
— Для особ без знамён ваше сиятельство. И кого мне угораздило принять в свой дом с таким шумом на рассвете?
Она сделала шаг вперёд,игнорируя колкость.
— Меня зовут Вика. Я с приглашением для его сиятельства в столицу.
— Отлично, Вика, а фамилия у тебя есть?
— Романовы мы, — произнесла она без тени насмешки или иронии. Сказала это просто, как констатацию погоды. — Странно не знать дочь императора в лицо.
Я оценивающе посмотрел на её мотоцикл, на потрёпанную куртку, на грубые рабочие ботинки. Непохоже на «Императорское высочество». Но взгляд… Да, взгляд был оттуда, из мира, где правят не криком, а намёком.
— Я видел вас только совсем юной. Полагаю, не за моим скромным урожаем огурцов пожаловали, ваше Императорское высочество? — спросил я, спускаясь со скрипучих ступеней крыльца и подходя к калитке. Между нами теперь оставалось лишь несколько шагов.
Вика улыбнулась, уголок её рта дрогнул едва заметно.
— Огурцы твои в безопасности, Михаил. Мне нужен ты. Твои навыки.
Я фыркнул, оглядывая свою усадьбу: покосившийся забор, прохудившуюся крышу, ту самую теплицу, где матушка возилась с капризной рукрецией.
— Как видишь, все мои навыки сейчас брошены на то, чтобы это всё не развалилось к чёртовой матери, ваше Императорское высочество. У столицы, уверен, найдётся кто-то поквалифицированнее.
— Найдётся, — легко согласилась она. — Но не тот. Мне посоветовали именно тебя.
— Кто посоветовал? — в голосе моём прозвучала сталь. Я устал от игр.
Она помедлила на мгновение, будто взвешивая, сколько можно выложить сейчас, у ворот.
— Человек, который помнит работу твоего отца в Армии. До того как он… удалился от дел.
— Тогда могли бы прислать кого-то из своих…
— Вы путаете меня с моим отцом, — резко оборвала она меня. — Так и будете держать великую княжну на пороге?
Я жестом пригласил войти внутрь.
— Почему, ваше Императорское высочество, приехало одно и без охраны? У нас здесь неспокойно в последнее время.
Проходя за калитку, она усмехнулась:
— Ну почему же одна…
И следом к моему дому подъехала колонна из пяти представительских автомобилей с затонированными окнами и мигалками на крышах.
— Слушай, князь, я видела доклад о положении дел в доверенной тебе деревни и, поверь мне на слово, я единственная, кто стоит между моим отцом и его желанием отправить сюда отряд.
— А еще и война, ваше Императорское сиятельство, — напомнил я ей о том, что свободного народу сейчас не так много и не стоило бы им разбрасываться.
Вика резко обернулась ко мне, и в её глазах вспыхнул холодный огонь. Вся её показная расслабленность исчезла.
— Именно поэтому, Михаил. Война. Она идёт не так, как нам докладывают. Не на фронте, а здесь, в тылу. В информационных потоках, в системах управления, в логистике. Там, где твой отец когда-то создавал неуязвимые сети, сейчас зияют дыры. Кто-то очень умело их буравит. Снабжение армии встаёт на колени не из-за вражеских ракет, а из-за «случайных» сбоев, «непредвиденных» ошибок в коде. Отец видит решение в грубой силе — найти и повесить виноватых. Я же ищу того, кто понимает, как это работает, и может это починить. Мне нужен архитектор, а не палач.
Она говорила тихо, но каждое слово било точно в цель. Я молчал, глядя на пыльные ботинки этой странной княжны, приехавшей на мотоцикле, чтобы говорить о войне, которую от нас скрывали.
— Почему я? — наконец выдавил я. — Отца уже с нами нет. Я и подавно всем этим не занимался.
— Занимался, — парировала она. — Твоя теплица. Твоя гидропонная система, которая кормит половину деревни на клочке земли, где ничего не растёт. Твой собственный генератор, собранный из хлама и работающий, когда у всех свет отключён на сутки. Это не просто выживание, Михаил. Это инженерия. Это тот самый склад ума. Мне нужен человек, который может заставить работать то, что разваливается. Не в столице, а здесь, на земле. Там, — она махнула рукой в сторону своих чёрных автомобилей, — Они думают, что всё решают приказы и связи. Они не понимают, как пахнет перегревшееся железо и как воет на ветру оборванный провод. Ты — понимаешь.
Из-за её спины вышел человек в тёмном костюме и без единой эмоции на лице протянул ей планшет. Вика взяла его, несколько раз провела пальцем по экрану и повернула его ко мне.
На экране была карта региона. Десятки точек мигали алым. Возле некоторых стояли пометки: «сбой связи», «потеря данных», «несанкционированный доступ». Я узнал эту карту с точно такими же точками она висела на стене у капитана Немирова, когда я впервые с ним встретился.
— Это за последние сорок восемь часов, — сказала она. — И это — только то, что мы обнаружили. Очаг — здесь. В этом районе. В твоём районе, Михаил.
Я смотрел на алое пятно, полыхавшее прямо над нашей долиной. Значит, тёмные активизировались и скоро нам стоит ждать удар. А у меня все ещё не был запущен завод по очистке дурмана.
— Что будет, если я откажусь? — спросил я, уже зная ответ.
Вика забрала планшет и отдала его охраннику. Тот так же бесшумно растворился среди машин.
— Тогда я уеду. А через день здесь появятся люди моего отца. Они не станут разбираться. Они возьмут в заложники систему, а вместе с ней — и твою деревню. Они будут ломать, копать, допрашивать, пока не найдут то, что ищут. Или пока не сломают всё окончательно. Мне это не нужно. Поэтому я здесь. Одна. С предложением.
Она посмотрела на меня не как княжна на подданного, а как инженер на инженера.
  
— Так что, Михаил? Поможешь мне починить империю, пока она не развалилась нам на головы?
Я повернулся спиной к ней и к её колонне, уставившись на покосившийся сарай, на теплицу, из которой доносилось возню матушки. Этот клочок земли, эта борьба за каждый росток — это было моё. Простое и понятное.
— Вы ломаете, а я должен чинить, — произнёс я в пространство, чувствуя, как горечь подступает к горлу. — Классика.