Бастиано Романо (ЛП)

Мне нравилось думать, что, пока я не совершаю ничего по-настоящему плохого, я могу существовать в этой мутной серой зоне до конца жизни и чувствовать себя чертовски довольным. Если маятник качнется слишком далеко в одну сторону, я просто качну его в другую.
Именно так и поступила Ариана Де Лука.
В первый день своего обучения она подала мне на обед блюдо, которое клиент отправил обратно на кухню. В уголке миядзаки вагю не хватало кусочка, который она пыталась скрыть кусочком брокколини.
Я настоял на том, чтобы она вернула его на кухню, и в присутствии кулинарного критика Zagat она скрестила руки на груди и стала порицать мои промахи перед бездомным населением Нью-Йорка, как будто решение проблемы голода во всем мире зависит от того, как не потратить впустую шестикилограммовый стейк за триста пятьдесят долларов.
На второй день она взяла мое кресло Eames стоимостью пять тысяч долларов в комнату отдыха, чтобы подремать на нем, а когда я потребовал от Арианы вернуть его, она превратила его в кресло-единорога для Тесси, чтобы та делала на нем уроки, в комплекте с мороженым, превращенным в рог единорога, и импровизированным хвостом из вареной лапши для спагетти.
— Но ты не можешь забрать у нас Юни, Бастиан! — крикнула Тесси, когда я случайно наступил на нелепую лапшу из спагетти, свисавшую со спинки стула.
Нас, сказала она, как будто они с Арианой были единым фронтом.
Задавив хвост Юни, я, конечно же, стал плохим парнем.
Ариана: 2. Бастиан: 0.
На третий день Ариана забрала один из моих хрустальных графинов, превратив сестру в воровку, когда Тесси забрала его из моего кабинета, все алкогольные отходы моих клиентов. Я выплюнул его, когда наливал себе бокал в тот вечер, и Ариана не упустила возможности заметить, что на наполнение тридцатикилограммовой емкости ушло не более пятнадцати минут.
— Может быть, если бы ты делала более качественные напитки, то не было бы никаких отходов. Ты могла бы положить конец водному кризису, — заметил я, на что Тесси — как будто я оскорбил их обеих — возразила:
— Хватит притворяться, что ты заботишься о людях, надо действительно заботиться о них.
Что. За. Черт.
Ариана превращала Тесси в хиппи-эколога нового времени у меня под носом.
А на четвертый день, черт возьми, Ариане удалось выторговать незаслуженное повышение зарплаты, добиться выбора рабочего времени и устроиться на работу в "L'Oscurità". И при этом выставила меня дураком.
Был четвертый день, и четыре раза подряд она доказывала, что не чужда внутренней жизни Ада. Но вчера, после четырех подряд нанесенных мне оскорблений, она решила переключить маятник со зла на добродетель, чем сбила меня с толку.
Я не мог бороться с кем-то хорошим.
Даже я не был так далек.
И сегодня она все еще не вернула маятник в сторону зла.
Ариана в третий раз за три минуты посмотрела на дверь. Тесси сидела напротив, не обращая на нее внимания, но одно ее присутствие говорило о том, что я не могу не видеть ее. После того как на днях наша стычка закончилась тем, что она уклонилась от моих вопросов, а последующие закончились негласным перемирием, я решил, что Ариана боится встречи со мной. Она постоянно поглядывала на дверь, словно я в любую секунду должен был войти в комнату отдыха.
Интересно.
Я наблюдал по монитору системы безопасности, как Тесси указала на что-то в своем учебнике. Ариана встала, взяла белый стирающийся маркер и начала писать на доске, которую мы иногда использовали для совещаний сотрудников.
Это был ее обеденный перерыв, и она проводила его, обучая Тесси. Поступок матери Терезы озадачил меня, и от меня не ускользнуло, что она не только оказывала моей сестре непрошеную помощь, но и выглядела при этом счастливой. Не говоря уже о том, что она никак не могла знать, что я шпионил за ней, принимая ее добрые дела, не имея ни малейшего представления о том, как их расценивать.
Тесси еще не родилась за время наших отношений с Эльзой, но Дана встречалась с Тесси много раз, пока мы встречались, и никогда не поднимала руку, чтобы помочь ей. Мои мать и отец оплачивали частные уроки Тесси, различные внешкольные занятия и так далее, но это было не то же самое, что честная, как бог, практическая помощь. Я старался помогать по мере сил, но большую часть года я жил за несколько штатов от Тесси. Ограничения сковывали меня, и они были почти такими же удушающими, как ожидания Джио от меня. Если бы я мог, я бы каждый день был рядом с Тесси и Эвереттом. Меня убивало, что эти двое даже не встречались с тех пор, как оба были слишком маленькими, чтобы помнить.
 
Но Ариана получила шикарную степень в университете первой пятерки, работала барменом и помогала восьмилетней сестре своего босса-засранца в свободное время, когда у нее были перерывы. Все это не имело для меня смысла.
И вот я шпионил за Арианой, когда должен был шпионить за Грэмом. Несколько дней назад Винс прислал досье, в котором перечислялись предполагаемые обвинения в адрес Грэма и предлагался график, по которому мне было бы легче следить за ним.
Возможно, я изменил график Арианы, чтобы он совпадал с графиком Грэма, а возможно, и нет — два зайца одним выстрелом. В мою защиту скажу, что она заслуживала внимания. Все, что она делала, не имело смысла. Она была слишком образованной, чтобы находиться здесь, слишком конфликтной со мной, несмотря на то, что я был ее боссом, и слишком идиотом, демонстрируя поведение, которого не было ни у кого из моих многочисленных сотрудников. Если у меня были причины присмотреться к Грэму, то у меня точно были причины присмотреться к Ариане Де Лука.
С этими мыслями я надел пиджак, взял досье на Грэма и направился в комнату отдыха.
— Ты можешь меня удочерить?
Какого черта? Я застыл на пороге.
С губ Арианы сорвался неловкий смешок.
— Что? Почему?
— Мама вчера вернулась домой, так что, возможно, мне скоро придется вернуться. Мне не нравится в Калифорнии. Пляжи — это круто. И Диснейленд тоже, когда мне разрешают туда ходить. Но мамы никогда нет дома, Аронна и Алекс очень злые, и они живут с нами, так что Алекс никогда не перестает издеваться надо мной… — Подождите, она никогда не говорила мне об этом… — К тому же я никогда не вижусь с папой или Бастианом. — Она сделала глубокий вдох. — Я знаю, что ты ненавидишь Бастиана…
— Я не ненавижу твоего брата…
Неубедительно.
— Но он самый лучший старший брат на свете, и я скучаю по нему.
И я тоже, малышка.
Я ждал, что Ариана начнет меня поливать дерьмом.
Но она не стала.
— Помнишь, я говорила тебе, что люди обычно злые, когда завидуют?
— Да?
— Я ошибалась. Люди бывают злыми по разным причинам. Зависть — лишь одна из них.
— А какая еще причина?
— Потому что они напуганы, злятся, грустят — в общем, это может быть что угодно.
— Как я могу что-то сделать, если не знаю, в чем дело?
Я наклонил голову, чтобы скрыться из виду.
Ариана переместилась на своем месте, прежде чем я отступил за стену, и я представил, как она поворачивается к Тесси и тянет к ней руки.
— Иногда ты ничего не можешь сделать, только стараться быть добрым к другим и надеяться, что однажды они будут добры в ответ, — какая чушь. — Но иногда ты должен постоять за себя. И только от тебя зависит, когда это сделать. Ты умная. Я доверяю твоим суждениям.
— Если я останусь в Калифорнии, как ты думаешь, Бастиан будет меня навещать?
— Ты когда-нибудь спрашивала его?
— Нет. Боюсь, он откажется.
Да пошел я. Я был худшим братом на свете.
— Если он скажет "нет", значит, он дурак.
Справедливая оценка.
— Ага! — хихикнула Тесси. — Ты поедешь со мной в Калифорнию? Ты сможешь приехать, если Бастиан навестит меня!
И это был мой сигнал прервать разговор.
Ариана ловко уклонилась от ответа:
— Ты знаешь, что я раньше жила в Калифорнии? — Она взглянула на меня, когда я вошел. — Я училась там — в университете Дегори.