Испытательный срок

Есть ли в этом человеке что-нибудь, что ей не нравится?
Закончив есть, Сэмми смяла и выбросила бумажную тарелку. Пора было сделать одну вещь, которую она давно откладывала. Надо было поговорить с Гасом. Сэмми нашла его глазами – он стоял рядом с Дарлой и наблюдал за игрой в подкову.
– Гас, можно тебя на минуточку?
Гас посмотрел на нее и пожал плечами.
– Думаю, да.
Они отошли от играющих и встали под деревом, где было не так людно.
– Я хочу еще раз извиниться за то, что случилось на прошлой неделе, – сказала Сэмми. – Я так и не поблагодарила тебя за машину. А ты так и не сказал, сколько я тебе должна.
Гас стоял, засунув руки в карманы, и сосредоточенно пинал носком ботинка одуванчик, не глядя на Сэмми.
– Забудь об этом, – сказал он.
– Не забуду, и ты прекрасно это знаешь. Послушай, Гас, мы так долго были друзьями. И я не хочу, чтобы ты на меня сердился. И не хочу, чтобы ты думал, будто Ник и я… ну, ты понимаешь… Между нами ничего нет. Неужели ты этого не видишь?
– Да ну, Сэмми, конечно, вижу. И не знаю, кто дернул меня тогда за язык. Мне тоже очень жаль.
Сэмми протянула ему руку.
– Мир?
– Мир, – согласился Гас.
Они улыбнулись друг другу.
– Так как же насчет моей машины? Сколько я тебе должна?
Гас замахал руками.
– Ничего ты мне не должна. Там просто засорился бензопровод. И мне ничего не стоило его починить. Но, черт побери, Сэмми, когда ты купишь наконец новую машину? На эту уже жалко смотреть.
Сэмми рассмеялась.
– То же самое говорит Ник.
Гас хотел было что-то ответить, но в этот момент к ним подошел Стив, начальник производственного отдела.
– Пошли, Сэмми, – потребовал он, – нам нужен второй игрок. – Он взял ее за руку и повлек за собой.
Сэмми попыталась сопротивляться.
– Для чего вам нужен второй игрок?
– Производственники вызвали на бой администраторов. Дж. В. говорит, что не хочет играть, значит, придется тебе. Нам нужна ты и оба секретаря, чтобы сколотить команду.
– Мэри и Дарла согласились на это? После того, как вы обыграли их в прошлом году?
– Эй, Карлмайкл! – позвал ее от площадки Ник. – Давай иди сюда.
Сэмми обернулась к Гасу.
– Придется сыграть. Ты идешь?
– В бейсбол на такой жаре? Нет, я слишком стар для этого.
– Тоже мне старик!
– Буду наблюдать со стороны, – усмехнулся Гас.
Играть действительно было трудно, но не из-за жары, а из-за того, что трудно было ловить мяч, надрываясь от смеха. Игра фактически свелась к соревнованию на лучшую шутку. Кто-то раздобыл мегафон, и как только мяч попадал к одной из команд, их противники начинали выкрикивать всякие шутки.
Гас был в этом деле одним из первых. Он изо всех сил старался рассмешить членов команды администрации, как только кто-нибудь из них оказывался в штрафной зоне.
При этом каждый старался подшутить конкретно над игроком, у которого мяч. Так можно было добиться большего эффекта. Как только по мячу собралась ударить Сэмми, Кэл Хармон, который работал на новой системе трассировки, закричал:
– Эй, Сэмми, знаешь, как определить, за каким компьютером сидит рыжий?
Сэмми как раз примеривалась. Она тихо застонала. Кэл явно решил переиначить ради нее точно такую же шутку о блондинах. Сэмми покрепче сжала клюшку, пообещав себе, что не рассмеется.
– На этом компьютере всегда рыжий экран.
Сэмми повернулась в сторону Кэла и скорчила гримасу.
– Давай, бей!
Рабочие производственного отдела свистели и хохотали.
– Внимательнее, Карлмайкл!
Ник. Он один называл ее так.
После двух ударов Сэмми удалось наконец как следует попасть по мячу. Но Боб Лофлин, отвечавший за контроль качества, отбил ее подачу.
К концу пятой подачи игрокам стало не хватать шуток и они лишь обменивались не слишком остроумными каламбурами. А к шестой подаче все настолько устали смеяться, что согласились на ничью, семь—семь.
Сэмми все время хотелось убежать подальше от Ника. Во время игры он вел себя так, словно они были старыми приятелями. Конечно, в последнее время их отношения наладились, но все же между ними существовала определенная дистанция. И эта дистанция была просто необходима Сэмми, чтобы держать себя в руках.
 
Что же такого было в этом Нике, что заставляло Сэмми все время мечтать о невозможном? Например, о том, как Ник снова поцелует ее…
Черт! Давно пора забыть об этом, иначе она точно сойдет с ума. Сэмми бросила перчатки в коробку, которую принес один из игроков команды производственников, и направилась прямо к столу с лимонадом.
Ник внимательно смотрел на удалявшуюся Сэмми. Потертые джинсы сидели на ней, словно вторая кожа. Ник мог бы поклясться, что от одного взгляда на эту женщину чувствует прилив адреналина в крови. Он отер струйку пота, стекавшую по виску.
Сэмми в джинсах, с развевающимися по ветру волосами и чумазыми щеками – Боже, что за зрелище! Эта женщина скрутила его в узел, ничего для этого не делая. А она действительно ничего для этого не делала. В последние дни Ник ясно это понял. Она просто… просто Сэмми. Никакой игры, никакого притворства. Да-да, как только Сэмми перестала держаться с ним начеку, Ник тут же понял, что она открытый и дружелюбный человек, а вовсе не холодная высокомерная амазонка, как он думал раньше.
Еще немного – и он сумеет понять эту женщину до конца. Он давно догадался, что Сэмми старается казаться неприступной лишь тогда, когда пытается скрыть свои истинные чувства. В последнее время она не прибегала к этой тактике. По крайней мере с ним – с того самого дня, когда накричала на Ника в его кабинете.
О, что за черт! Теперь они были друзьями. Так что же плохого, если он проведет немного времени в обществе Сэмми?
Ник догнал Сэмми и пошел рядом.
– У тебя вся спина в грязи, – сказал он.
– Нисколько в этом не сомневаюсь.
Вы только посмотрите! Она покраснела. Ник не мог в это поверить. Ведь они живут в двадцатом веке! Ник никак не мог вспомнить, когда он видел в последний раз, чтобы взрослая женщина краснела. Возможно, никогда.
Сэмми принялась отряхивать джинсы, и Ник не удержался, чтобы не подразнить ее немного:
– Хочешь, чтобы я помог?
Сэмми покраснела еще сильнее.
– Извини. – Ник улыбнулся. – Просто эти джинсы… это совсем не то, что твой обычный наряд в офисе.
– А чем тебе не понравились мои джинсы?
– Что ты, наоборот. Ты выглядишь в них… просто потрясающе.
– По сравнению с тем, как обычно выгляжу в офисе?
– Я этого не говорил. Не надо домысливать за меня.
Сэмми не притворялась. Она действительно не могла поверить в его искренность. Сэмми замерла под взглядом Ника, как испуганный зверек.
– А чем тебе не нравится, как я одета на работе?
И снова она не притворялась. Ей действительно хотелось это знать. Черт побери! И как его угораздило во все это ввязаться?
– Да нет же, с твоей одеждой всегда все в порядке…
– Но тебе ведь не нравится.
Ник снова улыбнулся.
– Давай скажем так: мне просто больше нравится, когда на тебе джинсы в обтяжку.
Прежде чем Сэмми отвернулась, Ник успел заметить на ее лице странное выражение. Она поморщилась, словно он сделал ей больно. А ведь только что он думал, что почти сумел понять эту женщину.
– Эй, Сэмми! – Ник подошел к ней с другой стороны.
Сэмми подняла голову, Ник чуть наклонил свою, чтобы получше разглядеть выражение ее лица. – Что случилось? Эй! Я просто пошутил.
Сэмми фыркнула и резко подняла голову, откинув волосы со лба.
Вот он – снова – тот самый ледяной взгляд. А ведь Ник только что думал, что никогда больше его не удостоится.
– Что случилось, Сэмми? Что происходит? Почему ты так на меня смотришь?
– Ты просто потешаешься надо мной, а мне это не нравится.
– Потешаюсь? Вовсе нет!
– Тогда как же ты это называешь?
Теперь настала очередь Ника смущаться. Господи, неужели он тоже покраснел? Его застукали на месте преступления, как мальчишку, и теперь придется признаваться.