Механический волшебник
К слову, тайные помещения сильно отличались от знакомых по игре и были куда масштабнее.
Дален приказал Лиле и Ивану встать слева и справа от двери, дабы выскакивающие храмовники их не могли сразу заметить. А сам выхватил пистолет, распахнул ногой дверь и с порога выстрелил в голову начальнику караула. Быстрым движением переломив пистолет и вытряхнув гильзу, он перезарядил его и выстрелил в ближайшего храмовника. Всё действие заняло не больше шести секунд. После чего он отшатнулся обратно в коридор, снова перезаряжая пистолет.
Судя по мату и шуму, два оставшихся храмовника ломанули за ним. Собственно, иного от болванчиков с девственно чистыми мозгами ожидать и не приходилось. Дален выстрелил в выбегающую из двери фигуру. Пуля легко пробила стальной нагрудник в районе солнечного сплетения, и парень, захрипев, покатился по полу, поддаваясь закону инерции. За ним выскочил второй, то есть последний. Ничего предпринять он не успел, так как у Лили сдали нервы, и она с диким визгом прыгнула ему на спину, начав в ярости бить в шею ножом. Фонтаны крови из сонной артерии облили её с ног до головы, так что теперь она больше походила на какую-то фурию, нежели на скромную монашку.
Так, с горем пополам с храмовниками закончили, и Дален стал тщательно заметать следы своих действий: собрал все гильзы и извлёк все пули телекинезом из поверженных тел. Не руками же, в самом деле, туда лезть?
Дальше был зал артефактов, которые являли собой преимущественно габаритные вещи времён древней империи: разные статуи, сколотые барельефы и прочее. Потратив около часа на тщательный досмотр помещения, молодые маги собрали десятка два небольших безделушек, заинтересовавших Далена, и разрушили проход в зал хранения филактерий. Разрушение стены Дален произвел несколько иначе, нежели в игре. Он применил не огненный жезл, который оказался уже израсходованным, а собственное заклинание заморозки, и вместе с Иваном скамейкой, которая стояла рядом, как тараном, долбанули по стене, отчего та просто рассыпалась.
После уничтожения филактерии Иван, немного подумав, учинил форменный разгром во всём помещении. Слишком сильна была его ненависть к храмовникам и этому заточению.
Наконец Дален шепнул Ивану: «Пора» – и тот усыпил Лилю довольно простым заклинанием, применяемым при лечении, вложив в него всю силу, которую смог. Теперь полчаса крепкого сна ей было обеспечено вне зависимости от происходящих вокруг событий.
К счастью, Иван помимо магии крови увлекался ещё и так называемой магией духа и чуть-чуть в ней продвинулся, поэтому быстренько сотворил помощника. Передав этому свежеиспечённому покровителю общего наркоза связку с артефактами из хранилища и объяснив, где именно тот их должен бросить в воду, Дален, снова натянув платье, поднял Лилю на руки и, кивнув Ивану в направлении двери, пошёл на встречу с Григорием и Ирвином.
Первым из хранилища вышел Дален. Командор удивлённо уставился на девушку, а Ирвин поинтересовался её здоровьем. Выяснив, что та только слегка оглушена в бою и вскоре придёт в себя, они обратили внимание на вышедшего из дверного проёма мага крови. Пафосная речь Григорию особенно удалась, в то время как Ирвин лукаво улыбался в усы, а Иван откровенно скучал. После того как командор замолчал, маг крови его спросил:
– Ты закончил?
– Да. – Григорий был в недоумении от тона и характера вопроса.
– Вот и хорошо. До свидания.
Иван выхватил нож, который украл в библиотеке, слегка резанул им себя по руке, и всю небольшую прихожую закрутил кровавый вихрь. Спустя какие-то мгновения оба храмовника лежали без сознания, а Иван шёл к Далену, чтобы взвалить на свои хилые плечи Лилю.
От свободы молодую парочку отделяли только ворота, которые были на замке, но простом и без защитных плетений. Поэтому Дален его заморозил и ударом ноги распахнул настежь.
Минут через десять начали приходить в себя оглушённые. Снова зазвучали пафосные речи, Григорий попытался во всём обвинить Далена, но, как и в игре, вмешался Дункан, который караулил невдалеке и всё видел. Так что командору пришлось признать право серых стражей на призвание Далена в свои ряды. Выступление назначили через три дня, так как нужно было соблюсти определённые процедуры и задокументировать происшествие для отчёта в Риме.
Глава 2
Путешествие
12.03.930—02.05.930
Назначенный командором срок разбора полётов прошёл очень быстро и совершенно незаметно для «виновника торжества». Григорий так и не вызвал Далена на допрос, придерживаясь лишь формальной стороны дела (чтобы свои не стуканули, ведь, как известно, «у дятлов не болит башка, в порядке печень и кишка…»). Говорят, что после осмотра места происшествия Григорий выпал в полный осадок и, так сказать, ушёл в себя. Слишком впечатлили его масштабы разрушения и количество убитых храмовников. В отчёте в Рим им было отписано об очень могущественном маге крови, который хитростью и коварством скрывался от внимания командора, а позже, улучив момент, сбежал. Григорий же во главе своих рыцарей пытался его остановить, потерял около трети бойцов и, будучи лично ранен, оказался вынужден отступить и дать тому уйти. А посему он просится в отставку как не оправдавший надежды.
Точный и аккуратный ход, направленный на сохранение за собой своего поста. Однако эта фальшь была только в письме. На деле же Григорий вполне отчётливо понял, кто именно устроил храмовникам в хранилище кровавую баню, и являл бледновато-зелёноватый цвет лица при каждой встрече с Даленом. Особенно его удивила небольшая аккуратная дырочка, пробитая в кирасе храмовника. Он просто не мог себе представить, чем это маги умудрились такое проковырять.
Дален же, не отсвечивая перед сильно прореженными и весьма перепуганными храмовниками, собирался в дорогу. Делал патроны, занимался «гимнастикой» с Леорой и прочее. В общем, вёл весьма приятный образ жизни.
Помимо сборов он сумел провести разъяснительную беседу со своей пассией и проинструктировать паучка. Так что в случае чего они смогли бы вполне неплохо держать оборону в кладовке, куда дама должна была практически перебраться жить в ожидании возможного эксцесса. Шарик был, к слову, не против такого расклада, так как очень привык к ней.
Впрочем, эльфийка радовала – никаких скандалов в духе «на кого ты меня покидаешь, ирод?» устраивать не стала. И это было замечательно. Так что те трое суток ожидания, что потребовал Григорий, Дален провёл в полном сексуально-психологическом комфорте.
Утром четвёртого дня Дален Амелл в сопровождении Дункана вышел за ворота башни магов и направился к достаточно вместительной лодке, которая ждала их у причала, что располагался рядом с воротами. Через плечо у него была перекинута большая дорожная сумка с имуществом, некоторыми записями и пятью килограммами вяленого мяса, которое он тиснул из запасов, предназначавшихся для храмовников. В общем, добра в дорогу получилось прихватить намного больше, чем планировалось, так как Дункан пообещал выделить для новобранца серых стражей одного бронто, чтобы можно было на него сгрузить все тяжести.
Бронто – поразительное создание из легенд, выведенное где-то на глубинных тропах и имеющее очень специфическое пищеварение. Собственно, предвкушение чуда Далена не подвело. Перед ним стоял какой-то редкий вид пятипалого носорога массой около двух тонн и до полутора метров в холке. Медленный, спокойный и невероятно выносливый. На бронто по какой-то причине верхом никто не ездил, что было странно. Дункан на этот вопрос лишь пожал плечами, покосился на мерно жующее какой-то камешек животное и, сплюнув, пошёл по своим делам. Однако носорог со специфическим рационом в качестве вьючного животного был не единственным сюрпризом того утра.
У Далена нарисовалось три проблемы. Первой стал Иван, который запулил слишком далеко мешок с артефактами из тайного хранилища круга магов. Так что пришлось Далену вдоволь накупаться в весьма не тёплой воде. Дункан, кстати, даже слова не сказал на то, что его новый подопечный «обнёс» столь ловким способом магов, лишь хмыкал и улыбался в усы.