Отвоёванный шанс (СИ)

Операция прошла не совсем гладко: дикари были на удивление хорошо вооружены и оказали очень сильное сопротивление. В результате боя трое инсектоидов погибли, и ещё двое получили серьёзные ранения, что сильно ударило по боеспособности отряда. После этого Хугщкхын отправил гонцов за помощью, а сам отвёл свою группу назад, остановившись в этой крепости.
Что делать дальше — было непонятно. До родной цитадели оставалось совсем немного, а пришельцы продолжали упорно двигаться на север по большой дороге.
Новость о том, что они направляются прямиком к развалинам ужасного дворца, заставила всех сильно напрячься: если они шли на поклон к Чёрной Королеве, то ничего хорошего от них ждать не приходилось. К счастью, это оказалось не так: по всей видимости, они просто искали укрытие на ночь, поэтому вскоре в панике покинули это место и двинулись дальше по дороге. А погода, между тем, становилась всё хуже. Именно в этот момент Хугщкхын окончательно принял решение их задержать, чтобы уберечь от дальнейших неприятностей…
Между тем, незаметно подкрадывалась ночь. Небо приняло тёмно-синий оттенок, а вскоре и совсем потемнело. Мир вокруг погрузился во тьму, и только некоторые светящиеся животные озаряли его искорками своих сияющих тел. От догорающего костра вверх летели искры. Многие из них гасли почти сразу, но некоторым удавалось долететь почти до потолка.
Когда огонь окончательно пожрал все отданные ему дрова и те превратились в тлеющие угли, путешественники начали готовиться ко сну. Их приготовления несколько удивили шхрсумчхов.
— Вы снова уходите в спячку? — спросил Хугхщкхын, наблюдая за ними.
— Да. Мы так каждую ночь отдыхаем, — ответил Тромонт.
— Так же, как и прошлой ночью? Но почему? Неужели вам для отдыха не хватает обычного покоя?
— Особенности образа жизни. У нас голова думает слишком интенсивно, поэтому для качественной работы она должна периодически прекращать работу. В это время там, — он ткнул пальцем в голову, — восстанавливается запас энергии и питательных веществ.
— Это, наверное, так неприятно — каждый вечер терять сознание…
— Это не просто потеря сознания, — усмехнулся Тромонт, ложась рядом с подругой. — Я не знаю, как вам это объяснить, в вашем языке нет такого слова. Но это не доставляет дискомфорта. Вдобавок, в это время мы можем видеть всякие… хм… видения.
Он хотел сказать — сны, но в шхрсумчхском языке этого понятия вообще не было. Была только пара очень близких по смыслу слов, которые обозначали галлюцинации, возникающие у шхрсумчхских шаманов под воздействием психотропных веществ.
Одно из этих слов он и произнёс. Инсектоиды от такой информации немного обалдели.
— Вы каждую ночь общаетесь с Великой Матерью?
— И вам это удаётся без всяких ритуалов и зелий?
— Вы не совсем правильно меня поняли, но… как бы сказать…
— Вы — дети Великой Матери, не иначе, — пробормотал Хугхщкхын. — Кто ещё может удостоиться такой чести — каждую ночь общаться с иным миром? Что ж, спокойной ночи вам.
— А длыки? Они не спят?
— Они — дети Тёмного Властелина. Они тоже впадают в состояние ночной полусмерти, но я не знаю, что они видят в это время, и видят ли вообще. Никто не знает. Может быть, и правда с Темнейшим общаются.
"Кто бы сомневался", — подумал Тромонт и закрыл глаза. Вот любят народы, у которых плохо развита наука, всякие мифы сочинять… Но потом он вспомнил, как во время большой битвы с длыками их шаманы использовали какую-то жуткую тёмную энергию. И решил не спешить с выводами.
— О чём это вы там говорили? — раздался около уха ласковый мелодичный голос его подруги.
— Пытался объяснить, что такое сон.
— Успешно?
— Ну, как бы так сказать…
Пожелав друг другу спокойной ночи, пришельцы улеглись спать. Инсектоиды тоже стали какими-то вялыми, прекратили разговор и замерли: кто-то сидя, кто-то лёжа. Хотя они и утверждали, что не спят, с приходом ночи некое оцепенение всё равно их охватывало.
Между тем лёгкий треск тлеющих углей и лесные звуки понемногу убаюкали путешественников. Вскоре они окончательно погрузились в сон.
   
Глава 52
 
Следующее утро выдалось облачное и сумрачное. Дождя не наблюдалось, но воздух был свеж и влажен. Небо было закрыто серыми тяжёлыми тучами, которые медленно ползли куда-то на восток.
Едва поднявшись, трурнийцы обнаружили, что происходит что-то нехорошее. Тилон, Хорлак, Ася, Ора и Тромонт проснулись с довольно дурным самочувствием, причём симптомы были почти одинаковые: боль, тяжесть в животе и неприятная тошнота.
— Ох, лохматый-бородатый… — простонала Ася. — Вот чуяла же, что не к добру столько мяса жрать…
— Не факт, что это мясо, — морщась, произнёс Тромонт.
— Почему?
— Мы же все его ели.
— При всём уважении — далеко не все ели его вечером, и не в таком количестве, — отметил Тауран.
Тилон подошёл к окну, высунулся наружу, и оттуда послышались блевотные звуки. Обратно он свалился, тяжело дыша.
— Это точно дрянное мясо!
— Мы тоже ели мясо, и ничего…
— Наверное, Тауран прав, — сказал Тромонт, тоже направляясь к окну. — Мы действительно его переели.
— Мясо же — это очень тяжёлая пища, им нельзя нажираться, особенно вечером! — сказала Лайта, доставая что-то из аптечки. — Я вчера это говорила, но меня не послушал никто… Когда закончите чистить кишечник — вот, проглотите по таблетке, они стабилизируют процесс пищеварения.
— Что-то не так? — побеспокоился командир шхрсумчхов, наблюдая за происходящим.
— Вчера мы съели слишком много мяса, — ответил Тромонт. — И не смогли всё переварить.
— Нужно быть осторожнее с едой. Если бы я наелся ваших плодов так, как вы вчера ели наше мясо, то уже к ночи моя душа соединилась бы с Великой Матерью.
Когда всё лишнее оказалось на карнизе под оконным проёмом, пострадавшие почувствовали значительное облегчение. К обеду все чувствовали себя уже более-менее сносно, хотя лёгкая слабость всё ещё ощущалась.
Тем не менее, просто валяться и вести разговор на опостылевшие темы им через некоторое время надоело. Тромонт, собравшись с силами, извлёк свою мечную палку и предложил потренироваться. Остальные, не долго думая, поддержали этот движ.
Шхрсумчхи тоже не смогли усидеть. Понаблюдав за схваткой, Хугхщкхын не вытерпел, подошёл к фехтующим и попросил принять его в тренировочный бой тоже. Трурнийцы прекратили махать палками и уставились на него и на Тромонта.
Он взял у Аси и Лайты их палки и подал шхрсумчху. Командир инсектоидов внимательно осмотрел тренировочное оружие и качнул антеннами.
— Вы уверены, что, фехтуя этим, можно научиться драться? У вас же есть годные мечи!
— Мы не тренируемся настоящим оружием в целях предосторожности.
— Но у этих дубинок всё не так… Масса, баланс, сопротивление… Для грубой наработки навыков они подходят, но не более того… Ну, хотя… ладно.
— Есть варианты лучше?
— Может… таки лучше настоящим оружием?
— У нас нет защитных доспехов, слишком опасно.
Подумав, инсектоид всё-таки подобрал палку. Покрутил её в руках, подумал. Покрутил ещё.
— Не уверен, что это принесёт какой-то прок… Но попробуем.
Хугхщкхын встал в боевую стойку и начал осторожно, бесшумно приближаться. Четыре ноги вместо двух давали ему огромное преимущество — свалить его или сделать подножку было практически невозможно. Плавная, звериная походка выдавала в нём опасного противника.
Около полуминуты они кружили друг вокруг друга, примериваясь. Зрители молча наблюдали за происходящим со смесью тревоги и интереса.
Наконец Хугхщкхын резко пошёл в атаку. Его палка со свистом обрушились на Тромонта. Тот едва успевал отбиваться от ударов. Через шесть секунд шхрсумчх, проведя хитрую комбинацию ударов оружием и ногами, приставил «меч» к горлу трурнийца.
 
— Неплохо для начала, — прокомментировал он, отходя на исходную позицию. — Если вы все так фехтуете, то победа над небольшим отрядом диких длык может даться вам без серьёзных потерь, — С этими словами он снова атаковал.