Бегущая во сне (СИ)

— Нет, трава оказалась бесполезной. Чтобы во сне понять, что это сон, нужно во время бодрствования приучить свой мозг проверять, сон это или явь, делая что-то невозможное. Тогда в тот момент, когда это случится во сне, ты сможешь понять, что спишь. Понимаешь?
— Кхе, кхе… Не очень.
— Это осознанный сон называется! Когда ты можешь управлять своим сном. Ева, я могу ходить, бегать, бывать везде, где вздумается, с кем захочу. Могу тебя нарядить в костюм девочки-клоуна и заставить танцевать стриптиз.
— Оу, сестренка, ты это… Притормози со своими фантазиями… Ты что? Ты это сейчас серьезно все…? Про осознанные сны…?
— Серьезней некуда. Я узнала, почему меня бросил Женя.
— То же мне открытие. Потому что он мудак!
— Нет. Его заставил отец. Он ведь отказался защищать меня в суде, да? Дело было не в срочных поездках, он отказался!
Евсей откинулся на спинку стула и отвел взгляд в сторону.
— Так и было? Скажи! — Таша напирала на брата и вцепилась в его руку. — Скажи!
— Ну… я не в курсе подробностей, но в общем, да… Он отказал матери и сказал, что вы больше не должны видеться с Сариным младшим.
— Но он ведь все равно навещал меня…
— Да. Мы не возражали. Это ведь не наше желание было… Прости, Таш. Тебе не стало бы легче от этой информации. Женя все равно при любом раскладе не пошел бы против воли папаши, — объяснял Евсей. — Так, погоди. Тебе это приснилось, что ли?
— Я говорила с ним в осознанном сне. Мы все прояснили… Я не держу на него зла. Это его выбор.
— Я думаю, это просто совпадение, родная.
Евсей с жалостью и любовью посмотрел на сестру, погладив ее по плечу. Таша вздохнула и уткнулась в телек. Она и сама до конца не была уверена, что это все было по-настоящему. Но с каждым разом верила все больше.
«Нет. Это точно был осознанный сон. Ева просто не хочет верить… Пока что…», — подумала она.
***
Таша укутала ноги пледом, кое-как умостилась, наконец, в постели, и принялась за «Мастера и Маргариту». Когда-то давно она читала эту книгу, когда еще училась в школе, но совершенно забыла и сюжет, и героев, и Патриаршие пруды, о которых говорила Инесса. Было уже глубоко за полночь, глаза слипались, но ей не хотелось терять эту ночь. Она очень надеялась, что сможет снова увидеть осознанный сон.
«А иностранец окинул взглядом высокие дома, квадратом окаймлявшие пруд, причем заметно стало, что видит это место он впервые и что оно его заинтересовало. Он остановил свой взор на верхних этажах, ослепительно отражающих в стеклах изломанное и навсегда уходящее от Михаила Александровича солнце, затем перевел его вниз, где стекла начали предвечерне темнеть…»[1] — Таша несколько раз перечитывала эти строки, скользя сонным взглядом по строчкам, но сознание куда-то уплывало. Она снова и снова возвращалась к книге, пытаясь сконцентрироваться на описании аллей и прудов, но все сильнее погружалась в сон…
… Майский вечер на Патриарших прудах был жарким и томным. Лавочки пустовали под раскидистыми ароматными липами. Вдалеке виднелся ларек с газированными напитками и выглядывающим из окошка скучающим лицом продавщицы.
«Да, тяжеловато раньше было без интернета», — посочувствовала торговке Таша и решила проехаться на коляске по тенистой аллее. Погода была хоть и жаркой, но ей нравилась.
На одной из лавочек она заметила двоих мужчин в старомодных костюмах. Они что-то бурно обсуждали. Она замедлила движение, проезжая мимо, чтобы услышать их разговор.
— Милейшая, вы хотели присоединиться к нашей увлекательной беседе? — обратился к ней низкорослый лысый мужчина с гладко выбритым лицом и в огромных очках в черной роговой оправе. Никто иной как Берлиоз…
— Нет, простите, — замялась Таша. — А вы здесь случайно не видели женщину со странной внешностью, одетую не по здешней моде?
Мужчины загадочно переглянулись друг с другом.
— Нет, только вон тот незнакомец, — сделав тон потише, ответил второй мужчина — молодой, рыжеволосый и плечистый, кивнув кудрявой головой в сторону соседней лавочки.
— Нет, это же Воланд, я ищу не его, — разочарованно пробурчала Таша. — Вы, кстати, поосторожнее с ним, Ваня!
 
— Идите вы, девушка! — вдруг грубо ответил ей курчавый молодой человек и отвернулся.
— Я бы с радостью, но, как видите, не могу ходить, — застенчиво пошутила Таша в ответ на неожиданную грубость Бездомного. Эта фраза заставила ее задуматься. Из кармана послышался сигнал уведомления. Берлиоз и Бездомный изумленно уставились на девушку в инвалидной коляске, вынувшую из кармана какой-то удивительный светящийся предмет.
Таша, не обращая внимание на мужчин, посмотрела на экран смартфона, но не смогла прочесть название будильника. Буквы плыли. Она пыталась сконцентрироваться, но не могла.
«Стоп. Нужно проверить!» — подумала она и направила мысленное усилие в ноги. Они послушно повиновались нервному импульсу и опустились с подножки на раскаленный асфальт. Девушка встала и улыбнулась.
— Приятного вам вечера! Передавайте привет профессору от меня! А это пусть здесь постоит… — довольно сказала она ошеломленным персонажам книги, указав головой в сторону инвалидной коляски, и бодро зашагала по липовой аллее вдоль пруда.
Таша осматривалась по сторонам в поисках Инессы, но ее нигде не было.
«Может, я что-то сделала не так? — размышляла девушка, прогуливаясь медленным шагом по пустынным дорожкам. — Она сказала… Как же она сказала…? Хорошо представь то место, и смело ныряй… По-моему, все получилось. Вот я здесь. Почему же ее нигде нет?»
Таша распсиховалась и уселась на одну из скамеек. Перед ней простиралась водная гладь пруда. Вода становилась все темнее. Солнце уже давно спряталось за деревьями. Слышался тихий плеск воды, и как постепенно затихали птицы вокруг.
Прождав еще какое-то время, Таша снова стала припоминать прошлую встречу с Инессой.
«Смело ныряй… Смело ныряй, — крутила она в голове слова и до нее, наконец-то, дошло. — Надо нырнуть в воду! Но что за бред? Она что под водой меня будет ждать?»
Таша, недолго думая, направилась к воде. Снимать одежду она не стала и с разбегу прыгнула в воду, тут же почувствовав резкий холод. В ушах зашумело. Она оказалась под водой, и что-то затягивало ее вниз. Открыв глаза, она осмотрелась и, отчаянно барахтаясь, стала тянуться на поверхность. С трудом вынырнув, Таша с удивлением заметила, что вид аллеи совершенно изменился.
Это была уже вовсе не аллея на Патриарших прудах, а самый настоящий лес. Выплыв ближе к берегу, затянутому тиной и поросшему камышом, она обнаружила, что почему-то абсолютно голая.
Оглядываясь по сторонам и не понимая, где она, Таша вышла из воды, инстинктивно прикрывая руками грудь и самые интимные места.
— Что за чертовщина такая? — заговорила девушка фразами Ивана Бездомного, повстречавшего самого Сатану.
Ступив на скользкий узкий берег, она продолжала осматриваться по сторонам и изо всех сил старалась не перенестись из этого места куда-то еще. Пробравшись через заросли колючего камыша, она подумала об одежде, мысленно представив на себе тонкий летний сарафан из кремового шелка, но к дичайшему ее удивлению, одежда не появилась на ее нагом теле.
Таша напряглась сильнее, но ничего не получалось. Пространство не повиновалось ей.
Выглянув из-за последней гряды камышей, она заметила, что лес заканчивался в ста метрах от этого места, и дальше было видно какое-то поселение или рынок. Девушка, смирившись со своей наготой, с гордо поднятой головой направилась туда.
«Хм, так и думала, что эта Инесса какая-то извращенка. Похоже, ей вовсе не Дениса фигурка приглянулась… — подумала Таша, хихикнув. — А может, испытание такое? Испугаюсь или нет? Ха! Не на ту нарвалась! И таки фигура у меня — что надо».
 
Таша еще увереннее зашагала по колючей траве.
[1] Отрывок из романа М. Булгакова «Мастер и Маргарита»
11. Феерия