Фрилансер. Вольный копейщик (СИ)
— Ваше высочество, в контакте нет ни слова про КЛАН, — всё понял слёту Этьен. — Там фигурирует только Лея Аманда Катарина, и сказано, что она даёт гарантии неприкосновенности, как королева.
— То есть я, как её дочь… Просто подтвержу то, что есть? И всё? — не верила высочество, что это так просто.
— Только пока она болеет, — кивнул я. — Тут уже формально без разницы, ты, Фрейя или Эдуардо, ибо никто из вас не королева. Контракт с королевой Фрейей, если она встанет на место матери, это будет ДРУГОЙ контракт. А нам надо продлить этот. Вы с братом — значимые, смотритесь легитимно — почему б вам не повесить такое на себя? Ведь мама жива, по сути это формальность.
— Но Фрейя… — Шестерёнки в её голове работали, но пока не могли найти изъяны в плане, а их было много. — Фрейя может поднять этот вопрос, и отстранить меня. Именно на основании того, что я не могу представлять… Мать. Да-да, я поняла, но Хуан, наследница — она. Даже в том смысле, который предлагаешь ты.
— Но ты тоже её дочь, — не сдавался я.
— Но не наследница! И как наследница она оспорит подписанный мною документ.
— Если Фрейя так решит сделать, то тут два момента, — продолжил я излагать мысли в рамках мозгового штурма. — Первый — она таким решением полностью дискредитирует тебя. Покажет всем, что в семье Веласкес нет единства, что ты — персона нон-грата, и она задвигает тебя, убирая из власти. А ей, насколько знаю, понравилось, что ты тянешь на себе часть нагрузки. Не забываем, по прогнозам эскулапов, мама вернётся, и ей потом придётся её величеству отвечать, зачем она с тобой так сильно поссорилась. Далее, если отбросить маму… Она просто ссорится с тобой! Вбивает тебя в список своих врагов. И ладно если ссора двух сестёр — с кем не бывает. Но за тобой стою я. Это в долгосрочке очень опасно, — сверкнули сталью мои глаза.
— Держи друзей близко, а врагов ещё ближе… — потянула высочество. — Она сама подтолкнёт меня, инертную и политически аморфную особу, на безумства вроде вступления в политическую борьбу.
— Вроде того, — кивнул я.
— С тобой за спиной…
— Вот и я о том же. И, наконец, третий момент. «Братство» может сказать: «Уважаемые Веласкесы! Вы, пожалуйста, разберитесь меж собой, в своей семье, кто у вас правомочен отдавать приказы, за маму кто нет». И пока правомочность не будет установлена, они возьмут самоотвод. После чего, выдержав какое-то время, сами контракт разорвут — это не будет казаться подставой с их стороны.
— А есть какой-либо орган, кто может сказать, что они не правы, надо слушаться Фрейю? — нахмурилась Изабелла. — Ну, там, Конституционный суд, Верховный Трибунал…
— Поскольку контракт подписан в венерианской юрисдикции… Верховный суд, как высший суд страны, — прокомментировал Этьен. — Хуан его уже собирал, а значит и её старшее высочество сможет собрать. Но мне что-то подсказывает, суд не будет спешить с решением, иа тянуть время они умеют. Без Хуана и его невероятной харизмы, — провёл наёмник пальцем по горлу, — она вряд ли решится на силовое принуждение судей. А там, и правда, или королева придёт в себя, или мы контракт разорвём без последствий. В целом, Хуан, мне нравится, — повернул он голову ко мне. — С учётом правового вакуума, наверное, так можно поступить.
— Хорошо. Где надо подписываться? У вас уже есть документ, или мы его сейчас только будем сочинять?
И не скажешь, услышь со стороны, что эти слова произносит особа в спецодежде элитной бордельной шлюхи. Мир полон загадок и противоречий!..
В общем, доп к контракту мы подписали. Изабелла — «от лица семьи Веласкес в связи с болезнью матери подтверждаю, бла-бла-бла…». Во всех экземплярах внесли изменения. После чего наёмники, довольные, уехали. Пока им работу не нашёл, и Фрейя молчит — пусть ждут.
Потом позвонил Максвелл:
— Хуан, надо встретиться.
Голос напряжённый.
— Всё очень серьёзно?
— И да, и нет. Но встретиться надо.
— Ты знаешь, где я сейчас обитаю?
Усмешка на том конце.
— Это вся Альфа знает. И вся Альфа в перманентном шоке, второй день. Никто не хочет верить, но это правда. И даже разборки и смерть каких-то бандюков вчера прошли мимо — уркаганы попытались напасть на логово средней принцессы Веласкес, получили по зубам, бывает. Хотя некто волну поднять пытался, но видно ещё слишком свеж разгром «Братством» пары студий оппозиционных каналов, не усердствовали.
— Вот так и говорят? Я про обнаглевших уркаганов.
— Так преподносят информацию блогеры. А значит так её будут воспринимать люди. Кстати по центральным каналам ничего, только альтернативные, что только подогревает градус интереса к вам.
— Прикольно. В общем, давай ко мне — решим.
— Еду! — Какой-то воодушевлённый у него голос в этом «Еду». Он тоже из тех, кто любит когда его плёткой? Или просто девочки местные понравились?
Повинуясь интуитивному порыву, связался с «Берлогой» и скинул несколько фоток Изабеллы, сидящей в кресле переговорной. С плёткой в руке и без. Ага, вся такая секси. В маске, но узнаваемая.
— Бро, ты точно уверен? — растерянный голос Даниеля на том конце, когда объяснил, что надо сделать.
— Ага. Я ж PR-щик, это моя работа. Всё понимаю, отчёт отдаю.
— Это принцесса. И более того, официальная наследница престола, пока их маме не станет легче. Фрейя, если узнает, убьёт нас, поглумится, закопает, а потом откопает и снова поглумится. И что это твой приказ — ей не канает.
— Дэн, я ТАКИЕ её фото и видео в сетях лицезрел, что эти невинные изображения в эротической спецовке хуже не сделают. К тому же они почти скромные, все самые важные места пусть тряпкой, но прикрыты. Зато она в таком виде поднимет волну интереса, шум. Привлечёт внимание. Я подниму высочеству рейтинги.
— И сокрушишь репутацию.
— Откуда у неё репутация? — усмехнулся я.
— Оттуда. Она ж в оборонке трудится, поставки, всё такое…
— Это знаем мы с тобой, что «всё такое». Для всех остальных она — поставленная для авторитета кукла, за каждым действием которой кто-то стоит. Или я сам, или кто-то умный, мною и сестрой приставленный, но не обладающий нужным весом. Вот положи руку на сердце и скажи, что это не так? Вы ж мониторили общественное мнение?
— Ну… Это так. Никто не верит, что она сама во время кризиса что-то решала. Просто тебе ж не разорваться?
— Во-о-о-от! Так что хуже я точно не сделаю. Но привлеку внимание, как сказал, подниму рейтинги… И Фрейе будет тяжелее «слить» нас. Поп-идолов тяжело «сливать», лучше не связываться.
— Нехорошо прикрываться женщиной в своей разборке с другой женщиной! — покачал он головой.
— Дэн, ты хороший человек, но не лезь туда, где ничего не понимаешь. Жанку, вон, окучивай!
— Там ещё кто кого окучивает… — Мне кажется, или в его голосе послышался страдальческий стон? — Хорошо, Хуан. В личное не лезу, в политику тоже. Сказал слить данные — сольём и распространим. Тема как раз интересная — половина Альфы вас обсуждает. Я имею в виду информированную половину Альфы. И учитывая уже сложившуюся её репутацию, наверное, ты прав, ей точно хуже не будет, скорее наоборот. У неё на самом деле мощный фан-клуб среди молодёжи, и как вы начали встречаться — он не только не ослаб, но наоборот, там много новых появилось. Дескать, принцесса за ум взялась, не просто икона стиля, но ещё и «правильная девчонка». Её любят в народе, Хуан. А следом за ростом популярности, она и тебя вверх потянет.
— Вот, наконец ты понял! Можешь же, когда хочешь.
— Всё, бро, работаю!
* * *— Ну, что там такое? — Спросил я, когда Доминик до меня добрался. А получилось это сделать только под вечер — всё же глава МИДа, по сути третье лицо в государстве после королевы и премьер-министра, сам себе не принадлежит.
— Хуан, я, конечно, дал всем понять, что хоть и являюсь твоей креатурой, но служу Венере, а не тебе. И меня даже вроде как поняли правильно… Но давай согласовывать действия?