Фрилансер. Вольный копейщик (СИ)

— И следим за перемещением, — добавил Ктулху. — Кто куда, с кем встречается для дачи ЦУ.
— Понятно. Допустим, им не надо, всё так. Что по нашим?
— Мы с пацанами распределили парней так, — продолжил бритый, на карте-схеме появились зелёные точки с подписью названий групп. Сегодня все какие-то хвойные позывные. — Если что — Ель перекроет движение отсюда, Сосна — отсюда, а Кипарис и Можевельник — в помощь Максу. А Пихта — резерв, равное удаление от всех театров.
  
Позывной «Кедр» не используют. Чтобы не было двоякого толкования. Молодцы!
— Хороший план, работаем по нему, — утвердил я. Хорошо быть начальником! Ребята умные и уже опытные, сами всё сделали как надо, без меня, надо только с умным видом кивнуть.
Стрелки часиков тикали, и подбирались к заветным трём часам, отведённым на подготовку. Что ж, начнём, пожалуй.
— Всем — Командор, — перешёл я на общую для данной операции волну. — Проверка готовности?
Раздался голос Солёного:
— Ёлка, как слышишь?
— Берлога, Ёлка слышит. — Голос Этьена.
— Ёлка, доложить о готовности?
Я посмотрел влево и вправо. Кажется, пока был отвлечён, народу в штабе прибавилось. Если тут были резервные отдыхающие сотрудники, то они за последние несколько минут подтянулись и делают вид, что работают. Я хотел шоу? Их есть у них! Массовка на старте.
— Сосна — Берлоге, — продолжал Солёный перекличку. — Как слышите?
— Берлога — Сосне. Слышу хорошо. Боеготовность на максимуме!
— Понятно. Пихта — Берлоге…
— Время до контакта — двенадцать минут. — Снова голос Дэна, когда все пять групп отчитались о готовности.
— Понял. Парни, а кто следит, что с Изабеллой? — нахмурился я. Ибо почти забыл проверить как там дела — она должна была ярко засветиться.
— В четвёртом госпитале она, — ответил Дэн. — Опа! Там есть картинка, почти прямой эфир. Вывожу?
— Почти? — усмехнулся я.
— Ну, «большие» СМИ просто снимают, у них выход на новости вначале каждого часа, так что про неё расскажут как только у нас начнётся горячая фаза. Но кое-кто картинку и без обработки кидает в сеть. Наши фильтры ловят. Показать?
— Давай по седьмому каналу.
Ого! Красиво. Бельчонок в белом халатике, в котором она безумно сексуальна, переходит из палаты в палату. Вокруг ангельская стража. Видно плохо, так как издалека — снимает явно не кто-то «большой» аккредитованный, кому в первую очередь дорога. Но допущенный — «левых» на таких мероприятиях быть не должно, покушения и все дела, так что даже эти «маленькие» СМИ — свои, прикормленные, просто с соответствующей по количеству аудиторией. Вот она входит в палату. Что делает не видно из-за спин других журналистов и охраны. А, нет, разговаривает с пациентами. Мило беседуют, перешучиваются. Для «маленьких» СМИ и блогеров картинка самое то, а уровень подачи как для больших и не планируется — очень уж спонтанное у нас мероприятие, они просто не успели расставить точки съёма с выдержанными ракурсами и не написали сценарий, что должна делать Изабелла в кадре.
— Есть запись совсем недавнего интервью, четверть часа назад. Короткое, менее двух минут. Но уже пошло в эфир по блогам, не ожидая пока раскочегарятся СМИ. Скинуть?
— Да. Давай на тот же выход.
— … Почему это неожиданно? Что вы подразумеваете под «неожиданно»? Я между прочим раньше часто и госпиталя посещала, и разные открытия. Демонстрировала поддержку королевской семьи. Вот и сейчас, после потрясений, выпавших нашему многострадальному городу, самое время посетить больницы, обратить внимание на проблемы, с этим связанные. Как многие знают, сестра дала мне фронт работ — вопросы снабжения войск в городе. Это около миллиона личного состава. И работая там, я поняла, что раньше ускользало. Ведь есть те, кто с оружием на передовой. Честь и хвала им — они герои. А есть люди, от которых также зависит наша победа, но которые всегда в тени. В сводки новостей попадают вооружённые отряды, командиры или политические деятели. Силовики. Они всем нравятся, все их видят и именно их все боготворят. А ведь их достижения обязаны существованием другим людям! Простым снабженцам, ищущим и находящим еду в городе, в котором идут бои, и все склады и магазины закрыты. А ещё медикам. Врачам и медсёстрам, кто в самое трудное время без преувеличений жил на работе, спасая нас с вами. Да, где-то шли бои, люди гибли, но гораздо больше было раненых и пострадавших. И если им не оказать помощь, они умрут, понимаете? В отличие от боевых потерь, их куда больше! И я благодарна людям в белых халатах, что они самоотверженно приняли удар и работали, не покладая рук, не щадя себя, иногда под огнём, иногда в антисанитарных условиях, помогая согражданам. Есть люди, работу которых не видно — вот просто не видно, и всё! Но только пока они её делают. Потому, что если они прекратят её делать, если их не окажется на своём месте в нужное время — все мы почувствуем это… Но будет поздно. Работая в снабжении армии, я поняла, что победа куётся не только на передовой, и одни из таких кузнецов — наши доблестные врачи. И самое меньшее, что могу для них сделать, это привлечь внимание. Мы проработаем вопрос о награждении отличившихся медработников, но, разумеется, не сможем выявить и наградить всех, хоть и будем стараться. А потому хотя бы лично от себя хочу низко поклониться им и поблагодарить всех врачей и сестёр, кто самоотверженно делал свою работу в самые сложные дни для столицы…
И она поклонилась — камера отъехала, показав её в этот момент во весь рост. Круто, чо! У меня аж кончики пальцев затрепетали от эмоционального кайфа.
— М-да!.. — прошептал стоящий рядом дон Гарсия. — Красивый ход.
— А главное, вовремя, — поддакнул я. — Страна встаёт на мирные рельсы — значит, пора.
Что ж, ответ я получил. Выбираю пятую линию. Абонент «Мамочка». Ответ:
— Да, Чико. Что случилось?
— Вы сейчас где?
— Это конфиденциальная информация.
Паршивка. Прикалывается.
— Амаранта, не беси меня! — Завёлся. Плохо. Надо остыть. — Вы ещё в госпитале?
— Да. Двинулись в другое крыло. Я так поняла, ты сказал Изабелле задержаться — типа алиби. Она тут всех достаёт, чтобы показали и подробно рассказали даже про то, что её вообще не касается. Ещё час у вас есть смело.
— Понял, спасибо. — Вот это другой разговор!
— Готовность шесть минут. — Голос Дэна.
— Феникс, как дела? — выбрал я приватную линию Этьена.
— Командор, твоими молитвами. В общем всё нормально, к текущей операции готовы. Но есть и проблемы. У нас с тобой, и с…
— Нас слушают, мы на оперативной линии, — осадил я его, пока не произнёс то, что другим не нужно, пока не представляя, о чём он.
— Хорошо, терпит. Несколько часов есть. Как всё закончится — я к тебе подъеду.
— Замётано.
— В целом мы готовы. Макс внутри, у меня пять своих групп, как договорились. Готовы к ядерной войне… Или ко всему, кроме неё.
— Хорошо, ждите. Целеуказание даст «Берлога» после моего итогового общения с клиентом.
— Макс, как дела? — А это переключился на четвёртую линию на Гладиатора.
— Готовы ко всему. Оружие прибыло вовремя, распаковали, ждём гостей. Уверен, что работаем по-жёсткому?
— Да. Там не с кем и не о чем разговаривать.
— Принял.
— Мадлен?
— У себя. Девочек кого разогнала, остальные по каютам и не высовываются. Всё тихо, посторонних в заведении нет.
— Отлично. Ждём. Гости скоро будут.
Переглядываюсь с доном Гарсия и с внимательно на нас взирающим Лопесом. Последний смотрит с осуждением. Не выдерживает, встревает:
— Так понимаю, вы даже не будете пытаться их арестовать? Предъявить обвинение?
  
— Зачем? — недоумённо пожимаю плечами. — У нас другая задача.
— Плевать на закон? — Глаза паршивца излучают ехидство и ненависть. Ему, служаке, далеко до высоких материй. Mierda, мне этот кадр с первой минуты знакомства не нравился!
— Меня все слушают? — развернулся я и обратился к операторам внутри командного баса. — Все-все, кто мог прийти посмотреть на шоу? — кивок на один из визоров. — Ну, так слушайте. Объясняю специально для полковника Лопеса и членов его секты веры в закон. Знаете, что такое этот пресловутый закон? Это абстрактное понятие, виртуальная категория, обозначающая договор власти и общества. То, что прописывают на бумаге и за него голосуют в выборном парламенте данного общества это только констатация принятия, акт приёма-передачи. Сам ЗАКОН — это порядок взаимодействия! Например, человек совершил преступление. Но у него есть деньги. Он откупился, запугав свидетелей и купив судей. И этот человек не наказывается. Это ЗАКОН так работает, кто сильный — тот прав, и всем плевать, что написано в филькиной бумажке! Ещё пример. Если народу надоедает власть, или надоедают бандюки, он берёт в руки оружие, и крошит бандитов или олигархов — это тоже никак не наказывается. Потому, что дураков спорить с вооружённым народом нет. Хотя и это тоже не соответствует принятой парламентом бумажке. Потому, что кто сильнее — тот прав, ВОТ ЭТО закон.