Фрилансер. Вольный копейщик (СИ)

Тишина. И в эфире, и вокруг меня, в басе-штабе антитеррора. Причём свои смотрят выпучив глаза, ловя каждое слово, включая дона.
— Если я до того момента хоть как-то ценил человеческую жизнь, — продолжал я, — то сейчас люди, особенно враги, для меня просто… Даже не юниты, нет. И не ресурс. Скажем, препятствие. Пыль на одежде, которую надо отряхнуть. Сто их, тысяча или миллион — уже не принципиально. И ты, Мухарибушка, со своей бандой, начинаете доставлять много проблем. Я ощущаю дискомфорт. И только наша бурная история взаимоотношений, о которой знает вся Венера, не даёт мне вас обнулить. Сечёшь?
  
— Продолжай. — Собеседник не просто напряжён, я слышу, чувствую, нутром ощущаю его страх. Он держится, но тот ест его изнутри, ест, ест… И делает его слабее. Это уже не то гордое существо, что ставило условия в нашу первую беседу. А дальше будет только хуже.
— Давай поступим как мужчины. Мы же можем себе это позволить, да? Выйдем вдвоём, ты и я. Никакой брони, голые по пояс. Из оружия — десантные штык-ножи. Ну, или любые другие приспособления на твой выбор, про ножи — это первое, что пришло в голову. И зарубимся кто кого. Побеждаю я — твои выходят лапки кверху, сдаются. Про их будущее ничего не скажу, но они останутся живы, и их не станут калечить. Слово! И да, родственники просто улетают в Союз, без санкций, на пассажирских лайнерах, а не в трюмах грузовозов. Побеждаешь ты — вам дают коридор до космодрома, вы садитесь на яхту и летите на Землю. Дети остаются, в качестве заложников вам дадут наших добровольцев по тому же принципу, что и раньше — публичные персоны Венеры. Заложников оставляете на орбите Земли, на территорию Конфедерации опускаетесь без них. И главное, вам надо будет успеть до того, как мы начнём с Конфедерацией войну, после этого сделка будет технически невозможна.
— Ты и на Конфедерацию хочешь напасть? Тебе Канады и Союза мало? — Я его озадачил. Особенно последним аргументом — «успеть до войны». Мы уже воюем с Союзом. А вскоре будем утюжить стратегическим оружием его Родину. И это просто факт — мы МОЖЕМ, и БУДЕМ, ибо уже делаем так с другими странами. Тут есть о чём подумать, и совершенно нет возможности выставлять контрусловия. А что ты выкинешь встречное? Угрожать? Бесполезно. Война в любом случае будет, просто им предлагаем встроиться в процесс и успеть до того, как мы замиримся с Союзом и Канадой, высвободив силы для кропотливого уничтожения его родной страны.
— В общем, думай, Мухариб, — закончил я сеанс связи. — Голова тебе для этого. Как решишься — говори.
— А вы сдержите обещания? ОНИ сдержат его после твоей смерти?
— Мухариб, мы устроим из нашей битвы шоу! Его будет наблюдать вся Венера! А через лаг по времени — и вся Земля! Десятки миллиардов людей по всей ойкумене! Как можно нарушить слово после ТАКОГО! А что вас отпустим — не беда, мы вас потом на Земле найдём. И если не сдохнете в ядерном пекле бомбёжек, наш спецназ вас выцепит, и тогда пожалеете, что не сгорели в ядерном огне. Так что мы, Венера, ничего не потеряем, потому и предлагаю с барского плеча.
— Но ты этого не увидишь. А без тебя твои последователи могут… Изменить условия.
— Им нет причин так поступать, — покачал я головой. — Имидж — наше всё, это моя профессия, моё призвание. Я знаю, что говорю. Говорю же, мы ничего не потеряем, камрад, и всё равно вас найдём и накажем. Просто позже.
— Идёт. Когда бой?
— Погоди, не спеши! — Шустро он, я не ожидал такой прыти и опешил. — Я ж ещё на Венере дела не закончил. Сейчас освободим Сенат, уничтожим мятежные войска по планете, и вернусь к тебе и вашему вопросу. Сам понимаешь, если ты меня победишь… Кто будет решать их за меня? На женщин надежды нет. Следи за новостями, как только — так сразу, обещаю.
— Договорились! — Почувствовал его улыбку. — С тобой приятно иметь дело, Хуан.
— С тобой тоже, дорогой друг!
— Что? Ну что? — обернулся я в сторону стоящего бригадного генерала и сидящих операторов и сотрудников антитеррора. У всех на лицах полнейшее обалдение.
— Ты это серьёзно? — нахмурился дон Гарсия.
— Серьёзно что?
— Будешь драться ЛИЧНО?
— Ещё не решил. В данный момент он должен видеть выход — только что говорил, как опасно загонять в угол. А значит пока он его видит, наши дети и заложники будут целее. А после… Посмотрим, если потребуется, почему нет?
* * *
— Командор, всё готово! — раздаётся в ухе голос Даниеля. Линия «Берлоги» была активна, в режиме ожидания.
— Отлично. Я сейчас в штабе антитеррора, у них есть оборудование. Можете подключиться, чтобы дать картинку?
Почему, собственно, нет? Можно и из машины управлять, но я, во-первых, ничего ни от кого не скрываю, скорее наоборот, заявляю о себе, какой сам себе Командор. А во-вторых, тут оборудование куда лучше голопроектора в «Либертадоре».
— Капсулу для удалёнки воткни, и пусть ваши подключение подтвердят.
Протянул местному оператору требуемое.
— Сеньор стажёр Веласкес… — проговорил бледный паренёк, увидев по экрану щупальца моих взломщиков, пытающихся внедриться в их ДБшную структуру. — Вы можете гарантировать, что этот абонент не станет нас ломать и вытягивать данные вовне?
— Дэн, ты на посту? Слышал? — усмехнулся я.
— Командор, а на хрена? — закономерный от него вопрос. — Это ж союзники, одно дело делаем. Это мы для них пашем, чтоб им жилось хорошо. Смысл их же ломать?
— Подтверждай. — А это кивнул сотруднику бригадный генерал Гарсия.
— Дэн, вас пустили. Не шкодить! Не пугайте ребят, тут строгая отчётность.
— Принято! — Теперь смешки там.
Завихрились экраны. По уже имеющимся пошла рябь, меняя на картинку на ту, которую передавали парни. Две… Пять… Девять картинок. Две карты-схемы, остальное виды с каких-то уличных камер.
— Так, парни, ставлю на громкую, вас теперь слышит Анитеррор, — на всякий предупредил своих орлов, чтобы не ляпнули чего. — Конфиденциальную информацию вслух не произносить.
— Есть, принято. Перевожу на Ктулху.
— Командор, — начал бритый, — короче. Весь эскадрон бомбить — не за три часа подготовки. Потому мы поднапряглись и локализовали место нахождения самого Шмеля и ближайших помощников. Но, думаем, это как раз то, что нам надо. Смотри, красная точка — он сам. Красная в чёрном круге — по ходу его помощник, досье департамента его так обозначило, вот его и выделили. Они сейчас рядом, в одной машине. По карте их местонахождение — недалеко от нужного нам объекта.
Это да, недалеко. В двух кварталах от «Фантазий».
— Вот эти три жёлтые точки — боевые группы банды. Засекли их по переговорам — хакнули их телефоны, отследили по активности. Они там вообще в ус не дуют, пользуются общими линиями, рай непуганых младенцев. Поймали их когда те подъехали в заданный район — там камер понатыкано, по пеленгу «трёшки» вычислили примерно место, после чего захватили камерами. На данный момент все стоят, чего-то ждут. По другим объектам работать начали, но там активностей нет, а работы не на один день, чтобы только определиться где что. Так что на сегодня только эти.
— Достаточно. Этого достаточно — уже сказал, это не Гаучос, — довольно, как кот, мурлыкнул я. — Если просто щёлкнем по носу — хватит. Собственностью эскадрона по моим сведениям займутся коллеги будущих трупов, нам туда лезть не по статусу. Вопрос, не подстава ли? Всё же банда уровня эскадрона, а пользуются общими линиями связи?
— Так они «хитрят», ничего эдакого вслух не произносят, фильтр по ключевым словам пройти должны, — пояснил качок. — Просто мы конкретно за ними наблюдаем, нам их ужимки и кодовые слова до марсианского Олимпа
  
— Командор! — голос Дэна. — Это всего лишь территориальный эскадрон. У тебя профдеформация, привык с клановыми и другими спецурами работать. А им не нужны все эти выделенные сети и телефоны, на которые можно дозвониться только изнутри. Нет, они, конечно, есть, но фразу: «Педро, ноги в руки подгребай с парнями туда-то, остальное лично» можно доверить и открытым сетям. Но мы то не ИИ Антитеррора, не ловим на живца, а просто смотрим весь трафик подряд.