Когда она искушает (ЛП)

— У тебя что-то на шее, Мартина, — говорю я, сдерживая гнев в голосе, хотя он пульсирует по краям моего зрения.
Она поворачивается ко мне, и выражение ее лица меняется, когда она понимает, что я имею в виду. Она шлепает ладонью по метке.
— Я обожглась выпрямителем для волос, — быстро говорит она.
Господи, Поло не идиот.
Он поджимает губы, и на его челюсти напрягается мускул. — Не знал, что у нас есть такой.
  
— Я принесла его из дома.
Я поднял газету. — В следующий раз будь осторожнее.
— Да, конечно.
Она бросает на меня обеспокоенный взгляд.
Злость поселяется в моем нутре и размывает слова, но мне не нужно много времени, чтобы переключиться на себя.
Я знал, на что шел.
Я решил, что она того стоит.
А теперь? Теперь мне придется разбираться с последствиями.
ГЛАВА 25
МАРТИНА
Не могу поверить, что я не подумала о том, чтобы замазать засос. Кожа горит до самого завтрака, и когда я, наконец, доедаю, я спешу наверх и замазываю засос косметикой. Я все жду, что Джорджио ворвется в мою комнату и отчитает меня за такую неосторожность, но он так и не приходит.
Около одиннадцати я натягиваю свою садовую одежду — леггинсы и свободную футболку — и решаю выйти на улицу. Если я буду прятаться здесь, то буду выглядеть еще более виноватой.
Дойдя до входной двери, я останавливаюсь. Поло сидит на ступеньках, потирая лодыжку, а София беспокойно хнычет рядом с ним. Похоже, ей больно.
— Ты в порядке? — спрашиваю я.
Он поднимает на меня глаза. — Нет. Я собирался взять Софию на пробежку, но подвернул свою чертову лодыжку.
Я придвигаюсь ближе, чтобы посмотреть. — Что? Как?
— Споткнулся вот здесь. — Он показывает на ступеньки. — И это ужасно больно.
— Может, тебе нужно сходить на осмотр?
Он продолжает растирать лодыжку.
— Нет, но я собираюсь приложить лед. Извини, девочка, — говорит он Софии. — Тебе придется делать свои дела во дворе.
Собака лает, виляя хвостом туда-сюда. Ей так хочется пойти на прогулку, что я говорю: — Я могу ее взять.
— Ты уверена?
Я протягиваю ему руку, чтобы помочь подняться. — Да. Я как раз собиралась в сад, но вместо этого могу ее выгулять. Куда вы обычно ходите?
Поло улыбается. — Спасибо, Мартина. Я вожу ее в лес. Там есть тропинка, которая начинается примерно в тридцати метрах за теплицей. Она обозначена красной ленточкой, привязанной к одному из стволов деревьев, так что ты ее не пропустишь.
Прогулка по тропинке звучит неплохо, но в голове звучит предупреждение Джорджио. Я не собираюсь нарушать еще одно его правило, особенно после сегодняшнего утра. — Вообще-то Джорджио не хочет, чтобы я туда ходил. Но я могу поводить ее по территории.
— А, точно. — Поло уперся ладонью в стену, чтобы помочь себе сориентироваться на лестнице. — Конечно, просто бери ее с собой, сколько захочешь.
— Мне все время держать ее на поводке?
— Она любит бегать без него. Далеко она не уйдет.
— Хорошо, звучит неплохо. Надеюсь, твоя лодыжка не слишком больна.
— Спасибо. Скоро увидимся.
Он идет в дом, а София рядом со мной совершенно теряет рассудок.
— Не волнуйся, мы пойдем, — говорю я ей, пока мы спешим в направлении оранжереи. — Только не писай на помидоры, хорошо?
Мы бежим трусцой к краю участка, где София наконец останавливается, чтобы обнюхать кусты, и у меня появляется секунда, чтобы оглядеться. Тропа, о которой говорил Поло, должна быть где-то здесь, но я не вижу указателя. Интересно, действительно ли в этом лесу так легко заблудиться, как предполагал Джорджио? Деревья густые, но проходимые, а если есть тропа, то не проще ли по ней идти? Полагаю, я могу попросить его взять меня с собой в один прекрасный день. Он не похож на любителя походов, но если я вежливо попрошу его… Я даже могу оказать ему услугу в знак благодарности.
Уверена, у Джорджио найдется множество идей, как его отблагодарить.
Я хихикаю про себя. Прошлой ночью было все. Мое тело нагревается на несколько градусов каждый раз, когда я вспоминаю об этом.
А сегодня утром… Я и не знала, что можно так жаждать другого человека. Мы оба не могли перестать прикасаться друг к другу.
Мне до сих пор больно, хотя в душе я сказала Джорджио, что это не так. Небольшая боль — ничто по сравнению с физическим наслаждением от близости с ним. Я прикусила губу при воспоминании о том, как он не торопился подготовить меня к встрече с ним. Каким он был настоящим и непринужденным, когда находился глубоко внутри меня. Как ласково светились его глаза, когда я встречала его толчки и говорила, как хорошо мне с ним.
Я настолько погрузилась в свои мысли, что не заметила, как София закончила с кустами, пока не промчалась мимо меня.
Я поворачиваю голову, и мои глаза расширяются, когда я вижу, как она исчезает за линией деревьев.
— София!
Черт.
Я бегу за ней, проносясь мимо красной ленточки, о которой говорил Поло.
— Пожалуйста, будь рядом, — бормочу я, наблюдая, как небо надо мной заслоняют ветки и листья.
Впереди раздается взволнованный крик, но я не могу разглядеть ее среди листвы. Я останавливаюсь, встаю на цыпочки, чтобы попытаться найти ее, пока я не ушла слишком далеко.
— София! Вернись!
Лес живет звуками. Сверчки, птицы, шелест веток.
Лает собака. На этот раз издалека.
Я опускаю взгляд на свои кроссовки. Я довольно быстро бегаю, но Джорджио четко сказал мне не ходить в лес.
Тем не менее, я не могу просто бросить ее.
— Подожди, София! — кричу я.
Солнце яркими пятнами пробивается сквозь листву, когда я бегу по узкой тропинке. Видно, что ею мало кто пользуется. Кое-где ветки и высокая трава растут прямо сквозь нее. Вряд ли кто-то, кроме обитателей замка, пользовался ею.
Приходится замедлить шаг, когда дыхание начинает вырываться короткими толчками. — София!
Раздается два далеких лая.
Я морщу лоб. Она все еще звучит довольно далеко.
У меня заныло в боку, но я снова набираю скорость, стараясь не потерять ее.
Листья расплываются вокруг меня, пока я иду по едва заметной тропинке.
Джорджио убьет меня, если узнает. На задворках моего сознания появляется беспокойство. Что, если я не смогу найти дорогу назад? А вот София найдет. Она уже бывала здесь. Если я найду ее, она вернет меня домой.
Раздается еще один лай, на этот раз гораздо ближе. Вдруг деревья впереди меня расступаются, и я вырываюсь на небольшую поляну. В центре поляны стоит старый коттедж с покосившейся крышей, стены которого увиты плющом. Это тот самый дом, который я видел несколько дней назад с башни. Мой взгляд падает на ступеньки, ведущие к входной двери, и, увидев там Софию, я облегченно вздыхаю.
— Вот ты где.
Высокая нескошенная трава стелется под ногами, когда я подхожу к ней и пристегиваю поводок. Она позволяет мне погладить ее, а затем лает на дом.
Я возвращаю взгляд к коттеджу и вспоминаю, что говорил Джорджио. Он пострадал от пожара… но где же знаки? Я провожу взглядом по деревянной двери. Копоти нет. Окна заколочены, но рамы не повреждены.
Я сжимаю брови. Не похоже, что здесь был пожар. Но зачем Джорджио врать об этом?
Что это вообще за место?
По всей входной двери разбросаны паутины, на которых видны гниющие листья и мертвые насекомые. Совершенно очевидно, что здесь давно никого не было.
Я смотрю на Софию. — Ты здесь уже была?
Она фыркает, спрыгивает с лестницы, обегает вокруг меня круг, а затем натягивает поводок, словно хочет, чтобы я последовала за ней в заднюю часть дома.
— Куда ты идешь?
  
Эта собака ведет себя так, словно она не была на улице несколько недель, хотя это не так уж и далеко от истины.
Мы огибаем коттедж, и она внезапно останавливается, чтобы обнюхать случайный участок грязи. Она скулит и начинает копать, при этом грязь летит прямо на меня.