Паргелион (СИ)

Я находилась в густой зелёной поросли. Она практически полностью закрывала от меня пейзаж, каким бы он ни был. Потрогала зелень — трава как трава, ничего необычного, никаких ядовитых выделений или странного цвета. Пахло приятно, так, как пахнет на поляне с цветущей земляникой. Небо было тоже как небо, совершенно привычное. Только оно казалось выше и будто синее, ближе к цвету василька. Кое-где его покрывали свинцовые облака, и одно как раз нависло надо мной. На нос упало несколько крупных капель дождя. Дождь — это хорошо. Это просто замечательно.
  
Решив, что готова принять вертикальное положение, я медленно приподнялась и встала на ноги. Ничего, вроде бы всё в порядке. Я стояла по пояс в траве посреди поля, местами покрытого мелкими жёлтыми и голубыми цветами. Вдалеке виднелись деревья. Я решила поискать подопечную и проводника, искренне надеясь, что и тот и другой проскочили сквозь воронку без повреждений.
Девчонку я обнаружила метрах в двухстах от себя валяющейся в траве. Я перевернула её и положила на спину. Проверила пульс и дыхание — как будто просто спит, бедняжка. Наверное, почувствовав на себе мой взгляд, она открыла глаза. Сначала молча пялилась на меня, потом села.
— У тебя кровь. — Эрма протянула руку и прикоснулась к шее под ухом.
— А, да, не беспокойся. Со мной такое бывает.
Она погладила меня по руке. Села на корточки и поднялась на свои тоненькие ножки, стараясь высмотреть, где мы есть, хотя мало что видела из-за травы.
Я потрогала запёкшуюся кровь. Вид у меня, должно быть, устрашающий. А если добавить сюда вывалянные в грязи и подранные куртку и штаны, грязные кракены, руки в мелких царапинах, то выходило не самое привлекательное зрелище.
— Идём, — сказала я Эрме.
Дождь усилился, и теперь частые капли летели на нас сверху. Мы обе открыли рты, высунули языки, стараясь собрать побольше воды. Эрма смеялась, и когда она это делала, то выглядела почти как обычный ребёнок. Не было этого пугающего взгляда и изменившегося лица — просто девочка, которая радуется дождю и ветру.
Я успела не только напиться, но и хорошо, насколько могла, отмыть лицо и руки. Девчонке бы тоже не помешало не ходить перемазанной, но я не стала читать ей нотации об опрятности. Этого она наверняка в Кайро натерпелась.
Я увидела неплотные очертания фигуры, которая приближалась к нам в дожде. Силуэт просвечивался и переливался. Я наскоро выхватила нож. Зрелище красивое, но вдруг оно хочет напасть?
— Собираешься проткнуть меня этим? — услышала в голове знакомый голос.
— Лейро?! — заорала я истошно. — Что за… а где птица?
— Здесь мне больше не нужно быть птицей.
— И это то, как ты на самом деле выглядишь?
Я поняла, что белая птица — это только маска, которую он носил. Возможно, одна из многих. Но увидеть бесплотного духа было куда страннее.
— Может, лучше снова обернёшься птицей? — спросила робко, стараясь рассмотреть новый облик проводника.
— Не могу. В своём мире я выгляжу так, как выгляжу. Впрочем, и это не есть мой облик. Я потерял его много времён назад, с тех пор, как покинул Лоо Ард Диоро. И теперь мне нужно время, чтобы собрать себя заново.
— То есть ты собираешься ещё измениться?
— Я обрету большую плотность. Это так хорошо, — добавил он, — наконец-то вернуться домой. Я очень долго не мог этого сделать. Я благодарен тебе. Добро пожаловать в мой мир, в Лоо Ард Диоро.
Я кивнула. Да, я могла понять это чувство. Хорошо вернуться домой, когда есть, куда возвращаться. В этот момент Лейро почти перестал быть для меня непонятным существом из другого мира, ведь в этом мы были схожи.
— Что это там? — спросила я, показывая на здания вдалеке, то появляющиеся, то исчезающие во мгле, как призрак, который не хочет показываться людям.
— Это наш город, Эоладон, — ответил Лейро просто. Но его мысли дрогнули, и я уловила то, что он не сумел от меня скрыть: с этим городом его связывает многое.
— Мы направляемся туда?
— Нет. Мы идём в другое место.
Больше я от него ничего не добилась. Так мы и шли сквозь поле, которое сменилось редколесьем. Лейро держался впереди. Постепенно он обретал плотность и через некоторое время представлял собой очень высокую — намного выше любого известного мне человека — фигуру. Тонкий силуэт дополняла вытянутой формы голова. Глаза были большими, а рот и нос — маленькими. Человеческого немного. Я постеснялась спросить, все ли в его мире выглядят так, как он.
Я часто оглядывалась на белеющие вдалеке здания. Крыши сверкали на солнце. Ореолы этих отблесков создавали радужные гало, которые растворялись во влажном воздухе. Я смогла рассмотреть несколько башен и пирамидальных зданий, которые высились над остальной застройкой. Ещё — круглые купола, но что они накрывали, мне увидеть не удалось. Наконец город полностью растворился в дымке.
Редколесье сменилось ещё одним полем, мы встретили стадо оленей и животных с длинными ногами и крупными головами, которые мне никогда не попадались. Я пыталась расспрашивать Лейро о мире, но он был немногословен, поэтому вскоре я оставила это дело и решила просто глазеть по сторонам и наслаждаться приятной погодой. Несколько раз мы останавливались у ручья, чтобы попить. С едой было посложней, но мы с Эрмой насобирали крупных сочных фиолетовых ягод и теперь набивали ими рты, от чего губы и язык немедленно окрасились в соответствующий цвет. Правда, я потеряла бдительность и не поинтересовалась, ядовитые ли ягоды, за что мысленно отругала себя. Но вроде бы всё обошлось. Несколько раз мы встречали группы… не людей, нет. Я не знала, как их называть, потому звала про себя местными. Они были далеко, и всё, что я могла, — это ухватить очертания их фигур. Они двигались очень плавно, как Лейро, чуть покачиваясь при ходьбе, а те двое, что прошли мимо нас ближе всех, как будто исчезли, словно бы растворились в воздухе. Конечно, это пространство сыграло со мной шутку или дымка, которая стояла над горизонтом. Никто из них не обратил на нас внимания. Если бы я была одна, то я бы пряталась, стараясь, чтобы меня не заметили, или продвигалась бы ночью. Но я ведь была с проводником, а он ни разу не выказал никаких признаков тревоги, значит, не опасался сородичей.
Уже почти стемнело, когда мы снова увидели вдалеке здания и огни. Больше всего выделялась высокая башня простой формы. Чем-то она походила на главную башню Венерсберга, только красивее, потому что сейчас вся сияла огнями. Остальные здания напоминали павильоны, прямоугольные и одноэтажные, что-то похожее на подсобные постройки Кайро. Они тоже светились, хотя и не так ярко. Кругом было много зелени, а башню обвивал густой плющ.
— Зачем мы пришли сюда?
— Я обещал отправить тебя обратно в твой мир, в то же самое место, и я собираюсь выполнить своё обещание.
Мне нравилось, что теперь мой проводник говорит со мной вслух.
— Да, но неужели мы не посмотрим город?
— Об этом договорённости не было, — сообщил Лейро коротко и скрылся внутри башни.
В здании виднелось множество окон, но все они были слишком высоко, чтобы в них заглянуть. Пройдя по периметру, я заметила на стенах много надписей или неких символов, но не сумела понять: это был совершенно другой язык, другие знаки и буквы, которые нисколько не походили на всеобщий. Что они значат? Я ощутила жгучее желание это узнать. Может, изречения их магиков? Или что-то вроде замысловатых пафосных фраз на стене большого зала? И что это за звезды зажглись в небе? Они совсем другие, не такие, как у нас. Как называются эти созвездия? Я чуть отошла и попала в небольшой, окружающий комплекс сад. Пахло приятно, яблоками, душистыми травами. Я с наслаждением вдохнула воздух.
  
Я здесь, чтобы вернуться обратно. Но что, если я не хочу? Что это за мир? Неужели я никогда не узнаю? А там что меня ждёт? Вечное стремление выжить, убийства, бесконечные проблемы и постоянные сражения, хоть и с самой собой. Надоело. Да, оставались ещё они… Кайро. Но, по-моему, магики хотели сделать из меня донора, чтобы выкачивать силу, когда им надо. Вот и всё. Зачем возвращаться?