Хозяйка кондитерской, или Драконов не обслуживаем!

С этими словами я швырнула злосчастный самоцвет в дракона. Вроде бы даже бы не сильно промахнулась.
Зато ветер еще усилился, подхватил меня и куда-то понес. Скорость была неимоверная, но вокруг не было видно ничего, кроме серого тумана.
А потом я вдруг очнулась от мягких шлепков по лицу. Лежала я на чем-то мягком и упругом, и моя голова чуть качнулась от особо сильного тычка.
  
Прямо перед лицом торчала пушистая лиловая морда с любопытными серо-голубыми глазенками. Длинные усы пощекотали мой нос, и котенок опустил лапку, которой, похоже, собирался отоварить меня по щеке.
– О, человек, ты очнулась! – воскликнул он. – Как хорошо! Тебе надо поесть. Мышь будешь? Я сам поймал!
Котенок сбежал по моему плечу, и с радостным видом пихнул лапой маленькую мышку, которая лежала рядом со мной на подушке.
Я резво подскочила с койки и запнулась о ботинки, что стояли на полу. Следом за мной с подушки скатилась дохлая мышь, и мы, слава богу, не встретились. Я их не боюсь, просто не хотелось притрагиваться.
Но мышь была не самой большой проблемой. Оглядевшись, я выяснила, что нахожусь в тесной комнатушке с белёными известью стенами и крошечным окном, забранным решеткой. Кроме койки и тумбы, где стояли тазик и кувшин с водой, тут больше ничего не было. Ах да, еще обнаружился предмет, подозрительно напоминающий ночной горшок, что подсказывало – с удобствами мне в этом мире не повезло.
Да-да, придется признать, что я в другом мире. Не брежу и не сплю, и даже не нахожусь в Безвременье, куда меня затащил Айдарел. Можно даже поверить, что в этом самом Безвременье я беседовала с драконом в виде духа – он сам так сказал. Не верить ему оснований, к сожалению, не было.
Ведь самым четким доказательством того, что все происходящее – реальность, была я сама. Точнее, мое тело.
Я стала стройной девушкой с ярко-рыжими волосами и идеально гладкой белой кожей без следа морщин и пигментных пятен. Это факт никак не подделаешь. По словам Айстрима, какой-то кусок мыла сделал меня молодой. Выходит, я все же в своем теле, только сбросившем годков эдак пятьдесят.
Одежда на мне была та же самая – обтягивающие брюки, кофта и даже куртка обнаружилась висящей на спинке кровати. Зато цепочки с амулетом я нигде не увидела, также как и прочих вещей, что нашли у меня в карманах при обыске. Я задумалась – амулета нет, так как его забрали вместе с монетами, или потому что я бросила его Айдарелу? Кстати, он сказал, что меня исцелил. Я завела руки за спину и принялась ощупывать себя.
Оказалось, что кофта сзади разрезана, а еще меня перевязали не очень чистыми бинтами. Да и брюки оказались с дырой, а кожа в этом месте была испачкана кровью.
– Нет на тебе ран, человек, – сообщил котенок, когда я принялась ощупывать свою спину в районе правой лопатки. – Теперь нет. Но силы тебе надо восстановить. Так что ты это, ешь давай.
Он подпихнул лапой мышь на кровати и выжидательно уставился на меня.
– О, спасибо, только мне бы сначала попить. – Я схватила кувшин, понюхала и принялась жадно глотать самую вкусную в своей жизни воду. Утолив первую жажду, попросила котенка: – Расскажи, где мы и что произошло? Как мы здесь оказались?
– Разве не помнишь? – удивился мой пушистый сосед по камере. – Хотя мама говорила, что люди быстро все забывают. Тогда слушай. Ты спасла нас от драконов. Я тебя укусил, но ты не померла. Значит, теперь между нами связь. Мы с сестрой поняли, что ты можешь спасти и маму. Ты забрала нас и ее клетку и прыгнула в портал. К сожалению, нас вынесло в безмагический мир. Местные люди приняли тебя за дракона и теперь будут судить. Люди вообще очень глупые, но эти совсем… Кстати, сюда идут.
– Так, погоди. – Я проследила за тем, как котенок ловко впрыгнул на узкий подоконник и протиснулся между прутьями решетки. – За что меня будут судить? И где твои мама и сестра?
– С Лямуркой все хорошо, – котенок оскалился, и я не сразу сообразила, что это он так улыбается. – Она тут, на помойке, под бочкой прячется. Так смешно боится крыс! Будто бы они могут причинить нам вред! А вот мама… – тут он склонил пушистую голову и почти пропищал: – Ее забрали! Как я смог увидеть, ее покормили, но они ей не верят! Хотя она призналась, что понимает их язык!
– В чем они ей не верят? – спросила я шепотом, услышав шаги за дверью. Защелкал дверной замок.
– Мама пытается объяснить, что мы не драконы. То есть, что ты не дракон. Но тебя все равно хотят судить!
– А что, драконов тут судят? – уточнила я. – И за что?
– У них война с драконами. У людей. И они считают, что ты шпионка.
В этот момент дверь отворилась, и котенок резво спрыгнул куда-то вниз.
 
Глава 6
 
В мою комнату (или лучше сказать «камеру»?) вошли две молодые женщины. Были они одеты в черные брюки и темно-синие мундиры, имели на поясах внушительные дубинки, и глядели на меня хмуро и с опаской. Одна из них держала в руках стопку тряпок, которую немедленно положила на кровать, а вторая – небольшой чемоданчик. Произнеся несколько непонятных фраз, дамы выжидательно уставились на меня.
Что ж, придется признать, что знаний местного наречия мне, как всяким приличным попаданкам, недодали. Бран со своей усатой коробкой-переводчиком почему-то не пришел, поэтому придется обходиться подручными методами. К ним я и перешла, ведь мимика и жесты – универсальный язык, который понятен всем.
Как же пригодился мой богатый опыт игры в «крокодила»!
С охранницами удалось наладить сносный контакт. Они даже заулыбались после того, как я попыталась спросить о маме котят. Ведь мне пришлось помяукать, чтобы изобразить кошку! Девушки тут же начали с выразительными лицами указывать на дверь, и еще дали понять, что мне надо переодеться, чтобы выйти.
Они принесли смену одежды, а еще они хотели меня осмотреть, но спрашивали на это разрешение. Я не стала противиться, ведь слова Айдарела об исцелении, даже подтвержденные котенком – это хорошо, но лучше убедиться! Ведь мне, как ни крути, вонзилась стрела в спину! Не знаю, кем надо быть, чтобы вылечить такую рану, тем более, не прикасаясь к моему телу! Чудотворцем, не меньше.
Судя по изумленным восклицаниям моих тюремщиц, Айдарел именно им и оказался. Какая же сила магии у того дракона? Что будет, если я не дай бог попаду к нему в руки? Если Айдарел может исцелять одной лишь силой мысли, то лучше пусть он меня никогда не найдет. Ведь он четко сказал: «я тебя не отпущу от себя». При этом о женщинах он весьма нелестного и категоричного мнения, слушать никого не хочет, и умеет лишь отдавать команду «к ноге». Может, конечно, он прекрасной души человек, но в глаза это не бросается. Если быть точной, то он не человек. Не надо мне такого счастья, спасибо.
После медицинского осмотра мне указали на кувшин с водой и таз для умывания, и протянули гребень и ленту для волос. Это было очень кстати, ведь мои рыжие пряди отросли до лопаток и все перепутались. Охранницы, все время не спускавшие с меня глаз, поняв, как тяжело их расчесать, даже помогли.
После этого нелегкого дела мне предложили переодеться и проследовать на выход. Стопка тряпок оказалась коричневым платьем с длинной юбкой в пол, а к нему полагались панталоны и нательная сорочка. Одежда выглядела новой, и я без сожаления сняла неизвестно чьи штаны и остатки кофты. Правда, тряпки эти взяла с собой, и внимательно посмотрела на охранниц – будут возражать или нет? Они согласно покивали.
Я решила, что это хороший знак – то есть в камеру меня возвращать не собираются.
Правда, очень скоро мое приподнятое настроение померкло. Девушки привели меня в большой зал, битком забитый народом.
В центре, на возвышении, стоял стол, за которым восседал молодой мужчина с жестким лицом. Рядом с ним имелась трибуна, пока пустовавшая. Напротив, на расстоянии пары метров, располагались в несколько рядов лавки, где тесно, впритирку, сидели люди. На первых рядах – богато, даже роскошно одетые мужчины и женщины, дальше – публика попроще.