Шесть убийственных причин

— Не может? — переспросила Клио.
Адам покачал головой.
— Нет, — тихо сказал он. — Не может.
— Почему это ты об этом знаешь, а я нет? — взвилась Клио, мгновенно переходя от обороны к наступлению. — Кэйт знает?
— Все знают, — сказал Адам.
— Я не знала, — обиженно продолжила Клио. — Не понимаю, почему тебе, например, полагается об этом знать, а мне нет.
— У меня, возможно, повсюду дети, — сказал Райан. Несмотря на непринужденный тон, он многозначительно посмотрел на Адама. Они не говорят об Элен. Адам это знал, хотя и прошло десять лет. Кое-что не меняется.
— Да ты пес! — сказал Адам, продолжая игру.
— Гав.
Райан оскалил зубы и часто задышал.
— Так вот почему Элен так вцепилась в этот дом? — спросила Клио.
Вот ведь неймется ей!
— Поэтому никуда не уезжает? Потому что не может иметь собственную семью?
— Не уезжает, потому что умная, — ответил Джеймс. — Если она уедет, дом достанется нам всем. А пока она живет здесь, готов поспорить, уверена, что это дает ей право остаться в нем навсегда. Но это не так.
Ты думаешь, мы все должны получить долю, — сказал Адам. Он констатировал, а не спрашивал — Даже я? После того, что я сделал?
— Конечно, черт возьми. Я не против, чтобы она тоже получила свою долю, но, господи, знаете, какие сейчас цены на дома? Этот дом стоит миллион. Она не имеет на него права. И что бы ты ни сделал, Адам, ты все равно член семьи. Мы одна семья.
— Ты, вижу, уже готов продать дом, — возмутилась Клио. — Это дом нашей матери.
— Но она там больше не живет, правда? — заметил Джеймс.
— Для меня живет, — с жаром возразила Клио.
— Это все пустой разговор, — вставил Райан. — Фрейзер далеко не развалина. А секс с Матушкой Россией еще прибавит ему лет. Вполне возможно, отец перепишет все на нее в своем драгоценном завещании.
— Она русская? — с сомнением переспросил Адам.
— На вашем месте я бы не был так уверен, что он долго проживет, — сказал Джеймс. — Скажем прямо, у Элен был такой вид, будто она его убьет, причем прямо сейчас.
— У вас у всех был такой вид, — фыркнула Клио. — И как Фрейзер только додумался до такого: вывалить это на нас в такой момент?
— Это его обычная манера, — констатировал Джеймс. — Он никогда не задумывается о том, что его слова или поступки значат для остальных.
— Ты действительно так считаешь? — поинтересовался Адам. — Думаешь, он пригласил сюда мужа Кэйт, не зная, что произойдет?
В сумерках невозможно было разглядеть, покраснел ли Джеймс, но Адам знал, что все так и есть. Джеймс пожал плечами и отвернулся.
— Кто-нибудь, черт подери, объяснит мне наконец, почему Элен не может иметь детей? — спросила Клио, возвращаясь к заинтересовавшей ее теме.
Братья ответили молчанием. Райан скинул туфли, встал и начал расстегивать джинсы.
— Сто лет не купался в море. В озерах хорошо, но они не…
— Ледяные? — попытался угадать Адам.
— Я собирался сказать «не настоящие».
Адам, давай, пойдем.
— Нет, не пойду.
— Пойдешь-пойдешь, слабак. Пока не поплаваешь в море, ты не дома. Если не пойдешь сам, затащу тебя силой.
Расстегнув верх рубашки, Райан стянул ее через голову. Адам неохотно встал и начал раздеваться. Джеймс покачал головой, встал и пошел прочь, не желая участвовать в безумии.
Райан уже разделся до трусов и, убедившись, что Адам следует за ним, пустился бегом навстречу волнам. Адам видел, как напряглось тело брата, когда он оказался в воде.
— Охренеть! Черт! Господи Иисусе!
— Не заплывайте далеко, чокнутые! — крикнула им вслед Клио.
Адам осторожно зашел в воду вслед за братом.
Райан повернулся и начал поливать Адама водой, зачерпывая ее руками.
— Прекрати, засранец, — прошипел Адам.
— Залезай в воду, тогда не буду брызгаться. Адам зашел дальше; стоило ему поравняться с Райаном, как тот одним быстрым движением прыгнул на него и повалил в воду. Адам погрузился с головой, соленая вода заполнила ноздри, глаза защипало. Он вынырнул и увидел Клио, которая уже поднялась на ноги. И тут же снова оказался под водой. Снова вынырнув, он увидел, что Джеймс остановился в дальнем конце пляжа и смотрит на братьев, явно решая, не стоит ли вернуться: игра это или нечто более серьезное.
 
Адам нащупал ногами дно и с силой выдохнул через нос, одновременно отплевываясь. Покачиваясь, он немного постоял, а потом толкнул Райана, опрокинув его в воду.
— Ничья! — крикнул Адам, когда Райан показался на поверхности. — Хватит.
— Только попробуй! — сказал тот.
Райан сделал движение в сторону брата, но, проследив за взглядом Адама, оглянулся на Клио и на стоящего поодаль Джеймса. Джеймс вытащил из кармана телефон, засветившийся голубым экраном, и пошел прочь, в сторону дома, прижимая телефон к уху. Его фигура тут же скрылась за высокими камышами, оставив на обозрении лишь затылок. Клио стояла, уперев руки в бока, явно раздраженная поведением братьев.
Райан пожал плечами, лег на воду и поплыл на спине. Адам последовал его примеру и направился в другую сторону, подальше от брата. Нужно сохранять спокойствие, сдерживать раздражение и накопившуюся ярость. Не реагировать ни на кого и ни на что. Спокойствие, сказал он себе. Спокойствие.
  
Джеймс
 
Сандра еще не спала: она мазалась одним из своих многочисленных дорогих кремов, изучая лицо в зеркале, выискивая новые признаки старости, новые морщинки у глаз и в уголках рта.
Джеймс знал, что пять лет разницы между ними в последнее время не выходят у нее из головы. Его работа лишь подливала масла в огонь. Сандра считала, что Джеймс даже без утвержденных проектов постоянно находился в окружении молодых красивых актрис, а воображение у нее было достаточно ярким. Пожалуй, она могла бы писать сценарии, присутствуй у нее такая склонность. Для «Династии», например. Каждое существо женского пола — коварная разлучница. Подозрения Сандры опустошали его банковский счет: одежда, косметика и прочие милые причуды.
Если бы она знала. То, что у него в действительности, намного хуже, чем связь на стороне.
— А где спит Белла? — спросил он, бросая ботинки под кровать.
В его старой комнате не осталось ничего памятного. Он первым покинул родительский дом, и мать тактично поинтересовалась, не возражает ли он, если из его комнаты сделают комнату для гостей. Он не имел ничего против.
Джеймса ждал Лос-Анджелес, Спэниш-Коув должен был остаться смутным воспоминанием.
— Твоя сестра положила ее на чердаке. Мне кажется, отец не известил Элен, что мы приедем. Похоже, она сердится, начала причитать по поводу постельного белья. Впечатление такое, будто это ее дом. И вообще, я не понимаю, почему в таком огромном доме всего семь спален.
— Восемь, — уточнил Джеймс.
— Так почему Беллу не положили в восьмую?
— Это мамина спальня, — пояснил Джеймс немного севшим голосом. — Там никто не ночует.
— О, — протянула Сандра. — Я и забыла. Мы так редко здесь бываем, малыш. И мне кажется, я начинаю понимать почему.
Джеймс лег на кровать и вздохнул. Он тосковал по матери, как и остальные. Он не сознавал, какое место она занимает в его жизни, пока ее не стало.
— Между прочим, а где ты был? — продолжила Сандра. — После ужина. Пропустил кофе. Ана, кстати, очень мила: тихая, но с хорошими манерами. Не то что твоя сестра. Отец сообщает радостную новость, а она так реагирует! Как ей только не стыдно? Знаешь, она ведь здесь не одна…
— Ходил подышать воздухом, — перебил Сандру Джеймс.
— Я видела тебя в саду. Ты говорил по телефону.
Джеймс вздохнул. Он ослабил ремень на джинсах и начал расстегивать рубашку. Живот слегка побаливал после обильной еды и выпитого за день. Джеймс не привык есть и пить в таких количествах. Он старался держаться в форме: половина — талант, половина — внешность. Когда предлагаешь драму руководителям станций, нужно выглядеть определенным образом. Пусть это всего лишь Ирландия, но все же индустрия.