Невеста с обременением (СИ)
Нам же не видно того…
Часто от нашего взора истина ускользает…"
Конечно, что находится в голове собеседника, угадать невозможно. Это да! Но всё же…
Разве того, что она, Адалина Реггасс, чувствует к жениху, совсем ему не заметно? Ведь это же очевидно! Очевидно всем, кроме него. Даже Лили уже, кажется, догадалась! А он? Этот дурак…
Куда же он смотрит? Что он, вообще, видит?!
Эта эгоистичная, грубая дрянь Брир занят исключительно самолюбованием. Упиваясь собственными невзгодами, совсем не замечает, что творится вокруг.
Уверен, наверное, что невеста до сих пор не сбежала только из-за трусости, зимы и того треклятого договора…
А теперь еще и чувства благодарности, норм приличий и… Как это он сказал? "Жертвы"? Да, да… "Сраные жертвы". Решил, что Адалина жаждет принести себя в жертву высоким целям, подобно какой-нибудь экзальтированной дуре.
Очень нужны были те цели джейте Реггасс… Делать ей больше нечего, как следовать им.
Высокие цели, идеалы…
Зачем они вообще? Для чего? Для кого? Уж точно, не для Адалины.
Для нее — этот Дом. Это Место.
Этот воздух…
Эта зима.
Старый особняк со скрипящей лестницей, шершавыми стенами и путанными коридорами. Наполненный тишиной, негромкими разговорами, ароматами мыла и кухни.
Потертые ковры, обшарпанная мебель, давным давно вышедшая из моды.
Нелепые, ворчливые часы в столовой, тщательно отчищенная, местами поцарапанная посуда… Всё это ее, Адалины Реггасс!
Легкая паутина на чердаке… "Ох, барышня! А пауков-то там, наверху, жуть! Мы с Катриной их вениками выметали… Вот же расплодились, заразы!" Даже эта паутина — ее.
И дети ее. Свои, чужие, любимые, нелюбимые, желанные, нежеланные… Те, что уже живут и те, что может быть, появятся потом — ее.
Прежде джейте Адалине Реггасс никогда не нужны были наследники.
Памятуя свое трухлявое, как древний пень, пустое детство, отлично понимала она, что наследовать-то им особенно нечего. Что магичка-неудачница может дать детям?
Дом, которого нет? Любовь, на которую неспособна?
Огненную Силу? И зачем она им? Чтобы в один прекрасный день сжечь чей-нибудь особняк, а потом трусливо сбежать, поджав хвост и ожесточив сердце?
И ведь он… Джейт Брир точно такой же. Пустой, как нутро обиженной на жизнь сварливой старухи. Ему тоже нечего отдавать, кроме тьмы, злобы и бесплотных мечтаний о прошлом…
Ясно, что поодиночке пустышки-нареченные не смогут ничего.
А… Если вместе? То… Может быть…
Подобные размышления тревожили ее довольно часто. Почему же Айвера они не разу не посетили?
— Идиот, потому что! — пробормотала джейта, распахивая входную дверь — Самовлюбленный идиот.
Напустив на себя безмятежный вид, и запахнув поплотнее плащ, она прошла по заснеженной, залитой теплым светом дорожке к воротам, эмм… К остаткам ворот, у которых о чем-то спорили лекарь, дозорник, трое местных работяг и еще пара человек.
Один из незнакомцев отличался изрядным ростом и худобой. В руках он держал большой блокнот и толстый карандаш.
— Приветствую! — крикнул визитер, завидя идущую к ним магичку издалека. Когда же она приблизилась, уточнил, вежливо понизив голос — Вы хозяйка? Адалина Реггасс, если не ошибаюсь?
Получив утвердительный ответ, заговорил каким-то странным, "рокочущим" голосом:
— Видали, что дракон с вашими воротами сотворил? Да, да… Наслышан о печальном положении вашего жениха, милая джейта! Сопереживаю. Искренне сочувствую. Ужасная трагедия. В сравнении с ней сломанные ворота просто мелочь… А? Что?
На секунду прекратив рокотать, склонился к что-то пробурчавшему лекарю.
— Прошу прощения, — затарахтел вновь — Разрешите представиться, Рональд Трокк, старший дознаватель от Совета Округа Констр и ваш покорный слуга, уважаемая джейта Реггасс. А скажите-ка мне вот что…
Сунув блокнот в кожаную сумку, висевшую у него на плече, Трокк осторожно взял Адалину под локоть. Прикосновение было тактичным, но сильным и цепким.
Проделав тоже самое с лекарем, дознаватель отвел их обоих немного в сторону от груды железного лома, бывшего когда-то воротами.
На минуту поравнявшись взглядами со своим напарником и дозорником, кивнул им, и только после этого вернулся к начатому разговору.
— Урон вам нанесен огромный! — говорил Трокк негромко, и даже какие-то сочувственные нотки сквозили в голосе — Это бесспорно. Много сил и средств уйдет на восстановление одних лишь ворот… Работы такого рода нынче недешевы, да еще и в зимнее время… А ведь также пострадала конюшня, как мне сказала ваша кухарка… Катрина, кажется? Знаете, я думаю, что смогу чем-нибудь помочь вашему горю. Дотации от Финансовой Палаты Округа, например… Но об этом позже. Пока же… Как вы считаете, с какой целью дракон напал на особняк? Есть предположения? Не скрою, имеется у меня одна версия. Но прежде, чем я ее вам выскажу, хотелось бы узнать вашу точку зрения, милая джейта Реггасс.
Мельком скользнув прищуренным взглядом по усмехающемуся лицу лекаря, Адалина сосредоточенно свела брови.
— Конюшня сгорела, это так. — заговорила она в тон дознавателю, спокойно и мягко — Спасибо Катрине, что смогла перевести лошадей в теплый сарай, и запереть там. Несчастные, перепуганные животные могли, выбежав из поместья, стать добычей волков… И ворота… Но всё это, вы правы, не так уж и страшно. В сравнении с тем, чего мы все натерпелись этой ночью. И джейт Брир, мой жених… Он…
Прижав ладонь к глазам, джейта Реггасс картинно всхлипнула.
Кон хмыкнул, прекрасно поняв, что она творит. Дознаватель же отозвался на разыгранную перед ним сценку лицедейства довольно бурно.
— Знаю, знаю! — заворковал он, сильно сжав дрожащую Адалинину руку — Милая… Дорогая джейта Реггасс! Уверяю вас, всё будет хорошо. Такой опытный врачеватель, как наш друг Кон вмиг поставит на ноги уважаемого джейта Брира. С нами Закон, который, я просто уверен, целиком и полностью окажется на вашей стороне. С нами Боги, а уж они-то не допустят несправедливости. Ну, и я… Ваш покорный слуга. Можете располагать мной. И моими возможностями.
Отрывисто кивнув, законник так изогнулся, стараясь, уменьшив высоту своего роста, стать поближе к хитрой магичке, что лекарь всерьез обеспокоился за целость законниковой спины.
"Баболюб хренов! — про себя Кон уже откровенно ржал, наблюдая за всем происходящим — Сломает хребет или свернет себе шею, а мне потом отдуваться. Нет уж, спасибо! Здесь вполне хватает одного калеки Брира с его капризами. Второго убогого мне не потянуть… А однако ж, как она его, а! Глазками похлопала, похныкала, и готово дело. Дозорника местного эта киска уже давным давно сломала, тот аж сам лично их в Констр возил… Про беднягу Айвера и говорить нечего. К Зверю в пасть из-за нее полез. А вот останется ли красотка с ним, либо предпочтет кого другого… Это еще очень и очень большой вопрос…"
Нахохотавшись вдоволь, лекарь тактично кашлянул:
— Я полагаю, беседа из развлекательной плавно переходит в разряд деловых. Джейта Реггасс! Не угодно ли вам продолжить разговор где-нибудь, в более уютном месте?
— Ах! — магичка раскаянно прикрыла глаза, прижав руку к пушистому воротнику плаща — Прошу простить меня за такую досадную оплошность! Пройдемте, конечно же, в дом. И обсудим всё за горячим кофе или… Что вы предпочитаете, джейт Трокк? Какие напитки?
— Всё, что угодно! — расплылся в слащавой улыбке дознаватель — Из ваших рук я готов принять даже яд, дорогая…
Мельком обменявшись многозначительными полуулыбками с Лицемеркой Регггасс, и едва сдерживая рвущийся наружу смех, лекарь двинулся вслед за воркующей парочкой, направляющейся к парадному входу в особняк.
И вот там, за скромной, но сытной трапезой, состоялся весьма занятный разговор…
Глава 37:2
Поручив гостей вернувшейся с улицы, запыхавшейся Катрине, джейта Реггасс побежала было наверх. Нужно было предупредить жениха о происходящих в доме событиях.