Хозяйка Кристальной пещеры (СИ)

Я украдкой взглянула на Аньяна и поняла, что он все это время смотрел на меня с улыбкой, я улыбнулась в ответ. Сердце запыхалось, как пойманная в силки птичка, аж дышать нечем, от всех этих волнений и сознание можно потерять.
Словно поняв наше нетерпение, стали провожать молодых в отдельные домики, так сказать, пора род продолжать. Меня только одно тревожило — не проспать бы завтра встречу с королем. Надеюсь, Катя разбудит.
  
Не помню, как дошли до дома, как вошли в комнату, слишком переволновалась. Своего первого мужа я три года знала, год дружили, год парочкой были, год вместе жили, чувства проверяли, пока поженились, а тут поцелуй и сразу замуж… мне страшно!
Но страх прошел, стоило Яну дотронуться до меня, погладить по щеке, медленно развязать пояс на платье, медленно расстегнуть пуговички на спине. Он все делал очень медленно, а у меня сейчас сердце выскочит от напряжения. Его прикосновения нежные, сладкие, его губы влажные, мягкие, рокочущий рык из глубин его тела, от которого мурашки по телу:
— Олли, моя Олли.
А потом были поцелуи, от которых сознание уносило в вышину, ласки, которые пронзали тело от сладкой муки, ярчайшее освобождение, когда мы оба достигли вершины нашего соития. И это не единожды, ведь ночь так длинна, а мы очень долго искали друг друга.
Утром меня разбудил квик. Как в наше первое утро его мохнатая задница оказалась перед моим носом, я отодвинула мелкого и потянулась, чувствуя во всем теле приятную усталость. Потом я вспомнила все, что было вчера и ночью, и подскочила на кровати под невольный писк питомца.
— О нет, ал-лё, — я потрясла рукой, чтобы активировать сайгон. Как я могла забыть вчера это сделать. – Катя, сколько времени?
—Ты должна быть на встрече уже час назад, — отчеканила сай.
— Мать вашу! — я соскочила и принялась быстро носится по комнате в поисках вещей. Кое-как оделась и быстрее вниз, в кабинет. Хватаю палку-сверкалку и иду к шкатулке, застываю, пытаясь осмыслить, что ее нет. Потом, как озарение приходит понимание, что ее взял Аньян и пошел на встречу сам.
— Олли, — возле дома ошивался Ланэль с внуками, — я пытался их остановить, но твой командующий слишком упрям, как и твой истинный, они решили, что тебе опасно ходить на встречу, и решили отдать шкатулку сами.
Ну как можно быть такими… мужиками!
— Госпожа, — Рина с женщинами убирали последствия вчерашнего праздника и поспешила мне не перерез, — Фобос, он запретил мне будить вас, простите, я виновата.
— Разберемся, Рина, — строго сказала я женщине, — на тебя оставляю пещеру. Хозяйство присмотреть, огород полить, траву вырвать. Детей к грибам не пускать. Эльфам не верить, и они тут гости. Я скоро!
— Храни вас боги, госпожа, — Рина осталась смотреть мне вслед, а я неслась к путям , ругая на все лады и Фобоса и Аньяна. 
Возле лестницы увидела одного из глазастиков, розового. Он и пискнуть не успел, как я схватила его под мышку и понеслась к путям. Гриб пыхнул пыльцой, я прокашлялась. И постаралась убедить глазастого, что у него сейчас будет пиршество, там, куда я иду много тьмы, очень много.
Главное, чтобы не обожрался, подумала про себя и погромче проорала красному, что забираю одного на кормежку, в ответ недовольство, красный сам хотел быть вместо розового.
Эх, бедолаги, сидели бы себе на грядках и в ус не дули, а быть разумным — это тяжкая работа.
Пути уже привычно отнесли меня до нужного адреса. 
Вот с этого места начался мой путь в этом мире, родная деревушка Олли Чер. Всего пару месяцев назад улетела отсюда Олли в черную бездну на поиск приключений. Гриб под мышкой затих. Еле видимый черный шлейф тащился за нами.
— Подождал бы есть, троглодит, — я покачала головой.
Я же шла по знакомым и в то же время чужим улицам в сторону нужной таверны.
Меня тут явно не ждали. Возле таверны стоял, как часовой, Грум из отряда Фобоса. Увидев меня, глаза вытаращил. Ну а что они думали, я буду сидеть и ждать? Я должна передать шкатулку, я!
— Госпожа?! — Грум был остановлен моей рукой, которая поднялась на уровне его глаз. Здоровяк проводил меня взглядом до двери и пожал плечами: пусть Фобос разбирается.
Я вошла внутрь и чуть прищурилась, привыкая к полутемному помещению.
— Олли! — голос муженька был под стать голосу Грума, а вид как в той поговорке, «вы не ждали, а мы приперлись!»
За столом сидели Фобос с Тарусом и Аньян с еще одним гномом. Взгляд у него был тяжелый, сразу видно — король, привык, чтобы все под его дудку прыгали.
Аньян вопросов мне не задавал, сжал челюсть, свернул глазами, зато Фобос разворчался, как старый дядюшка
— Госпожа, зачем вы тут? Неужели сонный порошок не подействовал? – уже скорее себе, чем мне, сказал он.
Я поставила гриб на соседнюю лавку, под мышку переложила свой посох, посмотрела на Аньяна, который от меня взгляда не мог отвести. Рассматривал, словно впервые увидел, зачарованно. Я протянула к нему руку.
— Шкатулку, — Аньян вспыхнул взглядом, посверкай мне еще. Я сузила глаза, и смотрела на него так, пока мои руки не потяжелели от шкатулки.
Открыла, проверила на месте ли кристаллы и повернулась к незнакомому гному. За столом только у прорицателя был довольный вид, остальным явно не нравилось мое самоуправство, угнетатели женщин.
— Ваше Величество, меня зовут Олли Ч.. Раш и я должна отдать вам в руки эту шкатулку.
Думаю, что это за шкатулка и от кого ему уже рассказали. Я протянула к королю шкатулку, тот чуть помедлил, но принял ее, и я выдохнула, наблюдая, как одна из черных татуировок медленно стерлась с кожи.
— У тебя очень храбрая жена, Раш, — густым басом сказал король. Мужчиной он был видным, с густыми волосами подстриженными ежиком, Ббородой, заплетенной в три косицы, в роскошном камзоле с золотистой вышивкой. Он кивнул кому-то за своей спиной, — а еще не дальновидная, — король хохотнул. — все планы твои поломала, так?
Я перевела взгляд на мужа, который покачал головой. Я не стала влезать с ответом, выяснять отношения будем не у всех на глазах. Я свой долг выполнила, теперь можно домой вернутся, о чем я сразу сказала.
— Фобос, Аньян, теперь можно домой возвращаться.
— И то верно, — гном встал, — домой пора.
— У инквизитора есть работа, — король посмотрел на Аньяна.
— Я ухожу, — муж решительно встал, — я выполнил свой долг перед тобой, Оскар.
Король вздрогнул, на секунду мне показалось, что он вспылит Аньяну, но он взял себя в руки и просто кивнул.
— Хорошо, Аньян Раш, твои заслуги перед королевством и мной дают тебе право жить, как ты хочешь. Пещеру «Надежда» я объявляю собственностью Олли Чер, теперь все, — ответ дался ему тяжело, но, видимо, в нем еще были воспоминания о юности. Вчера Аньян рассказывал мне о том, как ходил в пещеры с королем, тогда он еще был принцем и сбежал из дворца отца, ему было скучно. Я фыркнула: пещеру он мне подарил, она и так моя. Преклонения у меня перед местным правителем не было.
Я подхватила розового, который всасывал в себя всю имеющуюся рядом тьму. Хорошо, что это было так незаметно, что никто не обратил внимания.
Я обернулась к королю, все же нельзя обрубать все концы, мы еще на самообеспечение не вышли.
— Ваше Величество, если вас заинтересуют очистительные артефакты, о которых рассказано в кристаллах накопителях, то у нас есть усовершенствованная версия.
Я не стала показывать на гриб, который шевелил корешками, вид он имел странный, но каких только монстров в пещерах не водилось, на него король внимания не обращал. Наверное, Тарус рассказал о них.
  
— Я подумаю о вашем предложении и свяжусь с вашим мужем, госпожа Раш.
Судя по всему, об эльфах королю не рассказали, уже лучше, пока прибережем этот козырь в рукаве.
Когда мы вышли из таверны, со всех сторон собрались стражи короля и отряд Фобоса. Чуть вдалеке переговаривались местные, для них приезд короля разговоры на год обеспечат. А вот то, что меня кто-то узнает, я как-то не подумала.