Нападающий (ЛП)

— Нет, — призналась я. Я рассказала ему о разговоре с Лавинией, но не о своей вспышке после тренировки. Я не хотела, чтобы Ашер психанул или отвлекся. Я могла бы справиться с этим сама.
— Ух ты, — присвистнул он, когда я закончила. — Какое начало недели.
— Я знаю. — Я уставилась на свое бледное, растрепанное отражение в зеркалах студии. Я все еще каталась на карусели головокружения, но голос Ашера держал меня достаточно приземленной, чтобы выдержать разговор без дрожи.
— Как ты относишься к тому, чтобы быть в главной роли? — В его словах проскользнула нотка осторожности.
— Чего я не чувствую? Нервозности, ужаса, тошноты, небольшого возбуждения. Честно говоря, я еще не осознала этого. — Я откинула голову назад к стене. — Спроси меня снова через семьдесят два часа.
Он рассмеялся.
— Ты справишься.
— В любом случае, я просто хотела позвонить и сказать тебе. Если бы я ждала до вечера, я бы, возможно, вспыхнула, но я не хочу задерживать тебя дольше. — Я боялась повесить трубку, но я не могла вечно использовать его как подушку безопасности. — Удачи тебе на встрече.
— Спасибо. — Я услышала улыбку в его голосе. — И, Скарлетт? Если это и имеет значение, я думаю, ты справишься с ролью Лорены.
Мои губы приподнялись, но после того, как я закончила разговор, они снова медленно распрямились.
Ашер, Винсент, Иветт, Эмма, витрина, боль, угроза папарацци... все свободные нити моей жизни, большие и маленькие, закручивались внутри меня. Они спутались и образовали веревку в моей груди, затягиваясь все туже и туже, пока это почти не перекрыло мне подачу кислорода.
Иногда само существование отнимало слишком много энергии, поэтому я закрывала глаза и пыталась дышать.
В тот момент это было все, что я могла сделать.
ГЛАВА 40
Я закончил разговор со Скарлетт и бросил телефон в спортивную сумку как раз в тот момент, когда Адиль подбежал ко мне и Ноа, чей шкафчик находился рядом с моим.
— Вот они! Мои плохиши из Блэккасла! — Он похлопал нас по плечу. — Скучали по мне?
— Как будто ребенок скучает по сыпи, — пробормотал Ноа, но не стал отмахиваться от приветствия полузащитника.
— Так ты скучал по мне. — Адиль, казалось, не был смущен вялым энтузиазмом вратаря. — Новый сезон, парни. Мы вернулись, и мы раздавим этих ублюдков из «Холчестера»! И всех остальных, — добавил он, подумав.
— Ты прав. — Я стукнул его кулаком в знак согласия, но мои мысли задержались на Скарлетт. Она звучала немного странно во время нашего разговора. Возможно, это были ее нервы из-за Иветт и ситуации со спектаклем. У нее были сложные чувства по поводу выступления на публике снова, и внезапное повышение с дублерши до главной роли не могло быть легким.
Я сделал себе заметку, что обязательно навещу ее снова, как только вернусь домой.
Я менял футболки, пока Адиль развлекал нас рассказами о своем лете дома. Раздевалка трещала от энергии возвращения-в-школу нового сезона, а смех и поддразнивания наполняли воздух, когда игроки впервые за несколько месяцев встретились друг с другом.
— Не могу дождаться, когда снова увижу их на поле. — Адиль потер руки. — Боччи лучше беречь свою чертову спину.
Упоминание моего старого товарища по команде наполнило мой рот привкусом меди. Это был вкус соревнования. Искупления. Мести.
Мы почти вырвали победу в лиге в прошлом сезоне, и это был наш шанс оправдать себя. С тех пор как Винсент и я отложили в сторону наши разногласия, ничто не мешало нам взять титул номер один в мае.
Тренер вошел в раздевалку.
— Дюбуа! Донован! — рявкнул он. Он мотнул головой в сторону своего кабинета. — Идите сюда.
Раздался хор насмешливых охов, когда мы с Винсентом прекратили свои дела и направились к нему с одинаково настороженными выражениями лиц.
— Уже в беде? Это рекорд, — пошутил Сэмсон. Нигерийский вингер рассмеялся, когда Винсент слегка подтолкнул его, проходя мимо.
  
— В следующий раз, когда захочешь пошутить, убедись, что сможешь пробежать сорок пять минут, не содрогнувшись так, словно у тебя роды, — бросил он через плечо.
Первый день предсезонной подготовки всегда был самым трудным, поскольку игроки возвращались после летней еды и отпусков к работе.
Еще один хор охов смешался с насмешками, когда Сэмсон покачал головой.
— Низкий удар, капитан! — крикнул он нам вслед. — Низкий удар!
Я ухмыльнулся, но мое веселье быстро улетучилось, когда мы прибыли в офис тренера. Он закрыл дверь, и снова дежавю пронзило мои чувства, когда Винсент и я устроились на своих местах.
Тренер опустился в кресло напротив нас и сложил пальцы домиком под подбородком.
Часы тикали.
Кондиционер гудел.
Приглушенные звуки из раздевалки подчеркивали напряжение, царившее вокруг нас.
Мы с Винсентом поёрзали на местах.
Если тренер использовал какую-то тактику психологической войны, чтобы заставить нас чувствовать себя некомфортно, то она сработала.
После, казалось, вечности бесконечной тишины, его орлиные глаза остановились на Винсенте.
— Дюбуа, твой отец в порядке?
— Да, сэр.
— Я рад это слышать. — Тренер наклонился вперед. — Если я когда-нибудь узнаю, что ты придумал семейное ЧП, чтобы отмазаться от того, что я тебе поручил, я заставлю тебя бегать интервальные спринты, пока у тебя не разовьются чертовы интимные отношения с ближайшим мусорным баком. Понял?
Винсент сглотнул.
— Да, сэр.
Мой смешок оборвался на полпути, когда тренер обратил на меня внимание.
— Это новый сезон. Новый старт, — сказал он. — Я спишу проблемы прошлого сезона на болезнь роста, но твои мелкие выходки заканчиваются здесь и сейчас. Возможно, вы не провели лето вместе, как я планировал, — он бросил еще один взгляд на Винсента, который съехал на несколько дюймов вниз на своем месте, — но это не оправдание для того, чтобы продолжить с того места, на котором вы остановились. Я ожидаю, что вы будете вести себя не как взрослые; я ожидаю, что вы будете вести себя как чемпионы. Если это будет проблемой, вы должны сказать мне об этом прямо сейчас. — Его глаза предостерегающе сверкнули. — Это будет проблемой?
— Нет, сэр, — хором ответили мы.
— Мы с Донованом пришли к взаимопониманию, — добавил Винсент. — Так что вам не нужно беспокоиться о нас.
Густые брови тренера скептически нахмурились.
— Это так?
— Да, — подхватил я за Винсентом. — Мы извлекли уроки из ошибок прошлого сезона.
— Это больше не повторится, — сказал Винсент.
— Мы полностью готовы работать вместе, чтобы уничтожить... победить «Холчестер». И всех остальных, — продолжил я, повторяя предыдущее дополнение Адиля.
Глаза тренера подозрительно сузились.
— Хорошо, — наконец сказал он. — Полагаю, это понимание началось с благотворительного матча «Спорт ради Надежды»?
Наши рты образовали одинаковые буквы О от удивления. Он знал о моей давней причастности к некоммерческой организации, но откуда он знал о Винсенте?
— Я читаю местные газеты, и у меня повсюду шпионы. — Изгиб рта тренера напоминал бы улыбку, если бы у него не было аллергии на улыбки. — Я тоже слышал о твоей драке с Пессоа и «Зелеными». — Изгиб исчез. — Он придурок, но не вытворяй ничего подобного во время моих матчей, иначе...
Кто-то постучал в дверь, прервав, как я был уверен, очередную угрозу, от которой я бы вздрогнул.
Мы с Винсентом переглянулись. Кто посмеет прервать встречу тренера?
Брови тренера изогнулись еще сильнее, пока не образовали одну линию на лбу.
— Войдите, — рявкнул он.
Дверь открылась, и Грили, наш помощник тренера, просунул голову, словно боялся, что тренер отгрызет ему конечности, если он позволит им переступить порог.
— Сэр, ваша дочь здесь. Она ждет в холле.
— Скажи ей, что я выйду через минуту. — Грили ушел, а тренер снова посмотрел на нас. Он делал это часто. — У меня есть другие дела, но я надеюсь, что вы не сделаете ничего, что поставит под угрозу вашу прекрасную, зарождающуюся дружбу.