Нападающий (ЛП)

Лицо Ашера смягчилось.
— Да, так и есть.
Мы держались друг за друга еще несколько минут, пока наше дыхание не пришло в норму, и мы, наконец, неохотно расцепились. Мы выключили музыку, привели себя в порядок и продезинфицировали студию, но мы все еще крепко держались за день, пока он длился.
Потому что наступит завтра, и все изменится.
ГЛАВА 38
На следующий день меня охватило тяжелое чувство дежавю, когда я впервые за два месяца зашел в студию Скарлетт в КАБ.
Все выглядело точно так же, как и в мой первый день здесь, и воспоминания всплыли, как яркие снимки из прошлого.
Сумка. Осознание того, что она была той загадочной девушкой из паба. Шок, когда я узнал, что она также была сестрой Винсента.
События ощущались так, словно они произошли вчера и одновременно столетие назад.
Я пришел туда, возмущенный принудительными тренировками, и вернулся влюбленным в своего тренера.
Забавно, как одно лето могло так много изменить.
Улыбка Скарлетт ослепила, когда она увидела меня, но она длилась всего секунду, прежде чем ее взгляд скользнул за мое плечо, и ее улыбка превратилась в более нейтральную версию самой себя.
— Винсент, ты рано, — сказала она слишком уж весело.
— Я оставил свой багаж и сразу же приехал сюда. — Ее брат вошел и обнял ее. — С нетерпением жду, что вы для меня припасли.
Он коротко кивнул мне, на что я ответил ему таким же кивком. Никто из нас не знал, как справиться с потеплением в наших отношениях, когда мы были трезвыми, поэтому мы держались на почтительном расстоянии, пока Скарлетт включала музыку.
— Это будет сложнее, чем те слабенькие тренировки, которые ты делал самостоятельно, — сказала она.
— Слабенькие? — Винсент звучал возмущенно. — У меня отличный режим тренировок. Спроси «Мужское Здоровье». Мое интервью с ними стало их самой популярной статьей в прошлом году!
Второй по популярности. Я сдержал свой рефлексивный ответ. Мое интервью с ними получило на тысячу кликов больше, чем его, но злить его до того, как я скажу ему, что встречаюсь с его сестрой, сегодня днем, было, вероятно, не самым умным шагом.
— Угу. — Скарлетт, судя по всему, не впечатлилась. — В любом случае, ты не догнал тот тип тренировок, который мы проводили все лето, поэтому я изменила сегодняшнюю тренировку, чтобы учесть это. Сезон начинается меньше, чем через две недели, а это значит, что у нас всего пять тренировок вместе. — Она сморщила нос. — Я не знаю, почему твой тренер настоял на том, чтобы ты вернулся на столь короткое время, но это то, что есть. Мы начнем с разминки, а затем перейдем к эспандерам.
Я знал, почему тренер хотел, чтобы Винсент подхватил конец нашей совместной тренировки, даже если это будет всего две недели. Он был грубым и сварливым, как черт, но в душе он был оптимистом. Вероятно, он считал, что две недели принудительной связи лучше, чем ничего.
— И еще... — Скарлетт смерила нас тяжелым взглядом. — Мы трое не тренировались вместе с начала лета, но мои правила все еще действуют. В моей студии не будет никаких драк или препирательств. Понятно?
Я лаконично отдал честь.
— Да, мэм.
Винсент ухмыльнулся.
— Как он и сказал.
Она закатила глаза, но крошечный росток оптимизма промелькнул в ее профессиональном поведении, когда мы без малейших споров перешли к тренировке.
Скарлетт ходила по студии, изучая наши формы и поправляя нас при необходимости.
Когда дело касалось футбола, Винсент и я были на одном уровне в плане навыков. Но когда дело касалось перекрестных тренировок, у меня было дополнительное преимущество в виде трех месяцев кросс-тренинга; у него – нет.
Я боролся с самодовольной улыбкой, когда дошло дело да нашей тренировки сопротивления и гибкости, пока он боролся с движениями. Мышцы, которые мы использовали для танцев, отличались от тех, которые мы использовали для футбола, и я бы солгал, если бы сказал, что мне не нравилось, как он спотыкался.
  
То, что мы больше не ненавидели друг друга открыто, не означало, что я должен упускать возможность (тихо) немного позлорадствовать.
Винсент прорычал что-то по-французски, отчего Скарлетт вздохнула.
— Ладно, сделаем пятиминутный перерыв. Попейте воды, снизьте пульс. Я пойду в туалет.
Выходя, она бросила на меня быстрый взгляд.
Помни, будь милым, говорилось в нем.
Я милый, ответил мой взгляд.
Мы были осторожны, чтобы не смотреть друг другу в глаза во время нашей сессии, чтобы не выдать каким-то образом свои чувства. Мы договорились пригласить Винсента в бар после тренировки и угостить его несколькими кружками пива, прежде чем сбросить на него нашу бомбу, но я передумал.
Стоит ли нам устроить ему засаду в первый же день возвращения в город или сначала дать ему время освоиться?
Пока мы ждали возвращения Скарлетт, рядом с кондиционером повисла тишина.
Я выпил полбутылки воды и взглянул на Винсента, который вытирал лоб полотенцем с логотипом «Блэккасла».
— Что ты делаешь после тренировки? — спросил я, пытаясь разрядить обстановку.
— А что? Ты собираешься пригласить меня на свидание?
Я фыркнул.
— Дюбуа, я бы не пригласил тебя на свидание, даже если бы ты был последним живым существом на земле.
По крайней мере, не этого Дюбуа.
— Хорошо, потому что я бы, черт возьми, не сказал «да». — Он бросил полотенце обратно в спортивную сумку. — Но у меня пока нет планов.
— Хочешь выпить пинту в «Разъяренном кабане»? За замену на благотворительном матче, — добавил я ворчливо. — В прошлые выходные мы праздновали победу, так что это моя официальная благодарность. Я не люблю быть кому-то должен.
Он снова ухмыльнулся.
— Так ты приглашаешь меня на свидание.
— О, отвали. Ты хочешь выпить или нет?
— Думаю, сегодня мне бы не помешала одна. — Он похлопал себя по животу. — Нельзя будет пить после начала сезона.
Я издал звук согласия. Нам пришлось быть гораздо осторожнее с диетой в течение сезона.
— Кстати о благодарностях... — Винсент взглянул на дверь. Скарлетт пока не было видно. — Спасибо, что услышал то, что я сказал в начале лета. — В его голосе было столько нежелания, что казалось, будто кто-то силой вырывает эти слова из его рта.
Мои брови изогнулись в замешательстве.
— О том, что не приставал к моей сестре, — пояснил он. — Признаюсь, я ожидал вернуться и увидеть тебя на ней, но ты проявил уважение. И профессионализм. И ты ударил этого ублюдка Пессоа за то, что тот прикоснулся к ней. Так что я ценю это.
Его гримаса показывала, как ему больно признавать свою неправоту, но, вероятно, это было не так огорчительно, как мое осознание того, что он не ошибался.
Ты проявил уважение. Если бы он только знал. В том, что я сделал вчера в студии со Скарлетт, не было ничего уважительного.
— Правильно. — Я закашлялся, надеясь, что Винсент не увидит следов вчерашних дел, отпечатавшихся на моем лице. — Он это заслужил.
Я намеренно не обратил внимания на первую часть его заявления, но мои мышцы сжались от страха, когда Скарлетт наконец вернулась и прервала наш неловкий разговор.
Остальная часть нашей тренировки прошла без происшествий, но, когда Скарлетт попыталась заговорить о «Разъяренном кабане», я остановил ее, многозначительно взглянув за спину ее брата.
— Я подумала, что мы могли бы... — Она замолчала, увидев мои широко раскрытые глаза.
— Что мы могли бы? — спросил Винсент.
— Э-э, мы могли бы поднять уровень тренировок на ступеньку выше во время нашего следующего сеанса. Я думаю, что теперь ты усвоил основы, — сказала Скарлетт.
— Звучит неплохо, — прервал я Винсента, прежде чем он успел задать еще вопросы. — Винсент и я собираемся заскочить в «Разъяренного кабана» на пинту. Провести немного времени, чтобы сблизиться, как хотел тренер, перед началом сезона. — Я ударил его в плечо, словно мы были давними приятелями.