Нападающий (ЛП)

Насколько грустно, что Ашер сделал для меня больше за один месяц, чем мой теперь уже бывший парень за год после моей аварии?
Чертовски грустно.
Я оставалась в ванне, пока вода не остыла. После этого я накинула на себя пушистый гостевой халат и тапочки, и пошла в коридор. Ашер предложил постирать мою одежду, испачканную травой, пока я была в ванне, так что мне просто нужно было забрать ее, прежде чем я уйду.
Было уже поздно, а я уже злоупотребила гостеприимством.
Тем не менее, я не спеша бродила по частному крылу его дома. Я не была намерена совать нос в чужие дела, но все-таки хотелось заглянуть одним глазком в личную жизнь Ашера.
Я остановилась у стены с фотографиями снаружи главной комнаты (приоткрытая дверь открывала достаточно личных вещей, чтобы определить, что это его спальня, а не гостевая комната). Фотографии были расположены в хронологическом порядке, документируя его жизнь от очаровательного младенца до взрослой суперзвезды.
Мои губы изогнулись при виде фотографии малыша Ашера в праздничной шапочке и с улыбкой, измазанной шоколадом. Несколькими кадрами ниже, его немного более взрослая версия щеголяла в форме «Холчестер Юнайтед» и с такой же (хотя и без шоколада) улыбкой. Рядом с ним стоял суровый мужчина постарше, положив одну руку ему на плечо. Должно быть, он был отцом Ашера – у них были одинаковые глаза и черты лица.
— Мой пятый день рождения. — Голос Ашера отвлек мое внимание от очаровательных фотографий. Он вышел из своей спальни и кивнул в сторону галереи. — Мой отец подарил мне мой первый комплект формы «Холчестера», и я был так взволнован, что сразу же её надел. В итоге мы играли в футбол весь остаток дня, к большому раздражению моей матери.
Тепло обдало мою шею и уши.
— Извини. Я не хотела быть назойливой.
— Все в порядке. Если бы я не хотел, чтобы люди увидели фотографии, я бы не разместил их здесь. — Ашер пожал плечами. Он, должно быть, принял душ, пока я принимала ванну. Его волосы были влажными, и он сменил свою спортивную одежду на серую футболку и шорты.
— Они милые. Я полагаю, твой отец большой поклонник «Холчестера»?
— Очень большой, — подтвердил он. — Я вырос в «Холчестере», и он водил меня на каждый домашний матч, когда я был ребенком. И на некоторые выездные матчи тоже. Когда я подписал с ними контракт, он был на седьмом небе от счастья. Даже простил мне мое пребывание в «Манчестер Юнайтед» до этого.
— А «Блэккасл»? Что он об этом думает? — спросила я. Болельщики «Холчестера» не любили «Манчестер Юнайтед», но «Блэккасл» еще больше. Они были главными соперниками «Холчестера».
— Менее взволнован. — Тон Ашера граничил с деловым, но выражение его лица говорило о том, что в этой истории есть что-то еще.
Я проглотила свое любопытство. Если бы он хотел уточнить, он бы рассказал.
Вместо этого я перешла к другому вопросу, который терзал меня уже некоторое время.
— Почему ты перевелся? У тебя так хорошо получалось в «Холчестере».
— Двести пятьдесят миллионов фунтов – это большие деньги.
— Это так, но я не думаю, что это единственная причина.
— Почему нет?
— Ты не производишь на меня впечатления человека, который будет делать что-то исключительно ради зарплаты. — Несмотря на всю свою яркость и показную мишуру, Ашер испытывал искреннее, ощутимое почтение к спорту. Это проявлялось в его тренировках, интервью, коллекции памятных вещей с изображением других великих футболистов, а не только его самого.
Такие игроки не принимали важных решений, основываясь только на деньгах. К тому же, он уже был баснословно богат до перевода.
Легкая улыбка тронула его лицо.
— Дюбуа сказал что-то хорошее о моем персонаже? Кто-нибудь, проверьте температуру в аду.
— Я не мой брат. — Я была предвзята по отношению к Ашеру по причинам, не имевшим никакого отношения к Винсенту, но чем больше времени мы проводили вместе, тем сложнее было сохранять эту первоначальную враждебность.
— Нет. — Взгляд Ашера задержался на мне на долю секунды дольше обычного. — Ты определенно он.
  
Его слова мягко проплыли между нами. Моя кожа загудела, и я внезапно остро осознала тот факт, что мы были голыми в одном доме, его доме, меньше часа назад. Я в своей ванной, он в своем душе.
Это не должно было казаться таким интимным. Но это было так.
Рот Ашера приоткрылся. Ожидание рикошетом пронзило мою грудь, но прежде, чем он успел заговорить, дом сотрясло раскатом грома. Последовал несомненный звук проливного дождя, привлекший мое внимание к окну в конце коридора.
Я была так поглощена этим, чем бы это ни было, что не заметила, как прекрасный летний день сменился внезапным ливнем.
— Чёрт, — сказал Ашер. Момент исчез и мы постепенно возвращались в реальность. По крайней мере, это относилось ко мне; я понятия не имела, о чём он думал. — Нам нужно отвезти тебя домой, пока дождь не усилился. Я позвоню Эрлу и проверю твои вещи. Они должны быть готовы.
Я забыла, что на мне только халат.
Мои щеки пылали. Тем не менее, я последовала за ним в прачечную, где моя одежда все еще крутилась в сушилке.
— Осталось четыре минуты, — сообщил Ашер. Казалось, он избегал моего взгляда, хотя это могла быть моя паранойя. — Не так уж и долго. Мы вытащим тебя отсюда за н...
Из обоих наших телефонов раздался пронзительный сигнал.
Перебои, похоже, стали темой дня. Сначала хлопки, потом гром, теперь это.
Однако вскоре мое раздражение переросло в тревогу, когда я прочитала текст о чрезвычайной ситуации.
Предупреждение о внезапном наводнении действует в этом районе до 8:00 утра по британскому летнему времени. Это опасная и угрожающая жизни ситуация. Не пытайтесь путешествовать, если вы не бежите из района, подверженного наводнению, или не находитесь под приказом об эвакуации.
8:00 утра по британскому летнему времени. Это было завтра утром, а это значит...
Мы с Ашером подняли головы и в ужасе уставились друг на друга.
Это означало, что мне придется застрять здесь на ночь.
ГЛАВА 12
Это был кошмар.
Метеобюро предупредило о возможных сильных грозах сегодня, но утро и день были такими прекрасными, что я проигнорировал их опасения.
И вот теперь я внезапно оказался в ловушке с человеком, с которым я не хотел, или не должен был, проводить ночь.
Я взглянул на Скарлетт, которая наконец-то сменила халат на свежевысушенную одежду.
Слава Богу. Халат, мягко говоря, отвлекал, что раздражало, поскольку это был мой чертов гостевой халат.
Заметка для себя: купить больше халатов с полным покрытием тела на случай подобных будущих происшествий. Предпочтительно, чтобы они были длинными, с водолазкой и таким количеством слоев, чтобы вы не могли понять, человеческое это тело или бетонный блок под ним.
Определенно, ничего, что открывало бы бесконечные ноги танцовщицы или тень декольте. Ничего, что открывало бы и сантиметра гладкой кожи или соблазняло воображение.
— Абсолютно нет. Я отказываюсь, — сказала она, скрестив руки. — Все, что угодно, только не это.
Мой пульс подскочил, прежде чем я понял, что она говорит о моем выборе фильма, а не о предательских мыслях, которые она каким-то образом угадывала по моему лицу.
— Это фильм. Это не по-настоящему. — Я выдавил из себя дразнящую улыбку, чтобы скрыть облегчение в груди.
Прошло несколько часов с тех пор, как мы получили экстренное предупреждение о погоде, и шторм не подавал никаких признаков стихания. За неимением лучшего, чем заняться, мы расположились в кинотеатре с попкорном и договорились о поочередном выборе фильмов.
Скарлетт выбрала первый фильм, комедию-ограбление о сестрах из женского студенческого общества, которым пришлось украсть редкое бриллиантовое ожерелье после того, как они попались боссу мафии из Вегаса. Это было не в моем обычном вкусе, но я не жаловался, и фильм оказался довольно неплохим.