Царство Страха

Именно присутствие Серси, ее непристойное поведение, намек, что она делит секрет с моим мужем, наряду с ее насмешкой над Гневом сводили меня с ума от ярости. За боль, которую она ему причинила, я хотела ответить ей в десятикратном размере. Это было иррационально. Безапелляционно. Всепоглощающая потребность в чистой мести. Неожиданно я слишком хорошо поняла свою сестру. Я хотела, чтобы наши враги страдали. За каждый год, каждый месяц, день, час и секунду боли, которую они причиняли моим близким, я хотела отплатить тем же, пока они не будут молить о пощаде или смерти. И тогда я откажу им и в этом.
Пусть и извращенная, но это была сила любви. Она могла принести тепло и свет, а могла превратить огонек в бушующий ад, уничтожающий врагов. Эти две стороны делали любовь одним из самых опасных грехов.
Или, возможно, просто таков путь Дома Мести.
Факелы вокруг зала загорелись ярче, пламя бешено мерцало на призрачном ветру. Я окинула взглядом почти пустой двор, солдат в нарядах, среди которых были Анир и Фауна. В глазах каждого вспыхнуло уважение, а не страх. Возможно, сперва я немного напугала их, но они ожидали, что принцесса Дома Гнева будет внушать страх, как и их принц. И теперь я использовала эту силу против наших врагов… Я склонила голову в сторону подданных в благодарном жесте. После мое внимание вернулось к незваным гостям, все еще пресмыкающимся у наших ног.
Древняя ужасная сила в моем сердце зашевелилась. Первая Ведьма напряглась. Ее проклятие заперло ее, но удерживающая магия слабела. Рано или поздно заклинание-замок сломается. И тогда монстр вырвется на свободу. Серси это почувствовала. Наверняка.
Именно эта мысль, обещание однажды выпустить моего зверя на волю, успокоила меня. Тем не менее мне потребовался весь запас силы воли, чтобы не высвободить магию здесь и сейчас, не сжечь врагов у меня на глазах.
В воздухе вились струйки дыма, и до нас доносился едкий запах горящей кожи. Первая Ведьма вздрогнула, но не двинулась с места, чтобы потушить тлеющую юбку. Гнев провел пальцем по моей ладони, его ласка стала прохладным бальзамом для моей ярости. Я выдохнула медленно, тихо. И вернула свою магию к ее источнику. Я подождала мгновение, хотела удостовериться, что успокоилась. Одно неверное движение, и я превращусь в монстра, которым так боялась стать.
– Поднимитесь. – Теперь я тщательно контролировала выражение лица, как и свои чувства.
Гнев откинулся на троне, жестоко изогнув губы. Вот сидит довольный дьявол, наслаждающийся своей столь же злой королевой. Он холодно смотрел на вампира, не обращая внимания на ведьму, словно ее здесь и не было:
– Зачем пришли?
– Чтобы обсудить потенциальный союз между нами.
– Ваш принц выбрал странное время для этого. Он веками не обращал внимания на северные регионы.
– Ничего странного. Недавний визит богини Смерти и ее уникального компаньона демона-оборотня заставил моего принца задуматься о возможности иметь таких же необычных союзников. – К его чести, Блэйд выдержал пристальный взгляд моего мужа.
Я прищурилась. Помимо заявлений о желании сеять раздор и потенциально начать войну между сверхъестественными существами, Виттория что-то замышляла. Возможно, компаньон, о котором упоминал Блэйд, был просто Доменико, каким-то образом скрывший свою сущность, но в моей голове возникла другая версия, и я решила рискнуть.
– Демона-оборотня звали Веста?
– Нет. Марселла. – Отвечая, Блэйд не отводил глаз от Гнева. – Она родом с Изменчивых островов.
– Уверены, что она не отсюда? – уточнила я.
– Она больше ничего не говорила. И больше всего нас интересовала богиня.
Меня охватило подозрение, но у Блэйда явно не было другой информации о спутнице моей сестры. По крайней мере, он не собирался ей делиться, если мы откажемся от союза.
Учитывая кровь, оставшуюся на месте убийства, звучало логично, Веста была уникальной по происхождению. Возможно, именно поэтому Жадность возжелал ее. Я сразу об этом задумалась, когда была найдена кровь демона и оборотня. Новая информация заставила меня задаться вопросом, был ли интерес Весты к порталу на земле Гордыни как-то связан с потенциальной невозможностью для нее отправиться в Царство Теней. Если моя теория верна и Веста уникальна по происхождению, может, она не способна вернуться из-за своей демонической стороны. Очень похоже на новую волчицу, о которой упоминал Антонио.
 
Пока Блэйд и Гнев молча сражались, я более внимательно изучала вампира.
Сильные брови обрамляли его пронзительные малиновые глаза, ресницы были достаточно густыми, чтобы вызвать зависть у любого. Его волосы были слишком длинными, чтобы их можно было полностью приручить, и выглядели так, будто он небрежно расчесал их перед прибытием сюда. Полные губы изогнулись в полуухмылке, словно он только что вспомнил особенно забавную шутку, которой не удосужился поделиться.
Возможно, веселье было связано с хитрым блеском в его глазах, который намекал, что множество жертв попались на это хулиганское обаяние.
Его черный пиджак идеально облегал стройную фигуру, а вот белая льняная рубашка и такой же галстук выглядели неожиданно. Учитывая его аппетит к крови, стоило предположить, что он будет носить все черное. Темные брюки обтягивали мускулистые ноги и были модно заправлены в начищенные сапоги для верховой езды. Всем своим видом он словно говорил, что по собственной прихоти может стать либо вашим самым верным защитником, либо злейшим врагом.
Даже стоя выпрямившись под тяжестью пристального взгляда Гнева, он производил впечатление, что его пиджак вот-вот будет сброшен. Воротник и галстук, казалось, раздражали его, но не из-за того, что были неудобными или некрасивыми, а потому что вампир, похоже, не хотел притворяться. Он словно был готов отбросить все любезности и принять жестокость, скрытую под утонченностью. Или, может быть, его просто мучила жажда после поездки. Если это эмиссар, мне стало интересно, на что похожи менее дипломатичные вампиры.
Гнев не двигался, позволяя молчанию неловко растягиваться. Всем своим видом он представлял угрозу. В отличие от Блэйда мой муж не действовал по прихоти. Он отличался холодным расчетом и жестокой сноровкой. Стоило ему начать действовать, другие могли либо отступить, либо умереть. Если они разозлятся в процессе, тем лучше. Их эмоции питали его грех.
Мой принц, наконец, позволил своему вниманию ненадолго переместиться на ведьму, прежде чем он ответил на предыдущее заявление вампира.
– Ты решил, что привезти ее – лучший путь к миру?
– Я…
Демон-принц поднял руку. Судя по тому, как Блэйд оборвал свой ответ, можно было подумать, что Гнев поднял кинжал.
– Или просто рассчитывал таким образом отвлечь внимание?
Блэйд колебался меньше секунды, но этого было достаточно, чтобы заметить: Гнев застал его врасплох.
– Мы решили…
– Решил, что можешь прийти сюда, в мой Дом, под ложным предлогом мира, чтобы заполучить желаемое? – Гнев поднял голову. – Ты правда настолько неосмотрителен? Или в отчаянии? Ты знаешь, кто я. На что я способен. Так что, возможно, это высокомерие и глупость. – Мой муж встал, от его недовольства замерз воздух. Лед покрыл лестницу. – Посмел стоять здесь, лгать мне в лицо и поверил, что тебе это сойдет с рук.
Серси шагнула вперед, потянувшись за чем-то, что она спрятала в рукаве. Несомненно, оружие. Она зашипела, выдергивая лезвие.
– Ваша жена…
Гнев коротко глянул в ее сторону и резко заморозил ведьму, как сделал с напавшими на нас оборотнями.
Одно дело видеть замерзшего волка, и совсем другое – смотреть на человека, заключенного в толстую глыбу льда. Она застыла посреди крика, выражение лица искажено болью или яростью. К сожалению, она была жива – если верить рассказам Нонны, она была бессмертной, – но, по крайней мере, заморозив, ее на какое-то время укротили.
Я ничуть не жалела Серси. Ей не следовало угрожать мне. Особенно после того, как она прокляла Гнева и украла нас друг у друга.