Царство Страха

Я подумала о Нонне Марии, о секретах, которые она скрывала от нас. Истории, которые она сочиняла про злую Первую Ведьму и дьявольскую невесту. Бабушка сказала нам, что когда дело доходит до Проклятых, все всегда не так, как кажется. Но, возможно, истинный злодей все это время был гораздо ближе.
Даже мысль об этом заставила мой желудок сжаться. Предательство такого масштаба было непостижимым, хотя сейчас меня уже ничто не удивит. Люди, которых я безоговорочно любила, оказывались морально сомнительными, а существа, которых меня приучили ненавидеть, в конце концов оказались не такими уж ужасными. Мой мир рушился вокруг меня, с самого основания. Казалось, будто гигантская пропасть разверзлась и поглотила меня целиком.
Гнев погладил меня по руке.
– Я не могу… я больше ничего не помню. – Я снова взглянула на Гнева. – Верну ли я все свои воспоминания? Или прошлое навсегда останется туманным?
Вместо ответа Гнев вызвал из эфира одежду – бархатное платье, перчатки с пуговицами по бокам и дорожный плащ – и положил их на кровать. По краям были вышиты маленькие лозы и цветы. Розово-золотые и черные.
По-видимому, смесь его цветов и моих.
Вместо этого я заставила себя сосредоточиться на том, что привело нас сюда, и на новых последствиях неудачи.
– Герцог упомянул несколько интересных вещей о Весте. Ты что-нибудь из этого слышал?
– Большую часть, – признал Гнев. – Веста изначально не отсюда. Мой брат Жадность якобы хотел на ней жениться. И она была рассеянна в последнее время. Крови не чувствовала, но подробно расспрашивала о ней. Во всех стычках, которые она посещала, присутствовало любопытное количество крови оборотня. Все это, к сожалению, придворные сплетни без фактов. Хотя я особенно заинтригован кровью. Довольно необычно, что командующий армией не может отследить информацию, которую можно легко и эффективно почерпнуть из запаха места происшествия, но, вдобавок ко всему, частое появление волчьей крови вызывает недоумение.
– Если она была здесь несчастна, эти расспросы могли указывать на то, что она пыталась найти способ инсценировать собственное убийство. На ее месте, если бы я не могла получить ту же информацию, что и демон, я бы попыталась узнать как можно больше, чтобы создать правдоподобный обман. Возможно, те образцы крови оборотня, которые были раньше, были для практики. Может, она выясняла, сколько нужно крови, чтобы подавить чувства демона.
Моя сестра определенно доказала, что инсценировать убийство можно. Пока я не найду неопровержимых доказательств обратного, я буду подозревать, что Веста на самом деле жива. Мне пришла в голову новая мысль, но это была еще одна сложная загадка, и требовалось время, чтобы в ней разобраться.
– Что такое? – спросил Гнев.
– Местами все еще какая-то бессмыслица. Виттория решила заключить союз с Жадностью. Предполагалось, что он объединит свой двор и оборотней, но странно, что его командира «убили» при таких загадочных обстоятельствах. Особенно когда Виттория является экспертом в создании правдоподобной сцены смерти. Если Веста действительно так талантлива, как утверждал Жадность, мне трудно поверить, что ее легко победить. То, что никто из них не слышал о нападении, можно объяснить заклинанием, но – чисто теоретически, давай удалим из уравнения оборотней – у кого был доступ в ее личные апартаменты? Твой брат не упомянул, что за пределами ее комнаты были обнаружены какие-то следы. Ни царапин или взлома. А значит, она впустила кого-то знакомого. Он что-то недоговаривает. Расспросишь своего брата и послушаешь, что он скажет?
– Конечно. Но у нас может быть больше шансов узнать подробности от твоей сестры. Жадность вряд ли станет сотрудничать с конкурирующим Домом, даже если он обратится за нашей помощью. – Гнев натянул пару кожаных перчаток, скрывая наши новые брачные татуировки. – Когда оденешься, карета будет ждать снаружи. Встретимся там. Жена.
Несмотря на весь хаос и проблемы, мои губы тронула улыбка.
– Муж.
Это звучало правильно. Даже больше, чем правильно. Это было попадание не в бровь, а в глаз.
 
Принц демонов притянул меня к себе, целуя так яростно, что я растаяла в его объятиях, а затем ушел. Наша игра в обман еще не закончилась. Ему предстояло сыграть еще одну партию. Надеюсь, Жадность будет достаточно раздражен разрушением одного из своих игровых залов и не станет настаивать на моей подписи или появлении. Он хотел, чтобы я находилась как можно дальше от Гнева, чтобы снова не разозлить его брата и не разрушить остальную часть его замка. Вне сомнений, герцог уже успел ему все нашептать. Дворяне не любят, когда их выставляют идиотами.
Что заставило меня задуматься, может, это стало для кого-то мотивом убить Весту. На этом этапе я не исключала никакой возможности. Поведение Жадности было определенно более странным, чем обычно, и он продолжал сомневаться во мне.
Я взяла себя в руки, быстро оделась, вышла наружу, в мягко падающий снег, потянулась к дверце кареты, когда появился Гнев. Нечто столь большое, передвигающееся так бесшумно, вызывает страх, но мой муж был хищником, который только притворялся цивилизованным.
Гнев помог мне сесть в карету – черно-золотую красавицу без возницы, которую тащили четыре всадника апокалипсиса, любимые лошади-демоны Гнева, – и стукнул кулаком по крыше, сигнализируя красноглазым черным лошадям с металлическими зубами.
Он откинул бархатные занавески в сторону, глядя на проплывающий мимо пейзаж с хмурым видом. Слева от нас бурлила Черная река, волны с темными шапками кипели, как в котле.
Тревожное чувство пробежало по моему позвоночнику. Когда мы только прибыли, вода была намного спокойнее, и если бабушка Мария что-то и сообщила, так это искать признаки неприятностей.
Несомненно, назревали волнения.
Я подумала, не связано ли это с клятвой крови, которую только что подписали принцы. Возможно, Семь Кругов уже готовились к гибели моей сестры. И, несмотря на обещание Гнева, что мы найдем ее первыми, возможно, опасность уже стучалась к ней в дверь.
Гнев встретил мой пытливый взгляд и слегка покачал головой. Мы не уехали достаточно далеко от конкурирующего Дома, и Жадность, вероятно, разместил шпионов на краю безупречной заснеженной лужайки своего замка. Как и у любой магии, у заклинаний Гнева, которые он использовал, чтобы сохранить приватность наших комнат, были свои ограничения. Поскольку мы находились в движущейся карете, она, вероятно, была слишком сложной для магии. Я понимающе кивнула и обратила внимание на окно. Я отчаянно хотела спросить, получил ли он еще какую-нибудь информацию о Весте от Жадности, но мы скоро будем дома и сможем свободно обсудить все там. Моему жгучему любопытству придется подождать.
Мы сидели в напряженном молчании, пока карета катилась по длинной дороге, ведущей через небольшой приток. По моим ощущениям, прошел час, но, вероятно, только половина этого времени или даже меньше. В итоге мы, наконец, поднялись на крутой холм, который привел нас к мосту, соединяющему землю между Домом Гордыни и Домом Гнева.
На вершине холма Гнев насторожился. Я хотела знать, чувствует ли он Витторию или есть какие-то другие причины для беспокойства, но он бросил на меня еще один взгляд, указывающий на то, что говорить еще небезопасно. Я попыталась вспомнить, что еще может нам угрожать, но ничего не пришло в голову. Он снял перчатки и вынул кинжал Дома, вдавив его кончик в ладонь с такой силой, что с лезвия скатилась капля крови. Как металлические, так и украшенные драгоценными камнями глаза светились, словно довольные его подношением. Его порез зажил за считаные секунды. Прекрасная привилегия бессмертия. Я задавалась вопросом: раз я была богиней, как я могла быть смертной? Гнев, наконец, нарушил тишину.
– Если кто-нибудь приблизится к карете и по какой-то причине что-то пойдет не так, активируй свой плащ и беги к нашей крепости. Анир возьмет на себя командование армией, пока я буду их сдерживать.
– Активировать плащ? Он волшебный?