Богоборцы 4 (СИ)

Я рывком повернулся туда, куда указал Адриан, и действительно, из-за кулис появилась Настя, бросившая на меня немного испуганный взгляд и по большой дугенаправившаясяк максимально далёкому от моего месту. Пусть даже расстояние это было чисто символическим, однако поведение девушки многое сказало зрителям, выставляя меня монстром. Когда успел им стать, я не знал, мы виделись буквально пару недель назад. Да, я редко к ней заскакивал, но регулярно подкидывал деньжат и собирался устроить работать в клуб. 
— Добрый день, Настя, — тут же кинулся к ней Адриан. — Можно вас так называть?
— Да, конечно, — голос у девушки немного дрожал, выдавая волнение, это легко можно было принять за страх, но я чувствовал, что Настя не боится.
— Вы не захотели сесть рядом с Виктором, хотя до этого у вас были отношения, — теперь урод Эвмедов выглядел участливымиобеспокоенным. — Для этого есть причины?
— Он вас принуждал спать с ним? — тут же влезла желчная, как я вспомнил, то ли активистка, то ли правозащитница, короче, ведьма. — Говорите смело, я и наш фонд в состоянии защитить вас от любой угрозы.
— Нет, нет, Витя хороший, — тут же затараторила Настя, но сделала это таким тоном, да ещё бросила на меня короткий взгляд, что смысл тут же вывернулся в обратную сторону. — Он никогда меня и пальцем не трогал!
— Но он же платил вам за секс? — ведьма явно подводила всех к определённой мысли. 
— Конечно, нет, — возмутилась девушка, но тут же потупила глаза. — но делал дорогие подарки. Я к такому не привыкла, но и отказаться не могла. У меня маленький ребёнок, а с работы меня выгнали. Нужно было на что-то существовать.
— Расскажите, а почему вас уволили, — тут же влез Адриан. — Где вы работали?
— Я была секретарём в районном отделе опеки и попечительства, — принялась рассказывать Анастасия. — А уволили меня из-за того, что я в обход процедур разгласила информацию о некоторых наших подопечных.
— А кому именно вы её разгласили, — было понятно, к чему клонит Эвмедов, и я наблюдал за происходящим со злой ухмылкой, не в силах поверить, что Настя так легко меня сдала. 
— Виктору, — опустила глаза та. — Он вёл какое-то расследование, и ему понадобились данные некоторых сирот. Заведующая отделом запретила нам выдавать их без запроса из бюро, но Витя, он… 
— Понятно, — влезла ведьма, — задурил девушке голову, уговорил пойти на служебное нарушение, а потом бросил. И вообще, позвольте, зачем вам понадобились данные этих сирот? Господа, я не понимаю, как вообще такой человек может сидеть здесь, в уютной студии, а не в тюремной камере! 
— Вот именно! — тут же подключился Маслов. — Это что получается, у нас каждый может получить доступ к таким документам?! Я немедленно составлю депутатский запрос в прокуратуру для проверки этого, с позволения сказать, индивида! Ещё надо узнать, что он собирался делать с этими детьми!
— Я не думаю… — ведущий попытался было увести разговор в другое русло, но с меня было достаточно этого бреда. Дальше я уже не мог терпеть.
— Я спасал им жизнь, — я поднялся и направился к депутату, тут же поменявшемуся в лице. — Слышишь, урод? Этих детей та самая начальница отдала нечисти, прикидывавшейсялюдьми. И ни одна тварь никаких запросов не подавала. А сейчас ты сидишь тут, с лоснящейся рожей, несёшь херню и пытаешься выставить меня кем? Педофилом? Дети — это святое! У меня брат и сестра малые, и я порву любого, кто прикоснётся не только к ним, а вообще к любому ребёнку у меня на глазах. И ты, мразь, смеешь тут на что-то намекать? 
— Давайте успокоимся, — запричитал Адриан, впрочем, не приближаясь ко мне. — Никто ни на что не намекает. Виктор действительно разоблачил целую сеть, которая отдавала детей на воспитание потусторонним существам.
— Но ты этого сразу не сказал для создания нужного эффекта, — я посмотрел в глаза ведущему и усмехнулся, отчего тот вдруг резко побледнел и зашатался, будто его ноги больше не держали. — Потому что шоу должно продолжаться, или кто-то заказал облить меня помоями?
 
— У-у нас в-всё честно, — Эвмедов вдруг стал заикаться. 
— Да завались ты уже, достал звездеть, — я плюнул на пол и направился к выходу.
— В-вы куда? — голос Адрияна вдруг дал петуха. — Э-эфир ещё идёт.
— Достаточно с меня этого фарса, — я даже не остановился. — Дальшебез меня.
Я не хотел сюда идти, и чуйка меня не подвела. Никто не собирался исправлять имидж, наоборот, меня всеми силами пытались замазать говном. И, с одной стороны, плевать, важные мне люди знают правду, а на остальных, да и на общественное мнение, мне плевать. Однако кто-то заказал это, собрал информацию, и я даже догадывался кто. Но даже с ним я бы разобрался, но вот предательство Насти зацепило меня глубже, чем хотелось. И да, это было именно предательство. Да, она не врала, но интонация, поведение и прочие нюансы, вроде как косвенные, построили однозначную картину. И без её самого живого участия в процессе это было абсолютно невозможно. 
— Вить, я… — за кулисами менявстретила бледная Юлия, сжимавшая в руке смартфон. — Я не знала… я думала…
— Неважно, — отмахнулся я, снимая микрофон, причём аккуратно, потому как отвечать за него техникам, а они, пусть и из команды мудака-ведущего, ни в чём не виноваты. — Всё уже неважно. Только вот интересно, за сколько она меня продала.
— Квартира в Подмосковье и работа, — поникшим голосом сообщила Обрескова. — Мы перекинулись парой слов, пока она ждала своеговыхода.
— Дай угадаю, кто ей заплатил, — я криво усмехнулся. — Или это моя паранойя.
— Извини, — Юлия опустила глаза. — Только что пришло сообщение, Гончаров задержал бокора, поднявшего Заельцовское кладбище.
— Этого следовало ожидать, — я вдруг почувствовал себя опустошённым. — Кому-то слава и почёт, а кому-то пинком под жопу. Такова селяви, как говорят у них.
— Вить, мы всё исправим… — вскинулась было девушка, но я её остановил. 
— Не хочу сейчас ни о чём разговаривать. — я вытащил из кармана ключи, взвесил их в руке и вдруг принял решение. — Возьмёшь такси? Мне надо побыть одному.
— Конечно, — тут же согласилась Юлия. — Только, Вить…
— Не бойся, бить никого не буду, — я усмехнулся и направился к выходу. — Может быть…
  
Глава 15
 
— Повтори! — я толкнул пустой стакан к бармену, и тот послушно наполнил его бурбоном. 
Не то чтобы я любил кукурузный виски, да и вообще заграничный алкоголь, просто сейчас практически не чувствовал вкуса, так что мне было всё равно. Лишь бы вставляло, а с этим у меня были проблемы. После алхимии организм слишком хорошо сопротивлялся опьянению, а наследие зверобога это ещё большеусугубило. Так что несмотря на то, что уже вылакал целую бутылку, ябыл трезв как стёклышко.
И нет, я не собирался заливать горе бухлом. Я достаточно насмотрелся на отца, чтобы чётко понимать, что утопить проблемы в алкоголе не выйдет. И, надравшись, приставать ко всем в надежде выговориться, тоже не планировал. Если уж на то пошло, мне проще с Юлией поговорить. Или с Ксенькой, сестра у меня хоть и выглядела строгой и вредной, но всегда была готова выслушать и помочь. И именно с ней я привык делиться самым сокровенным. 
Но сейчас мне не нужно было ни того, ни другого, а пил я, можно сказать, просто так. Чтобы перезагрузиться, отвлечься и быть готовым идти дальше. Всё равно сделать я ничего не мог, да и не собирался. Хотя вру, просто так я эту подставу не оставлю по любому. Но для этого нужно подготовиться, потому как мой враг куда опытнее в интригах и подлости. Сдаваться я не собирался, скорее наоборот, планировал выиграть войну, раз уж сражение осталось за ним.
— Бурбон? — мой вновьнаполненный стакан перехватила смуглая рука, прежде чем я его коснулся. — Сойдёт. Что от вас, северных варваров, ещё ожидать.
— Я видел глупых людей и наглых духов, — я медленно повернулся, одновременно запуская руку за спину и нащупывая рукоять костяного ножа, с которым никогдане расставался. — Но такого психа, как ты, никогда. У тебя никаких мыслей не появилось, когда ты явился сюда, Барон?