Богоборцы 4 (СИ)
— Одни называют его спасителем и собирают на памятник, а другие считают опасным чудовищем и требуют немедленно изолировать от общества. — Насцену выскочил ведущий, сияющий словно настольная лампа. — Кто он, герой или монстр, попробуем сегодня разобраться. Студия «Не могу молчать», Москва, я Адриан Эвмедов, мы начинаем, здравствуйте!
Зал по команде, вспыхнувшей на табло, разразился бурными аплодисментами, а я с трудом удержался, чтобы не врезать себе ладонью по лицу. Вот чувствовал же подставу, но поверил и даже не спросил названияпередачи, на которую идём. Хотя… судя по лицу Юлии, она сама была в шоке, даже несмотря на свою безэмоциональность. А это означало, что подстава имела гораздо больший размах, чем я мог представить.
— И для начала я хотел бы представить наших уважаемых экспертов, — тем временем надрывался ведущий. — Депутат государственной думы, автор нашумевшего законопроекта о запрете гей-пропаганды, Михаил Маслов!
Невысокий, пухлый мужик, часто мелькавший по телевизору, вальяжно помахал рукой в камеру. А я зыркнул на Юлию, что-то обдумывающую с закушенной губой.
— Валим? — я глазами указал на выход. — Охрану я раскидаю.
— Сдурел?! — Обрескова чуть не кинулась на меня с кулаками, но сдержалась. — Это приказ начальства! Идём до конца!
— Тише, — зашипел на нас так и оставшийся безымянным мужик с тоннелями. — Прямой эфир.
— Заткнись, — я обжёг его светом алых глаз, мужик почему-то сразу сдулся, и снова повернулся к девушке. — Ты уверена? Я иду на этот цирк только ради тебя.
— Да, — серьёзно кивнула Юлия. — Даже если это подстава, если мы уйдём сейчас, будет ещё хуже.
— Ок, позоримся до конца, — я пожал плечами.
— И последней у нас блогер, простите, блогерка, дизайнерка, певица и креативкоучерка Аиша! — пока мы общались, Эвмедов закончил представлять экспертов. — И мы встречаем героя сегодняшней передачи, командира боевой группы бюро по контролю антитеологической деятельности Виктора Орехова!
Я подмигнул Юлии и направился на сцену, подгоняемый шипением мужика с тоннелями. Зал послушно разразился бурными аплодисментами. Я тоже не стал изображать из себя буку, раз уж пришёл. Кивнул ведущему и гостям и раскованно плюхнулся на центральный диван. Камеры меня не смущали совершенно, как и взгляды почти сотни глаз.
— Добрый день, — Адриан понял, что рассыпаться в приветствиях я не собираюсь, и взял дело в свои руки. — Итак, Виктор, ты богоборец, причём стал им меньше года назад. Расскажешь, как было дело?
— В кафе, где я работал официантом, ввалился упырь, — пожав плечами, выдал я максимально короткую версию произошедшего. — Бежать было некуда, так что я ударил его вилкой для стейка.
— И убил, — удовлетворённо кивнул ведущий. — Однако специалисты утверждают, что это было излишним.
— В каком смысле? — я нахмурился, чуя подвох.
— Они утверждают, что своим вмешательством ты сорвал работу профессионалов, готовившихся изгнать духа и спасти одержимого человека, — захлопнул ловушку Эвмедов. — Тебе есть что сказать по этому поводу?
— Скажу, что это бред, — я зло усмехнулся.
— То есть вы утверждаете, что одержимого спасти было невозможно? — влез в разговор депутат. — Но это неправда! Статистика говорит, что в тридцати процентов случаев одержимости духа можно изгнать, сохранив жизнь носителю. Однако ты даже не стал об этом думать или пытаться сбежать, а просто убил человека!
— То есть вы готовы рискнуть жизнью десятков человек в робкой надежде спасти одного? — я презрительно скривился. — Или сейчас начнёте нести чушь про профессионалов, которые якобы обязательно духа бы изгнали? Из упыря, ага. Пока он разносит город.
— А, по-вашему, нужно убивать всех подряд?! — взвился депутат. — Вотвидите! Вот она, наша молодёжь! А всё это откуда идёт? Из интернета! Они сидят, тупят в экраны, смотрят всякую гадость или, того хуже, играют в такое, что волосы дыбом встают! Вот вы знаете, что есть такая игра «Дока-2»? И дети в неё играют. Так там жуть творится такая, что описать невозможно! Например, там можно кишки тянуть из живота, и ребёнок берёт и тянет. Десять минут, двадцать! И что вырастет из такого ребёнка? Вот он, результат, перед нами! Для него человека убить раз плюнуть!
— Что вы вообще несёте?! — я с большим трудом удержался, чтобы не хлопнуть себя ладонью по лицу. — Какая «Дока»? Какой интернет?! На меня кинулся монстр, я ткнул его вилкой. Всё! Думать там было некогда.
— Вот видите, думать они уже не могут! — эмоционально хлопнул по подлокотнику Маслов. — А что будет дальше?! Тогда он был необученным новичком, а сейчас слетит с катушек, и мы получим новый Колумбайн?
— Ой, да что вы с этим камбайном носитесь как с писаной трубой, — капризным голосом перебила его Аиша. — Сейчас вся молодёжь смотрит ролики в инете, это нармальна! Вот моя аудитория никогда не будет никого стрелять, потому что я несу только положительные эмоции, понимаете? Я в потоке и транслирую этот заряд своим подписчикам. И я уверена, это делают все блогеры. Никто не говорит типа, эй ты, бери ружьё. Мы вообще против оружия! Я даже организовывала акцию против армии, чтобы её распустили. Потому что если армий не будет, то и воевать будет некому!
— Да что вы вообще в состоянии сделать, кроме как нести всякую чушь?! — тут же вызверился на неё депутат. — Вот из-за таких, как вы, они, — он ткнул пальцем в меня, — потом убивают и калечат людей!
— Да с чего я должен это делать? — попытался возразить я, находясь в полном охренении от того, как дело повернулось, но меня никто не слушал, однако ведущий зацепился за мои слова и ловко повернул обсуждение в нужную ему сторону.
— Виктор, ты говоришь, что у тебя нет намерений причинять боль, — Адриан заглянул в планшет. — Но нам известно, что ты вместе с друзьями устроил бойню в клубе «Айсберг», в результате чего пострадало по меньшей мере двадцать человек. Причём у многих весьма серьёзные переломы и повреждения.
— А у вас там не сказано, что это были бандиты, занимающиеся убийствами, шантажом и торговлей наркотиками? — я всё отчётливей понимал, что меня откровенно топят, несмотря на заявления Обресковой. — И незадолго перед этим они убили целую семью из-за машины?
— Тогда почему ими не занялась полиция? — ехидным тоном задала вопрос желчного вида женщина, имя которой я прослушал, но пару раз видел по телевизору. — Мне кажется, что это не компетенция бюро, бороться с преступниками.
— Всё верно, — я кивнул, — и ими в итоге занимаются следственные органы. Я там оказался случайно. Хотел поговорить с директором клуба, а он с подельниками напал на меня. Так что это чистой воды самозащита.
— И поэтому ты выкупил потом этот клуб? — не преминул поддеть меня ведущий. — Или по какой-то другой причине?
— Была возможность, так почему бы и не купить, — я беззаботно пожал плечами, а сам тайком скрипнул зубами, уж слишком хорошо оказалисьинформированы телевизионщики. — Можно сказать, это моральная компенсация. Клуб приобретён на абсолютно законных основаниях, на что имеются все документы.
— Год назад ты работал официантом, а теперь приобретаешь клуб. И это не всё, у тебя ещё несколько заправок, дорогие машины, в том числе бронеавтомобиль, а также «Ламборгини-Урус», тюнингованная в известном ателье, — принялся перечислять Эвмедов. — А также буквально на днях ты приобрёл дом для родителей больше чем за двадцать миллионов. Я не буду спрашивать об источнике этих денег, но это выглядит так, будто внезапно свалившееся на тебя богатство вскружило тебе голову. Так ли это?
— А похоже, что это так? — я всё больше охреневалотвопросов, которые меньше всего подходили для исправления имиджа. — Я что, трачу их на бухло, баб и наркотики? Нет, просто пытаюсь организовать своё дело и быт семьи. Разве это незаконно?
— Конечно, нет, но ты сказал, что не тратил деньги на женщин. Однако у нас есть другая информация, — ведущий бросил на меня такой ехидный взгляд, что захотелось прямо здесь перед камерами разнести ему морду лица. — Итак встречайте, наша первая гостья! Анастасия Золотова!