Алиев. Его сладкий плен (СИ)

Думала ли я о нём или о том, что его сейчас нет рядом? Даже как выразиться, чтобы это не было бредом – не знаю как.
Я облокотилась на стойку, пытаясь взять себя в руки.
«Ну и дура ты, Маша, — мысленно ругала себя. — Это всё из-за того, что он так громко заявляет свои права. В следующий раз просто держись подальше».
Но образ его лица, уверенного и одновременно спокойного, всё равно всплывал в памяти.
  
Чтобы сбросить это странное ощущение, я начала вспоминать Андрея.
Вот где был настоящий кошмар.
Его голос, полный угроз, как он пытался схватить меня, а потом эти его глупые слова о любви.
Дурак. Любовь у него, видите ли, — подумала я. — Для него всё сводится к одному и тому же. Власть, постель, сила. Почему мужчины такие? Ну почему, а?
Я снова взяла тряпку и начала протирать стойку, хотя она уже блестела от чистоты. Что со мной, а?
— Маша, — раздался глубокий голос у меня за спиной.
Я вздрогнула, выронив тряпку, и резко обернулась.
Сердце стучало как сумасшедшее, а ладони мгновенно стали влажными.
Передо мной стоял не Дамир.
Это был его друг.
Тот самый, который был любовником нашей начальницы, Анастасии Сергеевны. Высокий, с широкой грудью, с ухмылкой.
— Ты что, оглохла? — спросил он с ленивой усмешкой, опираясь на стойку.
— Простите, не услышала, — пробормотала я, делая шаг назад.
Уйди. Что надо-то тебе?
— Конечно, не услышала, — продолжил он, глядя на меня так, будто я была интересным экспонатом в музее. — Ты ведь такая занятная.
Его взгляд был неприятным, и я не могла отвести глаз.
— Чем могу помочь? — спросила я, пытаясь сохранить спокойствие.
— Помочь? — он усмехнулся, наклоняясь чуть ближе. — С тобой надо не помогать, с тобой надо работать.
— Не понимаю, о чём вы, — отрезала я, но голос предательски дрогнул.
— Да ладно тебе, Маша, — он выпрямился и сложил руки на груди. — Ты ведь не глупая. Должна понимать, как устроен этот мир.
— Оставьте меня в покое, — выпалила я, чувствуя, как сердце забилось ещё сильнее.
— Спокойно, девочка, — он насмешливо улыбнулся, — ты слишком уж нервная, для той, кто ночует в доме у моего друга. Просто подумай: что ты хочешь от жизни? Так и будешь здесь бегать с тряпкой?
— Меня это устраивает, — резко ответила я, делая шаг в сторону, чтобы увеличить между нами дистанцию.
— Устраивает? — он прищурился, глядя на меня так, будто знал обо мне всё. — Алиев бы тебя быстро пристроил. Ты бы жила в тепле и достатке. Разве тебе это не нравится?
— Нет, не нравится, — сказала я твёрдо, хотя внутри всё дрожало.
— Врёшь, — протянул он, всё ещё ухмыляясь.
Я почувствовала, как по спине пробежал холод.
Его взгляд становился всё тяжелее, и я начала медленно отступать к двери.
— Чего боишься, девочка? — продолжил он. — Я тебя не обижу.
— Вы... — начала я, попятившись назад.
Шаги были тяжёлыми, уверенными.
Звук подходящего человека, который не собирался медлить.
Я замерла, затаив дыхание.
  
Глава 19
 
Маша 
— Ты что, застыла? — усмехнулся он, становясь прямо напротив меня.
Совсем близко. Совсем.
— Простите, я занята, — пробормотала я, не глядя на него.
— Ой, давай не начинай, — он прищурился, глядя на меня с какой-то насмешкой. — Ты ведь не такая.
— Какая? — спросила я, сделав шаг назад.
— Ломаться ты мастер, — его голос стал тише, но от этого только страшнее. — Но я тебя видел.
— Видели что? — я почувствовала, как сердце заколотилось быстрее.
Ему что Анастасии Сергеевны мало? Чего он ко мне как банный лист прилип?
— Ты у Алиева ночевала. Значит, под него легла.
— Это не так! — выкрикнула я, инстинктивно пятясь назад.
А назад больше некуда. Все. Тупик.
Что за ярлыки, которые мужчины так умело вешают?
— Да ну? — он нахмурился, его улыбка исчезла. — Раз под него легла, то и под меня ляжешь.
— Уберите руки! — закричала я, когда он внезапно схватил меня за плечо и прижал к стене.
Сильная хватка. Боль в лопатках.
— Тихо, девочка, — он склонился ближе, сверкнул бешеным блеском глаз, — Ты же понимаешь, что это неизбежно.
Его рука грубо скользнула вниз, вдоль моего бока, а потом остановилась на бедре.
Какой он противный! Какой противный! Ужас!
— Перестаньте! — закричала я, изо всех сил пытаясь вырваться.
Но он был сильнее.
Намного сильнее, черт возьми.
— Не вырывайся, — прорычал он, сжимая палцьами мое бедро.
И в этот момент дверь резко распахнулась.
Дамир.
Он появился в проёме как грозовая туча.
Его лицо было мрачным, а глаза полыхали яростью.
Черт. Черт. Или ура? Что кричать-то?
— Отъебись от неё, Ванёк, — Дамир выпрямил спину, поглядывая то на меня, то на своего друга.
Иван замер, но руку не убрал.
— Ты чего, Зверь? — попытался ухмыльнуться он, но вышло мягко говоря фальшиво.
— Я сказал, отпустил её, — повторил Дамир, шагнув вперёд.
Ружьё в его руках блеснуло в свете лампы, и я увидела, как Иван напрягся.
— Ты реально гонишь? — Иван попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой. — Из-за какой-то потаскухи?
— Потаскуха это ты. А зз-за этой девчонки я тебе бошку прострелю, — рявкнул Дамир, теперь уже направив ствол прямо в его спину.
— Дамир, ты чего? — Иван сделал шаг назад, поднимая руки. — Мы же свои.
— Съебался и не пизди, — прорычал Дамир, его голос теперь звучал так низко и угрожающе, что я сама бы побежала, будь на месте Ивана,— пацанам передай, кто к ней подойдет, со мной иметь дело будет.
Иван застыл на мгновение, а затем попятился, всё ещё держась на прицеле.
— Окей, окей, я ухожу, — пробормотал он, развернувшись и быстро выскользнув из двери.
Когда он исчез, Дамир медленно опустил ружьё и уставился на меня.
— Ты в порядке?
Я кивнула, но слова застряли в горле.
У меня еще дрожь и эти ощущения противные его прикосновений. Этого козла.
— Ещё раз увижу его рядом с тобой — накажу гада, а ты не гони, Белка.
Он подошёл ближе, его глаза сузились, когда он увидел, что я дрожу.
— Ты что, испугалась? — спросил он, его тон стал чуть мягче, но я всё ещё чувствовала угрозу.
— Спасибо, — прошептала я, чувствуя, как колени подгибаются.
Не сползти бы по стене сейчас. Было бы прекрасно.
— Спасибо? — он ухмыльнулся, и в его взгляде мелькнула насмешка. — За спасение ты мне должна хотя бы поцелуй.
— Что?! — я подняла на него глаза, потрясённая.
— Шучу, — проговорил он, хотя уголки губ всё равно изогнулись в ухмылке, — Или не совсем.
Он сделал шаг назад, убрав ружьё за спину.
— Белка, моя новая миссия, видимо, теперь тебя спасать, — бросил он через плечо.
С этими словами он вышел, оставив меня стоять у стены, не в силах сдвинуться.
Комната опустела, но его голос всё ещё звенел в ушах.
И что это все значит?
Просто так ушел? Даже... Не потребовав поцелуя?
Я его не узнаю.
  
Глава 20
 
Маша 
После того, как Дамир вышел, оставив меня стоять у стены, я всё ещё не могла прийти в себя. Как же меня это бесит-то. Козлючки все вонючки!
Его слова, его тон — они будто застряли в голове.
«За спасение ты должна хотя бы поцелуй».
Он, конечно, ушёл, но это ощущение, что он чего-то ждёт от меня, никуда не делось.
Я облизала пересохшие губы, стараясь успокоиться.
Всё, он ушёл.
Всё хорошо.
Но внутри всё ещё что-то дрожало.
Сильно.
И вдруг дверь снова открылась.
Ой боже мой. Вспомнишь солнце...
— Я вернулся, Белка, — произнёс он, шагнув внутрь, — И, знаешь, нет, я не шучу.
Моё сердце замерло.
  
— Вы серьёзно? — пробормотала я, прижимаясь к стене.
— А ты как думаешь? — он медленно подошёл ближе. Навис надо мной такой большой, подобно скале и я уловила запах его резкого одекалона.