Г.Р.О.М. 3 (СИ)

А у стойки появились два человека. Веселовский и его охранник, которого я видел во время разборки у кафе, уже стояли рядом с Костей Левитаном и о чём-то с ним говорили. Смотрели при этом на меня.
Ну что я могу сказать…
Веселовский ещё не понял, что влип.
— Погнали, — я подвинул несколько фишек вперёд.
  
Глава 19
 
В клубе может случиться всякое, но к любому исходу мы должны быть готовы. И даже то, что за столом с нами сидит один из самых опасных и влиятельных бандитов города, ничего не меняет.
  
Он скоро уйдёт, и мы останемся с Веселовским наедине. Веселок какое-то время будет доверять крупье, так что подвох учует не сразу. А к тому времени, когда поймёт, куда попал, мы должны крепко его взять всеми способами, чтобы ему потом не могли помочь ни банк, ни его охрана, ни любая группировка города.
Но для этого ему нужно крепко проиграться, а дальше для него посыпется всё.
— Ну чё, пацаны? — Атаман оглядел нас, щуря глаза и чуть приподняв подбородок.
Он в затемнённых очках, у которых верхняя половина совсем тёмная, а нижняя — прозрачная. Вот для того, чтобы нас видеть, он и поднимал башку. Но меня не узнавал, всё его внимание уходило на Дениса.
— Ну так чё, пацаны, в картишки решили? — Атаман усмехнулся. — Ну чё, давайте тогда. Раздавай, Татарин, лысая башка. А ты, значит, сын того самого Александрова?
— Угу, — Денис закивал.
— А батя твой не играет? — спросил банкир Колесников, с подозрением глядя то на него, то на меня.
— Ну, редко. На большие суммы только.
— А мы тут чё, на сигареты что ли играем? — Атаман скривился и бахнул кулаком по столу. — Здесь такие бабки крутятся, ты в своей Москве таких не видел. Тогда Мага продул здесь пол-лимона зелени за одну ночь! В натуре!
Он начал что-то рассказывать, размахивая рукой, уже порядком пьяный. Впрочем, мы тоже делали вид, что пьяны. А Татарин выдал нам всем по две карты. Покер, сейчас ставки, или как это называется, затем он выложит три карты на стол, потом ещё два раза по одной.
Денис вопросительно уставился на меня, мол, всё хорошо? Я ему говорил, что в покере я не силён, поэтому играю как придётся. Да и мне не требуется хорошего умения, наоборот даже, чем хуже — тем убедительнее. Играю роль внезапно разбогатевшего дельца.
Вместо умения играть от меня требуется другое — контролировать обстановку. Я украдкой смотрел, что происходит за стойкой. Но команда, которую я подбирал, могла действовать и самостоятельно.
* * *
— Пацаны, ништяк тут, собралась компашка, в натуре! — пьяный депутат Жалсапов, высокий бурят в белом костюме, в очередной раз поздоровался с каждым за руку, даже с барменом.
Он хоть и перепил, но стоял на ногах твёрдо, много смеялся и шутил. А вот его спутник, ректор Якимов, чувствовал себя не очень хорошо. Лицо покраснело, дышать ему стало тяжело. Он сидел на высоком барном стуле и пыхтел, уже перестав лапать девушек.
— Зря я пил, — он с трудом достал из кармана упаковку «капотена».
— Д-давление? — с участием спросил Костя Левитан.
— Бывает, — прохрипел Якимов и поднял пьяный взгляд на парня. — А у тебя чё, есть вышка, нет? Ты это, заходи завтра, я тебя устрою куда-нибудь осенью. На красный диплом тебя выведу.
— За-замётано, — отозвался Левитан с усмешкой.
Кажется, ректор университета спутал его с кем-то.
Теперь работа. Костя нарочито тяжко выдохнул и снова повернулся к сидящему рядом с ним седому человеку.
— Досталось вам тогда, — всё давил Веселовский, вцепившись в него, как клещ. — Я же про вас узнавал, господин Лёвушкин. Служба в спецназе, медаль за отвагу, и даже к ордену представляли, да потерялась где-то награда герою. И боевые не платят.
Веселовский сидел, а рядом с ним стоял плечистый мужик с бритой наголо макушкой и с пышной чёрной бородой, в которой была видна седина. Это один из тех, кто был тогда в заброшенном кафе во время разборки, похоже — кавказец. А дальше сидел ещё один, кто-то из людей Шаха, с кем Веселовский должен был здесь встретиться. Ждал в нетерпении, ему не нравилось, что седой приезжий переключился на другого.
Костя глянул на стол, где шла игра, и подумал, как этой ситуацией воспользовался бы Лёха Коршунов. Тот бы обязательно как-нибудь схитрил. Но раз он сам поставил сюда самого Костю, значит, уверен, что он и сам справится.
— Они в Миноб-б-бороны записали, что я… что я… — Левитан сглотнул, — что я сд-дох, и н-не-не п-платят. Разбираться н-надо, н-но это д-д-долго.
Он заикался сильнее, чем обычно, но это специально, чтобы немного расслабить, показать слабость. А хитрый КГБшник внимательно изучал его взглядом.
— Не ценят, — Веселовский покачал головой. — А в ЧОПе кем тебя взяли? Простым техником? А на деле — чемоданы за шефом таскать?
— А к-куда ещё-то идти? — Костя постучал по правой линзе тёмных очков, которые носил на себе. — С т-таким н-никуда н-не возьмут. Инвалидность б-была, платили к-копейки к-какие-то, но п-перестали. Надо снова на к-комиссию идти, п-п-показывать, г-глаз не вырос н-новый, — он засмеялся, громче, чем нужно, и снова покосился на игорный стол.
Игра шла по плану — полный разгром и потеря денег. Но и Веселовский смотрел туда всё чаще, и взгляд его горел. Хотелось ему туда, показать, как надо играть.
— Зачем тебе это? — произнёс он. — Зачем тебе эти люди, которые не понимают, какие спецы пропадают впустую. Тебе другое нужно место, где тебя ценить будут. Не в твоей конторке точно.
— И к-куда?
— Давай обсудим, пока хозяину не до тебя. Они там играют? — безопасник посмотрел на стол. — Может, партеечку…
— Шеф, — с лёгким акцентом сказал охранник. — Ты же сам просил напоминать, если за стол потянет. Не надо.
— Точно. Но возраст это, что поделать, Ибрагим, забываю, — Веселовский усмехнулся. — Да и я давно уже не играю, сам знаешь. А вот что до тебя, Константин Евгеньевич, я бы предложил тебе конкретику — место, где тебя будут оценивать по твоим талантам. Раз ты из спецназа…
— К-к себе зовёшь, — голос Кости стал злее. Он покосился на охранника. — С ним работать? Я с чехами работать н-не с-собираюсь!
— Ты где чеха увидел? — Ибрагим шагнул вперёд, сжимая кулаки. — У тебя чё, и второй глаз не видит нихрена…
— Вякнешь — я тебе т-твой глаз н-на жопу натяну, — Левитан начал вставать.
— Выйди! — резко приказал Веселовский охраннику, который резко покраснел от злости. — Тише, Константин Евгеньевич, у нас тут…
— Но я… — начал было охранник.
— Выйди, — уже спокойнее проговорил безопасник. — На улице покури, машину посторожи, я скоро вернусь.
Охранник неодобрительно покачал головой, а Костя порадовался про себя. Как удачно вышло и ненавязчиво: избавился от охранника, не ломая легенду. Пацаны заценят. А Веселовский повернулся к тому парню из людей Шаха и что-то прошептал. Тот нахмурился и вышел. Минус два.
— Слушай, он лезгин, а не чечен, — тихо проговорил Веселовский. — И не любит, когда его так называют. Да и у него много претензий к дудаевцам накопилось, на самом деле. Но с ним тебе работать не нужно, у него другой профиль. У тебя будут свои задачи, вот только решить надо сейчас.
Он начал описывать, какие блага несёт работа на банк и лично на него. И про деньги говорил много и часто. Надо только сделать кое-что, подыграть, никто ничего не поймёт.
— В Москву возьму, — предложил Веселовский. — Вот там ты развернёшься. И спецов, что речь восстановили, найдём.
Костя делал вид, что внимательно и заинтересованно слушал.
* * *
Вскрыли карты. У Атамана оказалось два туза, а банкира — два короля. Атаман, довольно посмеиваясь, пододвинул фишки к себе.
  
— Вот это я понимаю — подгон, — он засмеялся.
А вот коммерсант Сом, который пытался блефовать, но проиграл, начал торопливо собираться, когда ему пришло сообщение на пейджер.
— Да какая-то падла кирпич в автосалон кинула, — пояснил он, застёгивая пиджак. — Погнал смотреть. Если витрину разбили…