Г.Р.О.М. 3 (СИ)

Самое слабое место во всём плане — что Веселок вообще заявится в «Шанс» именно сегодня. Дело даже не в приглашении, он его легко выбьет через свои связи.
Надо, чтобы он приехал именно сегодня, решив, что легко сможет победить меня мимоходом, и чтобы заодно наехать на сына Александрова. Многое здесь завязано на харизме Иванова, сумеет ли он убедить старого коллегу. А Иванов — не в нашей команде, чтобы выкладываться на все сто.
  
Но полковник явно не любил Веселовского, и немалую роль в этом играет то, что старый КГБшник пытался влезть с головой в бизнес, где не только вывозят природные ресурсы только за границу, но и собирают «живой товар». А оттуда валом идёт наркота и оружие, и ничего с этим по закону он сделать не может. Не хватает ему возможностей. Поэтому уцепился за нас. Тем более, операция не силовая…
Начинаем. Телефоны заряжены, баланс пополнен, пейджеры при себе, как и маленькие рации, которые мы несли в барсетках. Я и Денис, как основные игроки, следом — Костя Левитан в тёмных очках и с чемоданом, полным фальшивых денег. Костя — трезвый и грустный.
Явились мы в полночь, приехали к гостинице на моём Крузаке, якобы поддатые и весёлые, готовые к игре. Выглядим как пьяные, и сивухой от нас несёт, но мы не пили, а воспользовались проверенным недавно способом — несли при себе вещи, смоченные палёной водкой из чекушки.
Прошли через зал ресторана, не останавливаясь, дальше мимо туалета и в пыльную подсобку, заставленную коробками. Персонал, который попадался на пути, нас упорно не замечал.
В подсобке перед нами вырос здоровенный охранник с причёской полубоксом, в костюме и со скрученным проводом, торчавшим из уха.
— Здесь частная территория, — пробасил он. — сюда хода нет.
Мы показали ему карточки золотого цвета с нашими фамилиями. Охранник проверил каждую внимательно, ещё и покрутил под лампой, проверяя, всё ли отражается нужным образом.
— Добро пожаловать, — здоровяк широко улыбнулся. — Вам на самый верх!
Он показал на неприметную дверь в стене и сам её открыл. За ней была другая — полностью железная. Охранник распахнул её с лязгом. Там маленький служебный лифт всего с двумя кнопками — наверх и вниз. Едва поместились втроём.
— Помнишь, что говорить надо? — тихо спросил я.
— К-конечно, — отозвался Костя. — Всё запомнил.
— Обязательно подойдёт к тебе, братка, это сто пудов. А дальше от тебя зависит — поверит нам или нет.
Вообще, даже если Веселовский к нему не подойдёт, всё равно нужно предусмотреть разные варианты. Вплоть до стрельбы, если потребуется, но этот вариант — самый нежелательный. В любом случае врага нужно нейтрализовать.
Лифт качнуло, когда он доехал до самого верха. Створки со скрипом открылись, перед нами оказался ещё один коридор с пыльным красным ковром и ободранными обоями, тоже красными.
Вдоль стены стояли швабры, вёдра, рулоны свёрнутого линолеума, складные стулья и ковры, закупленные будто ещё в пятидесятых. В конце коридора — обитая красным дерматином дверь с большим глазком. При нашем приближении она открылась.
И дальше всё преобразилось. Мы вошли в основной зал игорного клуба.
Помещение большое, но полупустое. Играла тихая джазовая музыка, но колонок я не видел, пахло сигарами. Это чердак, бывшая мансарда. Потолки низкие, под углом, но всё обставлено нужным образом.
Освещение приглушённое, свет в основном идёт над каждым игорным столом, стены, обитые красным бархатом с золотистым узором по углам — в полумраке. В паре мест висят картины, есть массивные зеркала с тяжёлыми позолоченными рамами.
На полу лежал светло-коричневый ковёр с настолько густым ворсом, шагов почти не слышно. Столы — массивные, с зелёным сукном, очень чистые. Всего три стола: один покерный, один — для игры в «двадцать одно», ещё один — для костей, с расчерченным полем, но за ним никто не сидел. Рулеток и игровых автоматов нет.
У каждого стола — кожаные кресла, глубокие, но в которых не уснёшь. В углу — барная стойка из тёмного дерева. Ассортимент там маленький, но очень дорогой: коньяки, водка в хрустальных графинах, шампанское. Но гости туда не подходили, им всё приносил бармен или работающие в зале девушки.
За столом для покера сидел Татарин, который при виде нас сделал такой вид, будто хотел грохнуться в обморок. Но никуда ему не деться, придётся работать. Инструктаж мы ему проводили вечером, но я ещё повторю, если потребуется.
Несколько гостей играло в покер, остальные посетители стояли у барной стойки. Пили там коньяк, опрокидывая в себя, как водку. Рядом с ними рядом стояли симпатичные девушки в достаточно откровенных нарядах, но другого плана.
— Чё-нибудь сгоноши пожрать, — бросил один из гостей в сторону стойки и пристально посмотрел на крупье. — Вот Татарин же. Жизнь висит на нитке, а думает о прибытке. Кто такие карты сдаёт?
— Ха-ха! — неискренне отозвался Татарин, над которым сегодня так шутили ещё днём.
— Кто такие карты сдаёт? — возмутился игрок.
— Денис Ильич, господа, прошу, — Татарин пропустил это мимо ушей и показал нам на свободные кресла. — Ещё есть места.
Вот и гости. Сначала придётся продуть какую-то сумму настоящими деньгами, чтобы игроки не заподозрили ничего. Затем понемногу вывезти их из игры, но всё должно выглядеть естественно, чтобы никто не помешал и поднял тревогу.
За столом сидело трое игроков: Атаман, глава одноимённой банды, как мы и предполагали, всё же явился, рядом — высокий и сухой Сомов, Сом, владелец автосалона на улице Ленина, и ещё один мужик, жирный, и похожий на чиновника.
— Кто он? — спросил я у Дениса.
— Колесников, — шёпотом отозвался тот. — Банк держит, но от банка — одно название.
— Обнал?
— Именно.
Ну, в 90-е обналичка — бизнес серьёзный, вот банкир и сидел здесь.
За стойкой также стояло ещё два знакомых мне по первой жизни человека. Один — высокий бурят в белом костюме — уже пьяный. Это депутат местного Законодательного собрания Жалсапов. Седой мужик рядом с ним, красный как помидор, будто у него скакнуло давление — ректор Бекетовского Педагогического университета Якимов.
Несмотря на красную рожу, он лапал зад симпатичной девушки, стоящей рядом. Не удивлюсь, если это студентка, которая пытается ещё и сдать сессию помимо работы.
Но эти двое уже слишком пьяны и не играют, так что мешать не будут.
Ещё в зале сидел молодой кавказец, волком смотрящий на всех вокруг. Возможно, это кто-то из команды Джабраилова. Может, подручный Шаха? Ведь Шаху прострелили ногу, и он не может ходить, а встретиться с Веселовским ему нужно, Иванов предупредил об этом.
Я подтолкнул вперёд Дениса, чтобы занимал место и знакомился. На первый взгляд наш Хирург — главный гость, он же сын Александрова. А Косте я показал на барную стойку, мол, жди там, где стояли другие охранники.
Раз уже Костя будет там, то Веселок сразу подумает, что я на него зол, раз не пустил за стол.
Сам же я пошёл в туалет, вполне себе обычный, не имеющий ничего общего с роскошью игрового зала, включил воду, смысл бачок и набрал Ярика через мобилу.
Слышал его хорошо, он где-то рядом с сотовой вышкой, готов действовать вместе с Абхазом.
— Атамана надо минут через двадцать-тридцать как-то угнать, — тихо сказал я. — А то если ему про меня скажут, вопросы лишние будут.
— Сделаем, — спокойно отозвался он. — Звякну ему с таксофона, как пробка оттуда вылетит.
Это сделаем, найдём способ выманить. Сома тоже выманить легко — любая новость, что с его автосалоном что-то случилось, и он помчится туда бегом.
А насчёт Колесникова Ярик сказал, что подумает. И заодно обрадовал меня новостью:
  
— Сам видел, в натуре! Гаишники «Паджерик» с Дядей Ваней остановили, мол, докопались, внутрь лезли. Он даже пальцы гнуть не стал, там ОМОН был. Уехал домой. Хотя сюда намылился.
— Нам же лучше. Ладно, работаем дальше.
С этим подсуетился Иванов, но аккуратно, будто и не при делах.
А я вернулся в зал и сразу сел за стол рядом с Денисом. Остальные игравшие посмотрели на меня с удивлением, но Татарин, совмещавший работу крупье и администратора, тут же выдал мне фишки, пять стопок зелёных, увесистых, будто внутри каждой был металлический сердечник. Здесь пять тысяч баксов, которые надо проиграть, а потом ещё целый чемодан фальшивых денег. Но весь проигрыш сегодня отыграем.