Г.Р.О.М. 3 (СИ)

— Ну, само собой, — я кивнул. — Только другие братки стрелки забивать будут, — я усмехнулся.
— Я и буду на них ездить, в натуре. Я кому угодно что угодно обосную. Скажу, мол, пацаны, всё, кончилось кино, нам платят за охрану. А кто против, — он приподнял указательный палец, будто стрелял.
— Осторожнее надо. Особенно сейчас.
— Само собой. Но мы подойдём, всё разрулим, потом Чернов контракты заключит, посадим людей на точку. Пацанов в конторе уже много, займутся, а с этих контрактов — процент нам будет уходить, пусть часть наликом платят, чисто для нашего дела. Не всё же… — он обернулся и посмотрел на спящего дядю Юру, — не всё же общаки чужие потрошить, там бабки кончатся рано или поздно. А нам доход нужен постоянный.
  
— Сечёшь. Пробей почву пока, а я с ментами обговорю другие вопросы. Валера выпишется из больницы — подключай тоже к вопросу.
Этим самым мы заявим о себе. Это наглость, о нас будут знать, но знать будут только как контору, ЧОП, связанный с ментами и чекистами — то, что братва знает, что ей понятно, что не пугает её своей неизвестностью и неотвратимостью. А о секретной группе они знать не будут, просто не увидят за этой вывеской. Хочешь что-то спрятать — положи на видное место.
Эту деятельность, антикрышу, я давно планировал именно для того, чтобы было чем заняться брату, и сейчас удачное время начать этим заниматься. Это же всё же частная охрана с нужными связями, на неё так просто не наедешь, а кто осмелится — всегда может подойти наша основная группа и решить вопрос нужным образом, особенно если наехавший — тот, по кому пуля плачет.
Короче, я так и остаюсь мозгом для планирования основных операций, но если надо расширять дело, какие-то моменты я смогу перекидывать на остальных, вот как сейчас, это задача как раз для Коршуна, который всю эту бандитскую кухню знает лучше других. Будут задачи для каждого участника группы, помимо силовых решений…
Джип остановился недалеко от берега реки, дядя Юра начал выдавать распоряжения Ярику, а тот послушно их выполнял. В первую очередь — костёр, чтобы вскипятить чайник и поесть, а рыбалка — попозже. На природе, как говорил дядя Юра, аппетит всегда хороший.
Сегодня накрапывал дождь, и в целом было прохладно, поэтому людей очень мало. Но чуть выше по реке будет больше рыбаков, а будь погода теплее, здесь было бы много любителей покупаться или поесть шашлыки. Но кто-то жарил, нос запах мяса учуял. Нет, это не шашлык, кто-то разогрел тушёнку.
Но я прошёл дальше, где меня должны были ждать, туда, где стояли коричневые «Жигули» пятой модели. Двери открыты, на капоте расстелена скатерть, стояла бутылка. Сами рыбаки сидели в кустах, один на корточках, второй — на складном стульчике.
— Любишь рыбку, значит, — проговорил я, подходя к ним.
— Вообще не люблю, — признался Некрасов, поправляя мягкую китайскую шляпу камуфляжной расцветки. — Но отдохнуть иногда надо, и кошака есть чем кормить, он рыбу уважает. Да и тихо здесь, можно перетереть без проблем что угодно. Вот, кстати, познакомься, Коршунов.
Его соседа, чернявого усатого мужика лет тридцати пяти в китайской жилетке с карманами, я знал по первой жизни, но приятелями мы с ним не были, хотя пару раз выпивали. Это Евгений Шабуров, капитан бекетовского СОБР. Это его парни вчера помогли раскидать тех двоих, кто пришёл наезжать на Валерку.
— Женя, — представился он. Голос у него низкий, серьёзный. Банка с тушёнкой, которую он ел, в его ручищах казалась очень маленькой.
— Лёха, — я пожал ему руку. — И как клюёт?
— Да нихрена не клюёт, — Шабуров слегка пнул ободранный бидон с водой, в котором кверху брюхом плавал одинокий сомик. — Место хреновое.
— Место нормальное, это вы рыбачить не умеете, — я усмехнулся. — Ща покажу как надо. Старинная семейная хитрость, но сначала надо червячка правильного выбрать.
— И как? — Некрасов тут же наклонился ближе.
— Окстись, начальник. Тебе точно не скажу. Ща.
Я сходил за удочкой, заметил, как оба мента косятся на Ярика, а он на них, но невозмутимо готовился порыбачить, а на деле — прикрывать меня и слушать, что может понадобиться ментам, ну и пусть привыкает к ним уже. А дядя Юра на расслабоне, приехал отдыхать.
Забрал удочку из машины, взял накопанных дядей червей, огляделся — с той стороны реки тоже сидели два рыбака, насупившихся, как воробьи под дождём. Похожи друг на друга, как братья, даже удочки держали одинаково. Дождевики тоже одинаковые. Хорошие, кстати, надо купить такие.
Вернулся на место, захватив с собой бидончик и бутерброды с колбасой и сыром. Пожуём, а Некрасов расскажет, для чего свёл меня с собровцем. Хотя понятно для чего: Шабуров — мужик принципиальный, а Магу хочет упечь на зону по личным причинам — его люди когда-то застрелили двоих парней из СОБР.
— Вот, Жека, смотри, — сказал Некрасов, взяв один бутерброд, когда я его угостил, — вроде и обычный охранник в конторе Чернова, а копнёшь глубже, окажется, что вот этот вот человек — человек с информацией. Много знает о бандитах, близок к нашим смежникам-соседям, — он имел в виду ФСБ, — дружно живёт с Ивановым, хотя Иванов — самый вредный тип в этом городе.
— А ты в зеркало когда в последний раз смотрелся? — я усмехнулся. — Вот кто самый вредный тип в городе.
Некрасов заржал, а Шабуров мрачно посмотрел на нас.
— Короче, — полковник РУБОП просмеялся и вытер глаз, — информации много, но непонятно, как он ей пользуется и с какими целями, а сам не колется.
— А я и не скрываю, — спокойно сказал я. — Вот с братом только что обсуждали дальнейшие планы. Агентство-антикрыша, я же говорил. Пока братва воюет между собой, мы спокойно подходим к предпринимателям и предлагаем договоры на охрану. А братве уже не до того, чтобы с нами спорить. Сил им не хватает, у них войны друг с другом идут.
— Во как, — произнёс Шабуров.
Я забросил удочку и сел поудобнее прямо на кочку, вытянув ноги.
— Люди Маги вчера пришли к моему человеку, — сказал я, откусив от бутерброда. — Ну, парни из СОБР помогли, тем более, в палате ваш лежал. Но я так понимаю, Мага теперь на всех свидетелей давит?
— Пытается, — проговорил Некрасов и подал мне фляжку с чаем. — Сам он так в изоляторе и шлангует, связи у него со своими нет. А его бугры сидят, носа не кажут, снайпера боятся, но работу продолжают.
— И правильно делают, что боятся.
— Угу, — он с подозрением покосился на меня. — Вот только склад один подпалили, да и тачку владельцу казино, китайцу, ну и, говорят, кто-то ночью вскрывал контору банка «Константа Глобал плюс», — с намёков добавил полковник. — Но днём по улицам главари не ходят, только рядовые боевики.
Не, правда, хорошо, что боятся. Уже минимум одна группировка парализована от нашей деятельности, надо и остальных давить.
— Смотри, Иваныч, — продолжил я. — Мы с тобой договорились, я Чернова подключил, чтобы он людей выделил на охрану остальных свидетелей. Но мы сами сильно рискуем, ведь кавказцы начнут интересоваться, с чего это какой-то ЧОП в это вмешивается. В больнице вот вчера вмешались, а они это себе пометили.
— И чё предлагаешь?
— Прессовать их, чтобы им не до этого было, — твёрже сказал я, глядя на тот берег. — Жёстко, пока не поздно. Любыми способами. А заодно — как-то акцент сбить с нас на вас. Вы-то так не рискуете, как мы, в ментов стрелять нынче опасно. Пусть думают, что это всё менты или другие бандиты им мешают. Но говорю — давить их надо любыми способами.
— Не, я фигею, — Некрасов хмыкнул. — Любыми способами? Я так-то полковник РУБОП, если ты забыл. Любыми!
  
— Я это помню, что ты полкан. И понимаю, что ты меня сюда позвал не рыбачить, раз СОБР здесь. Значит, есть какие-то идеи, но для которых у вас двоих руки коротковаты. Поэтому вы ко мне пришли.
— Хе, видал? — Некрасов ткнул в плечо Шабурова. — А я говорил — палец ему в рот не клади.
— Мысль одна есть, — отозвался собровец. — Сегодня Иваныч придёт с бумагой к вашему Чернову, ну или просто наедет, раз он такой вредный хрен моржовый.