Не время для героев (СИ)

Не дождавшись дальнейших комментариев, профессор оставляет меня наедине с мыслями о древности Беренгара. Забрав свою книгу, он выходит из аудитории. Хм… Ясности не прибавляется, зато впечатлений — сразу на несколько порядков.
Неужели… Неужели маг из книги настолько древний?! Неудивительно, что он соскучился по общению с живыми людьми… Даже страшно представить, сколько у него знаний, если он жил ещё до Раскола…
Быть может, он поможет мне с выплесками?
А что, это идея! Если с зельем ничего не выгорит — я знаю, к кому обращусь за советом! Всё равно других вариантов нет…
* * *
Следующие четыре дня превратились для меня в одну смазанную полосу.
Во-первых, оказывается, что я погорячился, когда подумал, что научился “сливать” излишки тёмных проявлений, как сделал это в подземелье. Как бы я ни старался ощутить текущую внутри энергию — повторить сделанное не получалось, хоть я и тратил на это массу времени.
Чтобы не попасть в лапы Трибунала снова, пришлось вернуться к первоначальному плану с зельем. Благо — у меня имелся рецепт и нужные ингредиенты. Купив всё необходимое оборудование, пару дней я попрактиковался на самых простых эликсирах — укрепляющей настойке здоровья, слабительном и сонном зелье — а когда понял, что ухватил суть, начал трёхдневное изготовление того, что могло мне помочь.
Зелье готовилось в три этапа: приготовление четырёх смесей по отдельности, их настойка, смешивание. Рецепт был не особо сложным, главное, что требовалось — точность в дозировках и чёткое следование инструкции, к чему я отнёсся очень серьёзно.
Пока оно готовилось, в груди вновь поселилось уже знакомое давящее ощущение. Пока что слабое, но я, прекрасно помнил, что за ним следует, а потому был на взводе. Настолько, что, пока варилось зелье, пропустил несколько дней в академии, сказавшись больным.
Большей частью я проводил эти дни запершись в сыром подвале, от греха подальше, и велев Курту не беспокоить меня. Старик, к счастью, не имел ничего против и не лез с расспросами, привыкнув к моей необщительности и нелюдимости.
Ингредиентов ушла половина, и когда у меня в руках оказалась колба с мутновато-зелёной настойкой, я слегка нервничал. Знал, что с момента, как я её выпью, будет ровно две декады на накопление излишков энергии. Но всё же не был уверен, что зелье сработает как надо и избавит меня именно от тёмных проявлений. По-крайней мере, допускал мысль, что лишусь и светлой магии.
В том, что во мне есть и та, и другая сторона дара, я уже не сомневался. Вырывающиеся тёмные потоки энергии, но при этом — расположенность к школе Иллюзий. Да ещё и магия целителей на меня действовала как полагается…
Нет, я однозначно не был малефиком, но и обычным магом тоже не был…
Но, в таком случае, кто же я?..
Каким бы ни был ответ на этот вопрос, я выпил зелье. На вкус оно было горьким, скрежетало на зубах, словно в нём были растворены куски земли. Проглотив его одним махом, я поморщился и… Почувствовал, как грудь сдавило так, что не получилось вдохнуть!
В венах будто потёк огонь и сознание пронзила вспышка страха. Он захватил меня, грудь сдавило ещё сильнее и понимая, к чему всё идёт, я лишь порадовался, что нахожусь в пустом, запертом изнутри подвале, где нет ничего кроме стола, валяющихся на нём алхимических ёмкостей, нескольких факелов, магического светильника и здоровенной жаровни, которая мерно тлела в углу.
Над ней я кипятил ёмкости, используя огненные камни, и на ней же сконцентрировал своё внимание сейчас, стараясь прислушаться к пульсирующей во мне энергии… Я снова утонул в собственном страхе, а затем… произошёл выплеск.
Но не такой, как обычно. В этот раз перед тем, как исторгнуть из себя тёмную энергию, я почувствовал, что могу её направить, хоть и не без труда. Но единственное, что находилось у меня перед глазами — жаровня.
“Лишь бы не превратить её в какое-нибудь огненное отродъе”... — пронеслась в голове мысль.
Выплеск ударил по металлу тяжёлой струёй тёмного дыма. В глазах у меня помутнело, раздалось шипение, я почувствовал жар, услышал гудение — и упал на холодный каменный пол, больно ударившись об него лицом.
 
А когда вновь получил контроль над дыханием и телом — со стоном поднялся, готовый ко всему…
В подвале было пусто. Никаких мерзких щупалец, никаких тёмных проявлений, никакого колдовского пепла, никаких созданий.
Лишь оплавленная клякса металла на полу, закопченная до самого потолка стена и мой разбитый нос…
“Огонь” — промелькнула тогда у меня мысль — “Огонь уничтожил выплеск… Я смог направить его, как тогда, в подземелье… И сразу после того, как выпил эликсир”.
Проверить свою теорию сразу я не мог, но в мысли закралось подозрение, что всё сработало вместе. Страх, который помог выплеснуть тёмную энергию в огонь, эликсир, почему-то придавший ей форму вместо того, чтобы отсрочить на конкретное время… Немного не то, чего я ожидал, но лучше, чем ничего.. Утерев кровь с лица, я доплёлся до своей комнаты и, обессиленный, рухнул на кровать, заснув спокойным в кои-то веки сном.
На следующий день я отправился в академию в приподнятом настроении. Но оно мигом улетучилось, когда перед носом замаячила вполне реальная перспектива вылететь из учебного заведения.
На последнем занятии к нам обратился профессор Атрай:
— Я не удивлён, что большинство из вас за полтора месяца не достигли никаких успехов в освоении высокого магического искусства, — своим обычным, язвительным тоном сказал он. — Какими бы остолопами вы ни были, но наверняка понимаете, что академия не может вечно возиться с теми, кто не способен к простейшим манипуляциям энергией.
На этих словах он задержал свой взгляд на мне, и продолжил:
— Через декаду у вашей группы пройдёт промежуточный экзамен. Тот, кто сдаст его, пройдёт профильное обследование, получит возможность обучаться дальше, ему станут доступны новые предметы. С остальными нам придётся попрощаться, чему лично я расстраиваться не буду!
Аудиторию большинство одногруппников покидали с тяжёлыми мыслями.
— Ты всё также, без подвижек? — уточнил Тормунд, когда мы выходили из академии.
— Ага, — мрачно кивнул я, прекрасно понимая, что шансы вылететь велики как никогда.
Жаль, что всё сложилось именно так... Я мечтал стать магом, как братья, отец, и все наши предки. Но после того, что случилось на охоте, моей главной задачей стало разобраться с выплесками. И пусть это получилось сделать хоть как-то, с помощью зелья, но я понимал — это не решение. Не навсегда, не постоянное. Чтобы полностью искоренить возможную опасность, я должен был научиться контролировать магию внутри себя.
И сильно сомневался, что обучусь самостоятельно, если меня вышвырнут из академии.
Мысль о том, что пора просить помощи у живущего в книге Беренгара, полностью занимала моё сознание. Особенно в свете того, что мне рассказал профессор Лисс. Поэтому, погружённый в размышления, я не сразу понял, что кто-то дважды окликнул меня.
— Хэлгар!
Голос, который я не слышал так давно, ударил по нервам почище закованного в латную рукавицу кулака. Медленно обернувшись, я увидел отца.
  
Глава 16 — Отец и Учитель
 
Отец ничуть не изменился с того момента, когда мы виделись в последний раз. Всё такой же горделивый и пронзительный взгляд, слегка нахмуренные брови, плотно сжатые губы. И никакого сопровождения. Впрочем, я ничуть не сомневаюсь, что среди народа, фланирующего по центральной площади, есть, как минимум, с десяток-другой его гвардейцев.
Папа смотрит на меня пристально, словно надеясь что-то разглядеть.
— Здравствуй, отец, — приветствую я его, чуть склонив голову. — Не ожидал тебя встретить.
— Решил сделать крюк и проведать тебя, — стараясь казаться невозмутимым, отвечает родитель, но я вижу, что он напряжён. — Еду от армейской ставки на реке Тариэль.
— Ясно.
Я не знаю, что сказать. Спросить, как дела? Банально. Узнать о ситуации на фронте? Не слишком красиво после всего, что произошло. К счастью, отец быстро избавляет меня от этих размышлений: