Глава рода (СИ)

Подведя Маргариту к своему автомобилю, дворянин изысканно вежливо помог ей сесть на переднее пассажирское сиденье, а после устроился за рулем. Выехав с парковки, мужчина поехал к гостевому дому.
— Анатолий Федорович, — спустя долгую паузу тихо позвала его бывшая учительница.
— Слушаю вас, — обронил юрист, не отводя глаз от дороги.
— Мой муж совершил отвратительный поступок. Но там, в коридоре, после допроса, — Рита судорожно сглотнула, — вы же видели, как искренне он просил у меня прощения. На коленях стоял, умолял не губить. Ведь он уже раскаивается и все осознал. Давайте Сережу отпустим?
  
В салоне повисла тягучая, как патока, тишина. Комкая в руках платок, бывшая учительница неотрывно смотрела на аристократический профиль юриста.
— Он оступился. Со всеми бывает. Не стоит его так жутко наказывать, — с мольбой прошептала Маргарита. — Сережа пообещал, что больше никогда не причинит мне боли.
Анатолий Федорович подъехал к обочине и остановился. Повернувшись вполоборота к клиентке, сказал ровным тоном:
— Давайте начистоту. Я один из лучших московских юристов. Ваше дело как профессионалу мне неинтересно, а мои услуги вам не по карману. Я взялся за решение вашей проблемы исключительно потому, что Александра Петровна пожелала взять вас на работу.
— Да, конечно. Я понимаю. Спасибо большое и Александре, и вам. Без вас не знаю, что бы и делала, — торопливо ответила Маргарита и чуть тише добавила: — Век буду помнить вашу доброту.
Не реагируя на ее слова, Кони все так же спокойно продолжил:
— Как заявитель, вы обладаете всеми процессуальными правами. Я лишь представляю ваши интересы. Вы можете хоть сейчас вернуться в полицию, написать ряд предусмотренных процедурой документов, и через несколько часов ваш супруг будет на свободе, — увидев робкую улыбку на лице клиентки, юрист веско припечатал: — Но на мою помощь больше не рассчитывайте.
Маргарита удивленно округлила глаза.
— Почему?
— Ваш муж — подлец и мерзавец, — дворянин властным жестом остановил женщину, собравшуюся было возразить. — Вы можете со мной не соглашаться, это ваше право. Свое мнение о вашем муже я уже составил и просто его озвучиваю. Считаю своим долгом предупредить: в том случае, если вы решите достичь примирения с лицами, совершившими в отношении вас противоправные действия, о вашем проживании в санатории и о работе на главу рода Апраксиных не может быть и речи. Я не позволю, чтобы Сергей Ткачук доставлял проблемы еще и Александре.
Ошарашенная Рита захлопала ресницами.
— Что? С чего вы взяли, что Сережа… — не договорив, она облизнула пересохшие губы.
— Моделирую наиболее возможный вариант развития событий. Вы принимаете решение не наказывать мужа. После освобождения из тюрьмы ваш супруг начнет искать с вами встреч. Вы будете сопротивляться его речам, но в итоге сдадитесь и дадите ему «последний шанс». После того как вы сойдетесь, господин Ткачук какое-то время будет вести себя идеально. Однако рано или поздно он опять начнет искать способы легкого заработка. Постояльцы санатория боярышни Апраксиной — обеспеченные пожилые дамы. Такие женщины — желанная добыча для мошенников и альфонсов. Мне продолжать, или вы поняли?
Лицо собеседницы позеленело. Рвано вздохнув, она отвернулась к окну:
— Как же мне жить, зная, что он из-за меня на каторге? — прошептала с болью.
— Из-за вас? — переспросил дворянин, не скрывая скепсиса.
— Конечно, — мещанка обернулась, посмотрела с недоумением.
— Муж изменял вам, жил за ваш счет, а после продумал план вымогательства и прислал к вам бандитов. Хотите продолжать жить иллюзиями и жертвовать собой ради мерзавца? Ваше право.
Слезы потекли по щекам женщины. Зажав ладонями рот, она неотрывно смотрела на юриста. Не отводя тяжелого взгляда, тот жестко сказал:
— Прямо здесь и сейчас вы должны принять решение.
Маргарита прикусила палец, в ее глазах плескалось сомнение и запредельная боль. Вдруг она резко отвернулась от аристократа, закрыла лицо руками. Кони бесстрастно смотрел, как плечи его клиентки мелко подрагивают. Кое-как совладав с эмоциями, Ткачук невидяще уставилась в лобовое стекло.
— Рита, чего лично вы хотите? — нарушил тишину мужчина.
— Я хочу покоя, — прошептала она непослушными губами.
Анатолий Федорович тепло улыбнулся, уточнил:
— Едем в санаторий?
Клиентка кивнула: на большее у нее сейчас просто не было сил. Машина заурчала и тронулась с места.
— Вы молодец. А боль со временем пройдет, — ровным тоном произнес юрист, перестраиваясь в левый ряд.
Рита ожидаемо промолчала. Впрочем, опытному менталисту ее слова и не были нужны. Кони не обладал даром внушения, однако мысли и воспоминания этой женщины лежали перед ним как на ладони.
Парадокс, но это действительно сложное решение измученной сомнениями Маргарите помогла принять не кто иная, как глава рода Апраксиных. А он всего лишь немного подтолкнул.
Вот уже несколько минут в голове мещанки Маргариты Ткачук крутилась одна и та же картинка из прошлого:
— Что мне теперь делать⁈ Как жить без него⁈ Александра, как мне жить⁈ — с надрывом причитала Маргарита.
— Как? — Александра хмыкнула. — Как захотите, так и будете. Выбор за вами.
«У боярышни Апраксиной появилась верная до гробовой доски сотрудница. Не подведет и не предаст, — дворянин мимолетно улыбнулся. — Время потрачено не зря».
* * *
Наследный дом боярыни Апраксиной. Это же время
— Что⁈ Ты серьёзно? У тебя действительно осталось всего пять тысяч? — Антон Леонидович с изумлением смотрел на супругу.
Поставив чашку на блюдце, Анфиса Тимофеевна с лёгким укором напомнила:
— Тошенька, я же говорила, что долгов перед родом Силантьевых больше нет. Вчера вечером, когда ты уехал, — боярыня запнулась, — по делам, сюда приезжал управляющий боярина Силантьева. Я попросила о встрече. К сожалению, помимо основного долга, мне пришлось выплатить ещё и неустойки. Да, я отдала практически все свои накопления. Но зато теперь тебе ничего не грозит, — она осторожно прикоснулась к ладони мужа.
Тот отдёрнул руку.
«Старая корова. Теперь ещё и нищая. Сегодня же подам прошение о разводе. В Москву, что ли, рвануть? Дьявол! Ночью же в казино все деньги оставил. Вот дура, кто её просил штрафы платить? Поторговаться не могла? Без копейки меня оставила», — альфонс злобно глянул на жену.
Анфиса Тимофеевна виновато улыбнулась, попросила:
— Не сердись. Нам с тобой хватит этих пяти тысяч, я всё посчитала.
«Посчитала? А морщины и сало своё учла?» — Антон Леонидович заскрипел зубами от злости.
Едва сдерживаясь, он процедил:
— Предлагаешь жить без слуг, в этой халупе, ещё и впроголодь? Мне⁈
— Родной, прошу тебя, не нервничай. Конечно же, ты достоин самого лучшего! — поспешила успокоить разгневанного мужа боярыня Апраксина. — Совсем скоро я выдам Александру замуж. Любимый, поверь, даже самые древние роды почтут за честь породниться с Апраксиными! За мою дочь дадут много денег. Ты ни в чём не будешь нуждаться. Просто чуть-чуть потерпи.
«Делает ставки на Сашку? На кой ляд она кому-то сдалась? Я чего-то не знаю?» — молнией промчалась мысль в голове мошенника.
Встав из-за обеденного стола, он подошёл к супруге, сухо произнёс:
— С единственной дочерью ты договориться не смогла. Перед нашим экстренным отъездом из особняка дала расчёт всем слугам. Девушка осталась абсолютно одна в большом доме. Естественно, зла на тебя. Не понимаю, на что надеешься.
Анфиса Тимофеевна многозначительно усмехнулась.
— Я знаю свою дочь, как никто другой. Она абсолютно не приспособлена к самостоятельной жизни. Саша взбрыкнула, наивно решила, что способна и сама прожить, но скоро поймёт, насколько глубоко заблуждается. Через месяц съезжу к ней. Не сомневаюсь, Александра будет умолять меня вернуться в особняк.
  
«Маловероятно. Я вашу бабью породу отлично изучил. Сашка закусила удила, если и простит, то нескоро. Не стоило с ней так поступать», — альфонс про себя хмыкнул.