Магическое фотоателье попаданки (СИ)
— И, — добавил он, заметив мое молчание, — оплата будет щедрой. Очень щедрой.
Лия едва не подпрыгнула от радости, а я, сохраняя серьезное лицо, кивнула:
— Давайте обсудим детали.
Внутри же все кипело от восторга. Похоже, мои фотографии действительно станут доступны каждому…
Глава 41
Фотография изменила столицу. Газеты больше не печатали только рисунки — теперь на первых полосах появлялись настоящие лица и события. Магические объекты, портреты, даже хроники войн — все это оживало.
Мое имя знали почти все. И чем больше было заказов, тем меньше времени оставалось на что-то еще… и на кого-то.
Я ловила себя на том, что неделями не видела Дэвида. Мы обменивались записками, короткими встречами между делами, но это было не то.
А потом, в один из особенно загруженных дней, дверь моего ателье распахнулась. На пороге стоял он — в безупречном костюме, с тем самым выражением, от которого у меня всегда чуть учащалось сердце.
— Мы уходим, — сказал он, не терпя возражений. — Сейчас же.
— Дэвид, у меня…
— У тебя все успеется. А меня ты давно не видела.
Он посадил меня в экипаж, и мы поехали за город. Я пыталась угадать, куда, но он лишь улыбался.
Мы остановились на берегу реки. Там, в тени развесистых деревьев, был накрыт стол, звучала тихая живая музыка, и несколько слуг ждали нас с вином и блюдами.
Я обернулась к нему, пораженная.
— Что все это значит?
Он взял меня за руку.
— Это значит, что ты уже сделала для мира достаточно. Пора подумать о себе. И о нас.
И достал маленькую коробочку.
— Хелен, ты мне нужна. Всегда. Выходи за меня.
Я почувствовала, как глаза наполняются слезами.
— Да… — выдохнула я. — Да!
Свадьба в поместье Мелтона была шумной, веселой и немного хаотичной. Лия сияла, Зериус ворчал, что не любит подобные сборища, но все равно выглядел довольным. Фрост пожал руку, пожелав «мирной жизни», а Стейн ухитрился под шумок вручить нам не подарок, а подписанный контракт на «эксклюзив» о свадьбе.
А потом было много важных аристократов, и все они требовали внимания к своей персоне. А после них — еще гости, и каждый желал сфотографироваться с женихом и невестой.
Я устала на втором часу торжества, и когда Дэвид заметил, что на мне лица нет, то просто сгреб меня в охапку и утащил с праздника, перепоручив гостей Зериусу с Фростом.
Мы уединились в покоях Дэвида, закрыв дверь на ключ. Только мы вдвоем, без свидетелей и лишних слов. И в этот раз мужчина не сдерживался. А я… я радовалась, что больше не надо соблюдать приличия и правила. И, наконец, почувствовала себя по-настоящему счастливой.
В эту первую брачную ночь мы дали друг другу новые клятвы — о том, что несмотря ни на что, мы всегда будем рядом. И это было единственное, что имело значение.
Эпилог
Прошло пять лет.
Фотоателье, зародившееся когда-то в старом сарае за домом Зериуса, стало целой сетью мастерских по всему королевству. Теперь фотографии были в каждом доме — от хижины бедняка до королевского дворца. Мою фамилию знали даже в дальних деревнях, а в столице дети играли в «фотографов».
Мы с Дэвидом жили в его городской усадьбе и часто уезжали в поместье на берегу той самой реки, где он сделал мне предложение. Там же мы устраивали семейные праздники, собирая друзей.
Лия открыла лавку редких товаров вместе с отцом, а ее муж оказался весьма толковым магом света, который помогал нам в съемках. Она смеялась, что все началось с того дня, когда я пришла за реагентами.
Фрост стал начальником сыскного бюро, и иногда приезжал к нам с женой и детьми. Он до сих пор говорил, что фотография в расследованиях — незаменимая вещь, и каждый раз гордился тем, что был в числе первых, кто оценил мое изобретение.
Уильям Стейн… остался собой. Он продолжал охотиться за сенсациями, но всегда присылал нам экземпляры газет, где упоминалось наше фотоателье.
Зериус прожил дольше, чем сам ожидал. Он так и не вернулся к мечте о философском камне, но его имя вошло в историю как великого алхимика и наставника. Иногда он все еще ворчал, что я отнимаю у него слишком много времени, но улыбался, когда думал, что я не вижу.
А я… Я знала, что из того мира, где родилась, я бы никогда не увидела всего этого. И, глядя на Дэвида, на друзей, на фотографии, что хранили наши моменты, я понимала — здесь мое место.