Постфактум. Книга вторая (СИ)
— Что, уроды, проголодались⁈ — срывающимся от злобы голосом заорал Илья, вскакивая с валуна и обнажая меч. — Идите сюда, накормлю!
Парень ураганом пересёк поляну и ворвался в толпу мертвецов. Окликнувший его (на что Илья совершенно не отреагировал) гмур решил не спешить и не вмешиваться, но также подоспел к месту действия. Мертвецов было пятеро, все степняки: гнилые, зловонные, вздутые от бродивших в телах газов. Рубящий удар, и меч Ильи отсекает зомби голову, шаг назад и в сторону, «проваливающий» следующего нападающего, и точное рассечение затылка. На обезвреживание двух противников у парня ушло несколько секунд, и это, само собой, не осталось без внимания у следившего за боем мага. Рослый степняк с раздутым животом махнул единственной рукой в попытке схватить желанную пищу — не получилось. Илья пригнулся, кувыркнулся вперёд, одновременно вспарывая пузо нападающего. Кишки с шипением вывалились из разрезанной брюшной полости, и мертвяк, наступив на них, упал. Отпихнув следующего зомби — исторгавшего жуткие звуки из разорванного от уха до уха рта, Илья добил лежавшего на земле, воткнув в его голову меч. Осталось два стоящих на трёх ногах мертвяка. Почему на трёх? Один из оживших мертвецов всё время пытался встать, и это ему удавалось на короткое время, но отгрызенная до колена левая нога не оставляла шанса. Илья не медля рубанул его по голове — самое верное решение, отсекая добрую часть разлагающегося черепа, разбрызгивая мозги по траве. Последний мертвец, очень медленный, едва передвигающий раздутые, сочащиеся гноем ноги, нарвался на прямой и быстрый тычок клинка прямо в посиневшую рожу и опрокинулся на спину.
— Похвально, — произнёс Годогост, смотря на застывшего среди распластавшихся на земле мертвецов Илью, и спросил, заранее зная ответ: — Теперь успокоился?
— Нет.
* * *
Вода с силой ударила в лицо, пытаясь проникнуть в дыхательные пути, сковывая тело своим контрастировавшим с летним вечером холодом. Чудовищная сила, выдернувшая её из объятий Ильи, продолжала тащить в глубину, в то время как охватившая Ясмину обречённость вытеснила все остальные чувства. Сколько она продержится? Насколько хватит дыхания? Лишь эти вопросы пульсировали в голове. Впрочем, у монстра, тянувшего её на глубину, на этот счёт могли быть свои планы — проглотит целиком или разорвёт на куски, не дожидаясь, когда жертва утонет.
Жгучая боль пронзила голову раскалённым клинком. Последнее, о чём успела подумать Ясмина, проваливаясь в спасительное забытьё: «Ну вот, теперь даже не узнаю, от чего умру…»
Пахло сырыми водорослями, тиной и затхлой водой. Ясмина открыла глаза и вскочила, испуганно озираясь по сторонам. К горлу подступила тошнота, виски сдавила неприятная ломота. Отвратительные ощущения заставили сесть, после чего она снова принялась осматривать незнакомое место. Канализационный коллектор — именно к этому выводу пришла смуглянка — его ни с чем невозможно перепутать. Строение из бетонных колец, с торчащими тут и там арматурами, с лужами мутной воды на полу, с неповторимым амбре. Выход где-то рядом, и свет, льющийся из него, позволяет ей всё видеть.
Как она сюда попала? Ведь монстр, тянувший её в глубину, не оставлял никаких шансов. А берестянка, где она⁈ Холодный липкий пот в мгновение ока покрыл заледеневшую от страха девушку. Ясмина вновь вскочила на непослушные ноги, пошатнулась, но не упала, опёрлась рукой в шершавую стену, стала медленно продвигаться к источнику света. Глаза до боли вглядывались в полумрак и царящий беспорядок. Помимо луж с затхлой водой пол коллектора устилали горы мусора: гнилые ветви деревьев, торчащие из земляных комьев, листья, обрывки газет и тряпок.
'Ищешь что-то? — голос, похожий на шум леса, прозвучал в голове, принося страдания.
«Кто ты? — так же мысленно спросила Ясмина, корчась от спазмов, терзающих мозг. — Со мной кто-то говорит или я просто схожу с ума?»
«Да, говорит, хотя мне стоило немало усилий, чтобы ты начала понимать меня, — зашелестело тысячами листьев, потревоженных ветром. — Но я не ошибся в тебе, и поэтому ты ещё жива. Мне показалось довольно интересным, что ты отреагировала на зов, обычно двуногие меня не слышат»
«Прекрати! — взмолилась Ясмина, и её вырвало горькой водой. — Мне плохо, твой мысленный контакт меня сейчас прикончит!»
«Прикончить могу и я, — давая понять, кто тут главный, спокойно произнёс невидимый собеседник. — Причём без особых усилий. Так что терпи, пока я не потерял к тебе интерес!»
«Терпеть, — девушка вновь присела, боль раскалывала череп пополам. Говорить было сложно, и она решила продолжать начатое общение по способу мысли. — Для чего? Ведь я уже всё равно не жилец, верно?»
«Вопросы буду задавать я! — От этой ледяной интонации по затылку Ясмины пробежали мурашки. — Не забывайся, девочка. А теперь обернись».
Ясмина беспрекословно повиновалась и в тот же миг обмерла, увидев омерзительную картину. Из темноты коллектора, куда почти не проникал свет, на девушку надвигалось чёрное нечто. Оно тряслось и колыхалось, словно состояло из желе. Монстр, занявший собой почти всю окружность канализации, напоминал гигантского слизня или червя. Только многочисленные шевелящиеся щупальца придавали его внешности схожесть с.…
«Кажется, их называют спрутами» — всплыло из глубин памяти название подводного животного.
«Спрут, червь, слизень, — мысли чудовища с присущей им ноткой раздражения вновь зазвучали в голове девушки, — называй меня как хочешь, только это лишь внешние признаки, на которые ты опираешься ввиду своих скромных знаний».
«Вообще не хочу тебя никак называть, не знать, не видеть! Зачем ты мне сдался⁈ Хочешь сожрать — сожри, к чему эти разговоры? Ты вырвал меня из рук люб… — девушка осеклась, не желая говорить о своих чувствах к Илье какому-то мутанту. — Я потеряла друзей, они ушли без меня в другой мир!»
«Ушли в другой мир, — медленно повторил собеседник, именно последнее предложение вызвало в огромном монстре любопытство. — Да, я видел, что они исчезли в светящемся портале, я чувствовал его магнетическое притяжение. Так значит, это проход в другой мир?»
«Да».
«Интересно, не думал, что из нашего мира есть способ сбежать…»
'Да, есть, и ты не дал мне это сделать! Зачем⁈ — гнев захлестнул Ясмину, вытесняя остатки страха, который она испытала в момент появления чудовища. — Почему? Ведь как пища я тебе не нужна⁈
«Над этим я ещё размышляю, — от прозвучавшего в голове голоса девушку зазнобило, казалось, что каждая сказанная червем фраза вырублена из льда. — Так что не обольщайся, человек. Я сыт, полученная от диких псов информация ничтожно мала, но есть и приятная сторона — мой желудок набит до отвала. Однако, знаете ли, я очень жаден до знаний, а их в твоей головке значительно больше, чем в своре бродячих четвероногих».
«Так ты что, сначала общаешься с жертвой, узнаёшь от неё какую-то там информацию, а потом сжираешь её?» — Ясмина чувствовала, как боль, охватившая её при общении с монстром, медленно уходит.
«Нет, знания я получаю непосредственно во время трапезы, — громкая и внезапная отрыжка жутко напугала Ясмину. Сам же мутант колыхнулся и исторг из беззубого рта, больше всего напоминающего место, находящееся на последнем этапе пищеварения, гладкий, буквально отполированный собачий скелет. — Вот с него я взял всё».
Ясмину едва не стошнило от вида костей, утопающих в мутноватой слизи, смачно плюхнувшихся на бетон, и сопровождающей их кисло-сладкой вони.
«Я мерзок для тебя? — зачем-то осведомился червь, щупальца, находящиеся в передней части тела, пришли в движение, нырнув куда-то за спину гиганта. — Поверь, ты мне не менее противна».
Ясмина ожидала всё что угодно, но никак не возвращение берестянки. Одна из конечностей стремительно пронеслась над горой мусора, доставив короб к ногам девушки, и так же скрылась под брюхом монстра.
«Почему эта пустая коробка тебе так дорога? — буднично спросил червь. — Не отрицай очевидного, этот образ промелькнул у тебя в голове, когда ты пришла в себя. Я проверил кузов — судя по всему, он пуст. Хоть открыть его и не получилось, я удержался от соблазна раздавить твою поклажу».